60 мудрых мыслей Константина Костина

Подборка из 60 цитат Константина Костина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — А красивая у нас природа! У вас, небось, такой нету! — Да уж, куда лесам моей родной Техасщины до ваших...

   — А красивая у нас природа! У вас, небось, такой нету! — Да уж, куда лесам моей родной Техасщины до ваших...

   — А. Скоробогатов · книга
2. «

   — Ты смотрел передачу «Ищу тебя»? Так вот. Предлагаю поиграть в увлекательнейшую игру — «найди меня». Отыщешь — хрен с тобой, замочи. А нет — можешь спилить мушку, засунуть ствол себе в задницу и пустить маслину. Советую уже приступать, потому как хрен когда ты меня найдешь.

   — Ты смотрел передачу «Ищу тебя»? Так вот. Предлагаю поиграть в увлекательнейшую игру — «найди меня». Отыщешь — хрен с тобой, замочи. А нет — можешь спилить мушку, засунуть ствол себе в задницу и пустить маслину. Советую уже приступать, потому как хрен когда ты меня найдешь.

   — А. Скоробогатов · книга
3. «

   — А это правда, что позавчера вы самолично изрешетили десятерых боевиков Союза за Свободу Инопланетных Миров? — Десять? А что так мало? Пиши — сто, чего их жалеть-то?

   — А это правда, что позавчера вы самолично изрешетили десятерых боевиков Союза за Свободу Инопланетных Миров? — Десять? А что так мало? Пиши — сто, чего их жалеть-то?

   — Комиссар Андреевских · книга
4. «

   С первых дней офицерского училища я усвоил одну простую истину — если не знаешь, что ответить, выбирай из трех фраз: «Не могу знать!», «Виноват!», «Примем меры!». Чередуя их можно продолжать диалог со старшим по званию сколь угодно долго.

   С первых дней офицерского училища я усвоил одну простую истину — если не знаешь, что ответить, выбирай из трех фраз: «Не могу знать!», «Виноват!», «Примем меры!». Чередуя их можно продолжать диалог со старшим по званию сколь угодно долго.
5. «

   — Взрывчатка установлена. — А ее хватит? <...> — Не себе — да и ладно.

   — Взрывчатка установлена. — А ее хватит? <...> — Не себе — да и ладно.

   — Пистолет Макарова · книга
6. «

   — Сбежал, гаденыш! — Ага, сбежал. Перегрыз веревки, вспорол себе пузо и сбежал.

   — Сбежал, гаденыш! — Ага, сбежал. Перегрыз веревки, вспорол себе пузо и сбежал.

   — майор Железняк · книга
7. «

   В бинокль я насчитал пару десятков человек, занятых повседневными делами, коими занимается любое преступное сообщество в промежутках между своими антиобщественными деяниями: кто-то подметал площадку, кто-то ремонтировал грузовик.

   В бинокль я насчитал пару десятков человек, занятых повседневными делами, коими занимается любое преступное сообщество в промежутках между своими антиобщественными деяниями: кто-то подметал площадку, кто-то ремонтировал грузовик.

   — майор Железняк · книга
8. «

   Например, мне нужна бумажка. Подтереть задницу. Я пишу служебку, где обосновываю необходимость такого действия. Визирую у генерала, начальника финансовой части, зама по бумажным вопросам. Вношу в свое заявление все исправления, которые они требуют, каждый раз распечатывая новую бумажку. Отправляю служебку в канцелярию. Там она лежит, если не потеряется. Месяц. Другой. Полгода лежит. Наконец, собирается Очень Компетентная Комиссия, которая решает, нужно мне задницу подтирать, или нет. Все это время генерал меня сношает: «а почему у тебя, Александр Игоревич, задница не вытерта?». А я ему отвечаю: «вопрос на рассмотрении в Очень Компетентной Комиссии». Генерал важно кивает головой и ставит меня в пример другим начальникам отделов. Даже награждает премией. В результате Очень Компетентная Комиссия решает в очередной раз оптимизировать расходы и не выдавать мне бумажку. В сухом остатке — потрачено полпачки бумаги, два кило тонера для принтера, три недели рабочего времени, получено несколько премий, но жопа осталась грязной.

   Например, мне нужна бумажка. Подтереть задницу. Я пишу служебку, где обосновываю необходимость такого действия. Визирую у генерала, начальника финансовой части, зама по бумажным вопросам. Вношу в свое заявление все исправления, которые они требуют, каждый раз распечатывая новую бумажку. Отправляю служебку в канцелярию. Там она лежит, если не потеряется. Месяц. Другой. Полгода лежит. Наконец, собирается Очень Компетентная Комиссия, которая решает, нужно мне задницу подтирать, или нет. Все это время генерал меня сношает: «а почему у тебя, Александр Игоревич, задница не вытерта?». А я ему отвечаю: «вопрос на рассмотрении в Очень Компетентной Комиссии». Генерал важно кивает головой и ставит меня в пример другим начальникам отделов. Даже награждает премией. В результате Очень Компетентная Комиссия решает в очередной раз оптимизировать расходы и не выдавать мне бумажку. В сухом остатке — потрачено полпачки бумаги, два кило тонера для принтера, три недели рабочего времени, получено несколько премий, но жопа осталась грязной.

   — Ночь Калашматов · книга
9. «

   — А ты чего делаешь? — Приласкать тебя хотел. — А бриться вначале не пробовал? — Это еще зачем?

