221 мыслей Константина Симонова без воды

Подборка из 221 цитата Константина Симонова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Быть счастливым не моя специальность.

   Быть счастливым не моя специальность.

   — Лопатин · книга
2. «

   Быстро, грубо и умело за короткий путь земной И мой дух, и мое тело вымуштровала война. Интересно, что способен сделать бог со мной Сверх того, что уже сделал старшина.

   Быстро, грубо и умело за короткий путь земной И мой дух, и мое тело вымуштровала война. Интересно, что способен сделать бог со мной Сверх того, что уже сделал старшина.
3. «

   Мне хочется назвать тебя женой За то, что так другие не назвали, Что в старый дом мой, сломанный войной, Ты снова гостьей явишься едва ли.

   Мне хочется назвать тебя женой За то, что так другие не назвали, Что в старый дом мой, сломанный войной, Ты снова гостьей явишься едва ли.
4. «

   Как в сладких плодах — горькая кость не удивит меня, Так в сладких устах — твоих слов злость не удивит меня.

   Как в сладких плодах — горькая кость не удивит меня, Так в сладких устах — твоих слов злость не удивит меня.
5. «

   Мне до самой смерти лень Жизнь делить на свет и тень. Я люблю мой день — сегодня, День обычный, день как день.

   Мне до самой смерти лень Жизнь делить на свет и тень. Я люблю мой день — сегодня, День обычный, день как день.
6. «

   В мае, месяце зеленом, От чужих краев устав, Я вернулся в них влюбленным, С добрым словом на устах.

   В мае, месяце зеленом, От чужих краев устав, Я вернулся в них влюбленным, С добрым словом на устах.
7. «

   Если пуля тебя ранит, Только ранит — не убьет, Эту рану врач зашьет, И она болеть не станет, Пока дождик не пойдет.

   Если пуля тебя ранит, Только ранит — не убьет, Эту рану врач зашьет, И она болеть не станет, Пока дождик не пойдет.
8. «

   Мы — мастера угля, железа, хлеба, Решают дело наши голоса. Мы выйдем в блузах голубых, как небо, И у людей откроются глаза.

   Мы — мастера угля, железа, хлеба, Решают дело наши голоса. Мы выйдем в блузах голубых, как небо, И у людей откроются глаза.
9. «

   Ты любил ее, да? Так не бойся разлук, Пусть она, а не ты, если вздумает, плачет. Смерть любви — как прыжок без протянутых с купола рук. Но ты выжил в тот день, хоть он смертью был начат.

   Ты любил ее, да? Так не бойся разлук, Пусть она, а не ты, если вздумает, плачет. Смерть любви — как прыжок без протянутых с купола рук. Но ты выжил в тот день, хоть он смертью был начат.
10. «

    Так уж сделан человек. Ныне, присно и вовек Царствует над миром воровство.

    Так уж сделан человек. Ныне, присно и вовек Царствует над миром воровство.
11. «

    И никого. Пустой и длинный день. Бывает одиночество такое, Что хочется хоть собственную тень Потрогать молча на стене рукою.

    И никого. Пустой и длинный день. Бывает одиночество такое, Что хочется хоть собственную тень Потрогать молча на стене рукою.

    — Первая любовь · книга
12. «

    Она была внезапно лишена Тех маленьких счастливых ожиданий, Той мелочной, но ежедневной дани, Которую нам жизнь платить должна.

    Она была внезапно лишена Тех маленьких счастливых ожиданий, Той мелочной, но ежедневной дани, Которую нам жизнь платить должна.

    — Первая любовь · книга
13. «

    Разные характеры бывают сильны по-разному, и иногда их сила заключается в том, чтобы страшась последствий собственного решения все-таки не изменить его.

    Разные характеры бывают сильны по-разному, и иногда их сила заключается в том, чтобы страшась последствий собственного решения все-таки не изменить его.
14. «

    Все отдав, я не встану из праха, Мне не надо ни слов, ни похвал. Я не жил, умирая от страха, Я, убив в себе страх, воевал.

    Все отдав, я не встану из праха, Мне не надо ни слов, ни похвал. Я не жил, умирая от страха, Я, убив в себе страх, воевал.
15. «

    Разве мы бы прощались, если б встретиться снова хотели? Ну и с богом! И с богом!... И больше об этом ни слова!

    Разве мы бы прощались, если б встретиться снова хотели? Ну и с богом! И с богом!... И больше об этом ни слова!
16. «

    Прости мне мои оскорбленья, Я с горя тебе их сказал, Я знаю, ты рядом со мною Сто раз свою грудь подставлял.

    Прости мне мои оскорбленья, Я с горя тебе их сказал, Я знаю, ты рядом со мною Сто раз свою грудь подставлял.
17. «

    Дураку его шкура мила была (Впрочем, как Вам и Мне). И, когда его выпотрошив до тла, Ему леди по зад коленкой дала, Дурак не приставил к виску ствола (Впрочем, как Вы и Я).

    Дураку его шкура мила была (Впрочем, как Вам и Мне). И, когда его выпотрошив до тла, Ему леди по зад коленкой дала, Дурак не приставил к виску ствола (Впрочем, как Вы и Я).
18. «

    Нечего тыкать другим в глаза свою злость, все мы сейчас на войне одинаковые: и злые — злые, и добрые — тоже злые! А кто не злой, тот или войны не видал, или думает, что немцы его пожалеют за его доброту.

    Нечего тыкать другим в глаза свою злость, все мы сейчас на войне одинаковые: и злые — злые, и добрые — тоже злые! А кто не злой, тот или войны не видал, или думает, что немцы его пожалеют за его доброту.

    — Иван Петрович Синцов · книга
19. «

    Война есть ускоренная жизнь, и больше ничего. И в жизни люди помирают, и на войне то же самое, только скорость другая.

    Война есть ускоренная жизнь, и больше ничего. И в жизни люди помирают, и на войне то же самое, только скорость другая.

    — Иван Васильевич Кузьмич · книга
20. «

    Зачем считать грехи ее? Ведь не добра, не зла, Не женщиной — стихиею Вблизи она прошла.

    Зачем считать грехи ее? Ведь не добра, не зла, Не женщиной — стихиею Вблизи она прошла.