24 фразы Лейлы Мичема, которые запоминаются

Подборка из 24 цитаты Лейлы Мичема: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Когда женщина, не будучи твоей матерью, остается на крыльце, чтобы посмотреть тебе вслед, можешь быть уверен: ты ей не просто нравишься.

   Когда женщина, не будучи твоей матерью, остается на крыльце, чтобы посмотреть тебе вслед, можешь быть уверен: ты ей не просто нравишься.

   — Знак розы · книга
2. «

   — Много воды утекло, Люси, — проговорил Перси, чувствуя, как защемило у него в груди. — Ага, — согласилась она. Единственная проблема заключается в том, что мы с тобой стояли и смотрели на нее с разных берегов реки.

   — Много воды утекло, Люси, — проговорил Перси, чувствуя, как защемило у него в груди. — Ага, — согласилась она. Единственная проблема заключается в том, что мы с тобой стояли и смотрели на нее с разных берегов реки.

   — Перси Уорик · книга
3. «

   Для солдата удачи никогда не бывает слишком много.

   Для солдата удачи никогда не бывает слишком много.

   — Перси Уорик · книга
4. «

   Если ты умна, то выйдешь замуж за Перси. Он — лучшая партия в Техасе, и он сходит по тебе с ума. Но я не думаю, что ты умна. Умная женщина всегда знает, что для нее важнее всего. Что проку от обильного урожая, когда ты не можешь вернуться домой к человеку, которого любишь?

   Если ты умна, то выйдешь замуж за Перси. Он — лучшая партия в Техасе, и он сходит по тебе с ума. Но я не думаю, что ты умна. Умная женщина всегда знает, что для нее важнее всего. Что проку от обильного урожая, когда ты не можешь вернуться домой к человеку, которого любишь?

   — Майлз Толивер · книга
5. «

   Ты же понимаешь, когда-нибудь наступит день... когда мы должны будем сказать друг другу «прощай».

   Ты же понимаешь, когда-нибудь наступит день... когда мы должны будем сказать друг другу «прощай».

   — Мэри Толивер · книга
6. «

   Война в Корее закончилась, и с болью в сердце Перси прочел, что нация, за которую отдал жизнь его сын и еще пятьдесят тысяч американских военнослужащих, мужчин и женщин, так и осталась разделенной. Политические разногласия не были урегулированы, а права человека по-прежнему нарушались.

   Война в Корее закончилась, и с болью в сердце Перси прочел, что нация, за которую отдал жизнь его сын и еще пятьдесят тысяч американских военнослужащих, мужчин и женщин, так и осталась разделенной. Политические разногласия не были урегулированы, а права человека по-прежнему нарушались.

   — Знак розы · книга
7. «

   Пусть Перси и все остальные думают, что она презирала ее из-за красоты и изящества. Люси ненавидела Мэри по одной простой причине: та незаслуженно завоевала и сохранила навсегда сердце мужчины, которого любила Люси.

   Пусть Перси и все остальные думают, что она презирала ее из-за красоты и изящества. Люси ненавидела Мэри по одной простой причине: та незаслуженно завоевала и сохранила навсегда сердце мужчины, которого любила Люси.

   — Знак розы · книга
8. «

   Не стоит начинать семейную жизнь... с осложнений.

   Не стоит начинать семейную жизнь... с осложнений.

   — Олли ДюМонт · книга
9. «

   Его объятия — опасное, конечно, место, но зато какое райское наслаждение чувствовать, как его руки обнимают ее, предлагая защиту, покой и... прощение.

   Его объятия — опасное, конечно, место, но зато какое райское наслаждение чувствовать, как его руки обнимают ее, предлагая защиту, покой и... прощение.

   — Знак розы · книга
10. «

    Гордость? — презрительно фыркнула Люси. — Чушь! Гордость — всего лишь путы, приковывающие тебя к месту безо всякой надежды увидеть, что там дальше, за горизонтом. Ты бы лучше усмирила гордость, милочка. Она может стать твоей ахиллесовой пятой.

    Гордость? — презрительно фыркнула Люси. — Чушь! Гордость — всего лишь путы, приковывающие тебя к месту безо всякой надежды увидеть, что там дальше, за горизонтом. Ты бы лучше усмирила гордость, милочка. Она может стать твоей ахиллесовой пятой.