   — А ты чего делаешь? — Приласкать тебя хотел. — А бриться вначале не пробовал? — Это еще зачем?

   — Угнали · книга
10. «

    — В этот багажник входит до трех трупов. — А разрезанных на кусочки — четыре с половиной.

    — В этот багажник входит до трех трупов. — А разрезанных на кусочки — четыре с половиной.

    — Сергеев · книга
11. «

    — Где КГБ находится, знаешь? Доносы туда строчить умеешь? — Не-а. — Вот и чудненько!

    — Где КГБ находится, знаешь? Доносы туда строчить умеешь? — Не-а. — Вот и чудненько!

    — А. Скоробогатов · книга
12. «

    Знаешь, я видел кучу придурков, которые утверждали, что они — патриоты, и готовы умереть за свою Родину. Да нифига! По-моему патриот, настоящий патриот, должен сделать так, чтобы патриоты другой, враждебной стороны, умерли за свою Родину. И мерли за нее как можно больше и чаще.

    Знаешь, я видел кучу придурков, которые утверждали, что они — патриоты, и готовы умереть за свою Родину. Да нифига! По-моему патриот, настоящий патриот, должен сделать так, чтобы патриоты другой, враждебной стороны, умерли за свою Родину. И мерли за нее как можно больше и чаще.

    — Комиссар Андреевских · книга
13. «

    Варварские обычаи, когда вся добыча племени распределялась поровну, канули в прошлое. Наступила новая эра — процветания и рыночной экономики. Отсюда и принципиальная разница между рабством и работой по патенту. Во втором случае это — оплачиваемое рабство.

    Варварские обычаи, когда вся добыча племени распределялась поровну, канули в прошлое. Наступила новая эра — процветания и рыночной экономики. Отсюда и принципиальная разница между рабством и работой по патенту. Во втором случае это — оплачиваемое рабство.

    — Ночь Калашматов · книга
14. «

    — Давай, беги. Знаешь, как стреляют пограничники в Китае? Предупредительный — в голову, затем — в ноги, и только потом — в воздух. Я с тобой так церемониться не буду. — Не посмеешь. — Да? А знаешь, почему Леша хромал две недели после свадьбы?

    — Давай, беги. Знаешь, как стреляют пограничники в Китае? Предупредительный — в голову, затем — в ноги, и только потом — в воздух. Я с тобой так церемониться не буду. — Не посмеешь. — Да? А знаешь, почему Леша хромал две недели после свадьбы?

    — Сергеев · книга
15. «

    — Какая у тебя «профессиональная» секретарша! Какие у нее... э-э... волосы! — А какая у нее... э-э... скорость печати! — Зато у нее совершенно отключен... э-э... центральный процессор.

    — Какая у тебя «профессиональная» секретарша! Какие у нее... э-э... волосы! — А какая у нее... э-э... скорость печати! — Зато у нее совершенно отключен... э-э... центральный процессор.

    — Сергеев · книга
16. «

    — Меньше, чем за миллион — ни-ни. — Ладушки, миллион. — Не рублей. — Естественно, не рублей. — Э-э... когда приехать, командир? — Завтра утром. — Есть, товарищ майор! Разрешите приступать?

    — Меньше, чем за миллион — ни-ни. — Ладушки, миллион. — Не рублей. — Естественно, не рублей. — Э-э... когда приехать, командир? — Завтра утром. — Есть, товарищ майор! Разрешите приступать?

    — майор Железняк · книга
17. «

    — Как это у вас называется... когда можешь думать только об одной женщине, и больше ни о ком? — Триппер? — Да нет... как ее... любовь!

    — Как это у вас называется... когда можешь думать только об одной женщине, и больше ни о ком? — Триппер? — Да нет... как ее... любовь!

    — Ночь Калашматов · книга
18. «

    — Тебе не кажется, что это движение слишком пошлое? — Какое? Вот это? — Нет, перед этим. Покажи еще раз... Да-да. Именно это я и имею в виду. — Ну, не знаю. Повтори, пожалуйста.

    — Тебе не кажется, что это движение слишком пошлое? — Какое? Вот это? — Нет, перед этим. Покажи еще раз... Да-да. Именно это я и имею в виду. — Ну, не знаю. Повтори, пожалуйста.

    — А. Александров · книга
19. «

    — Малыш, я утром уезжаю. — Как? Далеко? На сколько? — Могу соврать, или ничего не сказать.

    — Малыш, я утром уезжаю. — Как? Далеко? На сколько? — Могу соврать, или ничего не сказать.

    — майор Железняк · книга
20. «

    Товарищи! Квессианцы и квессианки! Не побоюсь этого слова — друзья! Сейчас, стоя здесь перед вами, я торжественно клянусь, что скоро, очень скоро, вы позабудете про голод и болезни, про холод и несчастья! Хотите знать, почему? Да потому что мы вас, полоумных придурков, жрущих друг друга, всех перебьем, а вы и пискнуть не успеете...

    Товарищи! Квессианцы и квессианки! Не побоюсь этого слова — друзья! Сейчас, стоя здесь перед вами, я торжественно клянусь, что скоро, очень скоро, вы позабудете про голод и болезни, про холод и несчастья! Хотите знать, почему? Да потому что мы вас, полоумных придурков, жрущих друг друга, всех перебьем, а вы и пискнуть не успеете...

    — Комиссар Андреевских · книга