32 цитаты Константина Дмитриевича Бальмонта, которые стоит перечитать

Ниже 32 цитаты Константина Дмитриевича Бальмонта — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Не знаю, хочешь ли ты радости, Уста к устам, прильнуть ко мне, Но я не знаю высшей сладости, Как быть с тобой наедине.

   Не знаю, хочешь ли ты радости, Уста к устам, прильнуть ко мне, Но я не знаю высшей сладости, Как быть с тобой наедине.
2. «

   Слова любви всегда бессвязны, Они дрожат, они алмазны, Как в час предутренний — звезда, Они журчат, как ключ в пустыне, С начала мира и доныне, И будут первыми всегда. Всегда дробясь, повсюду цельны, Как свет, как воздух, беспредельны, Легки, как всплески в тростниках, Как взмахи птицы опьяненной, С другою птицею сплетенной В летучем беге, в облаках.

   Слова любви всегда бессвязны, Они дрожат, они алмазны, Как в час предутренний — звезда, Они журчат, как ключ в пустыне, С начала мира и доныне, И будут первыми всегда. Всегда дробясь, повсюду цельны, Как свет, как воздух, беспредельны, Легки, как всплески в тростниках, Как взмахи птицы опьяненной, С другою птицею сплетенной В летучем беге, в облаках.
3. «

   Любил я когда-то, Но смех и печаль Ушли без возврата В туманную даль.

   Любил я когда-то, Но смех и печаль Ушли без возврата В туманную даль.
4. «

   Можно жить с закрытыми глазами, Не желая в мире ничего, И навек простится с небесами, И понять, что всё кругом мертво.

   Можно жить с закрытыми глазами, Не желая в мире ничего, И навек простится с небесами, И понять, что всё кругом мертво.
5. «

   Господи Боже, склони свои взоры К нам, истомленным суровой борьбой, Словом Твоим подвигаются горы, Камни как тающий воск пред Тобой!

   Господи Боже, склони свои взоры К нам, истомленным суровой борьбой, Словом Твоим подвигаются горы, Камни как тающий воск пред Тобой!
6. «

   Зимние думы промчатся мгновенно, Воды проснутся в родных берегах. Время проходит, мечта неизменна, Наше грядущее в наших руках.

   Зимние думы промчатся мгновенно, Воды проснутся в родных берегах. Время проходит, мечта неизменна, Наше грядущее в наших руках.
7. «

   Есть люди, присужденные к скитаньям, Где б ни был я, — я всем чужой, всегда. Я предан переменчивым мечтаньям, Подвижным, как текучая вода.

   Есть люди, присужденные к скитаньям, Где б ни был я, — я всем чужой, всегда. Я предан переменчивым мечтаньям, Подвижным, как текучая вода.
8. «

   И Сон и Смерть равно смежают очи, Кладут предел волнениям души, На смену дня приводят сумрак ночи, Дают страстям заснуть в немой тиши.

   И Сон и Смерть равно смежают очи, Кладут предел волнениям души, На смену дня приводят сумрак ночи, Дают страстям заснуть в немой тиши.
9. «

   Я — изысканность русской медлительной речи, Предо мною другие поэты — предтечи, Я впервые открыл в этой речи уклоны, Перепевные, гневные, нежные звоны.

   Я — изысканность русской медлительной речи, Предо мною другие поэты — предтечи, Я впервые открыл в этой речи уклоны, Перепевные, гневные, нежные звоны.
10. «

    О женщина, дитя, привыкшее играть И взором нежных глаз, и лаской поцелуя, Я должен бы тебя всем сердцем презирать, А я люблю, волнуясь и тоскуя!

    О женщина, дитя, привыкшее играть И взором нежных глаз, и лаской поцелуя, Я должен бы тебя всем сердцем презирать, А я люблю, волнуясь и тоскуя!
11. «

    Едва в лесу я сделал шаг, - Раздавлен муравей. Я в мире всем невольный враг, Всей жизнею своей, И не могу не быть, — никак, Вплоть до исхода дней.

    Едва в лесу я сделал шаг, - Раздавлен муравей. Я в мире всем невольный враг, Всей жизнею своей, И не могу не быть, — никак, Вплоть до исхода дней.
12. «

    В этот час лунных лучей и лунных мечтаний Мы с тобою похожи на двух бестелесных эльфов, Мы как будто летим все выше и выше, - И нет у меня родины, кроме тебя, И нет у тебя родины, кроме меня.

    В этот час лунных лучей и лунных мечтаний Мы с тобою похожи на двух бестелесных эльфов, Мы как будто летим все выше и выше, - И нет у меня родины, кроме тебя, И нет у тебя родины, кроме меня.
13. «

    Одна есть в мире красота. Не красота богов Эллады, И не влюбленная мечта, Не гор тяжелые громады, И не моря, не водопады, Не взоров женских чистота. Одна есть в мире красота — Любви, печали, отреченья, И добровольного мученья За нас распятого Христа.

    Одна есть в мире красота. Не красота богов Эллады, И не влюбленная мечта, Не гор тяжелые громады, И не моря, не водопады, Не взоров женских чистота. Одна есть в мире красота — Любви, печали, отреченья, И добровольного мученья За нас распятого Христа.
14. «

    Лермонтов – звёздная душа, родственная с тучами и бурями, тоскующий поэт, которому грезились воздушные океаны, и с которым говорили демоны и ангелы.

    Лермонтов – звёздная душа, родственная с тучами и бурями, тоскующий поэт, которому грезились воздушные океаны, и с которым говорили демоны и ангелы.
15. «

    Кто не любил, не выполнил закон, Которым в мире движутся созвездья, Которым так прекрасен небосклон.

    Кто не любил, не выполнил закон, Которым в мире движутся созвездья, Которым так прекрасен небосклон.
16. «

    Вот в эту самую минуту, когда мы здесь дышим, есть люди, которые — задыхаются.

    Вот в эту самую минуту, когда мы здесь дышим, есть люди, которые — задыхаются.
17. «

    Вечер. Взморье. Вздохи ветра. Величавый возглас волн. Близко буря. В берег бьется Чуждый чарам черный челн. Чуждый чистым чарам счастья, Челн томленья, челн тревог, Бросил берег, бьется с бурей, Ищет светлых снов чертог.

    Вечер. Взморье. Вздохи ветра. Величавый возглас волн. Близко буря. В берег бьется Чуждый чарам черный челн. Чуждый чистым чарам счастья, Челн томленья, челн тревог, Бросил берег, бьется с бурей, Ищет светлых снов чертог.
18. «

    Я русский, я рыжий, я русый. От моря до моря ходил. Низал я янтарные бусы, Я звенья ковал для кадил.

    Я русский, я рыжий, я русый. От моря до моря ходил. Низал я янтарные бусы, Я звенья ковал для кадил.
19. «

    Зверь зверю — розь, и человек человеку — розь. Под одно их не подогнать. А жалеть всех нужно. Все — Божье творение.

    Зверь зверю — розь, и человек человеку — розь. Под одно их не подогнать. А жалеть всех нужно. Все — Божье творение.

    — Под новым серпом · книга
20. «

    Полюбив, мы умираем.

    Полюбив, мы умираем.