    — Люси Джентри · книга
11. «

    Гнев не дает человеку опустить руки. Горе способно погубить.

    Гнев не дает человеку опустить руки. Горе способно погубить.

    — Знак розы · книга
12. «

    — Ну, и что случилось? Почему вы не поженились? — Случился Сомерсет.

    — Ну, и что случилось? Почему вы не поженились? — Случился Сомерсет.

    — Перси Уорик · книга
13. «

    Как может женщина так невозмутимо раскрывать свое сердце для боли, подобно глупому щенку, подставляющему живот под удар?

    Как может женщина так невозмутимо раскрывать свое сердце для боли, подобно глупому щенку, подставляющему живот под удар?

    — Знак розы · книга
14. «

    «Ада нет, — решил Перси. — Он здесь, на земле». Разве есть более страшные муки, чем смотреть, как сын, которого ты не знаешь, уходит на войну, и неизвестно, вернется ли он домой живим?

    «Ада нет, — решил Перси. — Он здесь, на земле». Разве есть более страшные муки, чем смотреть, как сын, которого ты не знаешь, уходит на войну, и неизвестно, вернется ли он домой живим?

    — Знак розы · книга
15. «

    Важна не земля сама по себе, а уроки, которые мы из нее извлекаем.

    Важна не земля сама по себе, а уроки, которые мы из нее извлекаем.

    — Знак розы · книга
16. «

    Он отчаянно хотел иметь семью... Он хотел лежа в постели, слышать, как бьется сердце Мэри, а сидя за столом по вечерам, держать ее за руку. Он готов был научиться играть вторую скрипку. Главное — оказаться в составе оркестра.

    Он отчаянно хотел иметь семью... Он хотел лежа в постели, слышать, как бьется сердце Мэри, а сидя за столом по вечерам, держать ее за руку. Он готов был научиться играть вторую скрипку. Главное — оказаться в составе оркестра.

    — Знак розы · книга
17. «

    Сколько еще ударов судьбы ты сможешь вынести в одиночку? И сколько еще лет я проживу один, без тебя? Наши дни заполнены с рассвета до заката, любимая, но наша жизнь пуста.

    Сколько еще ударов судьбы ты сможешь вынести в одиночку? И сколько еще лет я проживу один, без тебя? Наши дни заполнены с рассвета до заката, любимая, но наша жизнь пуста.

    — Перси Уорик · книга
18. «

    — Вы хотите прогуляться по такой жаре, мисс Мэри? Разумно ли это? — Нет, но в моем возрасте я имею право на глупости.

    — Вы хотите прогуляться по такой жаре, мисс Мэри? Разумно ли это? — Нет, но в моем возрасте я имею право на глупости.

    — Генри · книга
19. «

    Все, кого она любила, ушли от нее — дед и отец, брат и мать. У нее оставался лишь Сомерсет, и он ждал ее. У нее была земля, которую она будет холить и лелеять, год за годом, урожай за урожаем, до конца дней своих. Как говорил Майлз, плантация никогда ее не бросит. На нее может напасть хлопковый долгоносик, обрушиться засуха или наводнение. В перерывах между этими напастями град может начисто уничтожить посевы, стоящие целое состояние, но земля все равно никуда не денется после того, как следы бедствия исчезнут с ее лица. Когда имеешь дело с землей, всегда остается надежда, чего нельзя сказать о людях.

    Все, кого она любила, ушли от нее — дед и отец, брат и мать. У нее оставался лишь Сомерсет, и он ждал ее. У нее была земля, которую она будет холить и лелеять, год за годом, урожай за урожаем, до конца дней своих. Как говорил Майлз, плантация никогда ее не бросит. На нее может напасть хлопковый долгоносик, обрушиться засуха или наводнение. В перерывах между этими напастями град может начисто уничтожить посевы, стоящие целое состояние, но земля все равно никуда не денется после того, как следы бедствия исчезнут с ее лица. Когда имеешь дело с землей, всегда остается надежда, чего нельзя сказать о людях.

    — Знак розы · книга
20. «

    Тишина начинает звенеть, когда умирает тот, кого ты любил.

    Тишина начинает звенеть, когда умирает тот, кого ты любил.

    — Рейчел Толивер · книга