46 сильных цитат Лекси де Эстера

Лекси де Эстер — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 46 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Почему я узнаю про могилы моих родителей только сейчас, — зло шипит девушка, заставляя меня вздрогнуть. [...] — Почему сейчас? — я вновь отворачиваюсь от девушки, делаю несколько шагов к границе “беседки”, ведущей глубже в лес и громко втягиваю запах свежей травы и зелени, полной духовной силы, — Потому что ты собираешься уйти, — шепчу. — Что? — … вслед за ними...

   — Почему я узнаю про могилы моих родителей только сейчас, — зло шипит девушка, заставляя меня вздрогнуть. [...] — Почему сейчас? — я вновь отворачиваюсь от девушки, делаю несколько шагов к границе “беседки”, ведущей глубже в лес и громко втягиваю запах свежей травы и зелени, полной духовной силы, — Потому что ты собираешься уйти, — шепчу. — Что? — … вслед за ними...

   — Джошуа МакКензи · книга
2. «

   — Вот так, — ухмыляется парень и отстраняется, — Глуши свои чувства злостью ко мне, а не нейролептиками или этими ужасными следами на твоих руках и ладонях, — смеясь, он проводит рукой по волосам.

   — Вот так, — ухмыляется парень и отстраняется, — Глуши свои чувства злостью ко мне, а не нейролептиками или этими ужасными следами на твоих руках и ладонях, — смеясь, он проводит рукой по волосам.

   — Александр Ньюман · книга
3. «

   Мафия — это не игра, в которую захотел — поиграл, захотел — прекратил. Если ты начал, то должен быть верен ей до конца, выйти можно лишь одним способом — вместе со смертью. Мафиозные тайны остаются тайными навсегда. И либо это происходит добровольно, либо тебя заставляют замолчать...

   Мафия — это не игра, в которую захотел — поиграл, захотел — прекратил. Если ты начал, то должен быть верен ей до конца, выйти можно лишь одним способом — вместе со смертью. Мафиозные тайны остаются тайными навсегда. И либо это происходит добровольно, либо тебя заставляют замолчать...

   — Айлин Диас · книга
4. «

   Мы были в своём мире, ища ответы в глазах друг друга...

   Мы были в своём мире, ища ответы в глазах друг друга...

   — Наоми Осака · книга
5. «

   — Ангелочек, я знаю этот взгляд, — он шептал, хотя в комнате мы были вдвоём, и никто не смог бы нас услышать.

   — Ангелочек, я знаю этот взгляд, — он шептал, хотя в комнате мы были вдвоём, и никто не смог бы нас услышать.

   — Александр Ньюман · книга
6. «

   — Блины с мороженным, — фыркнул брюнет напротив.

   — Блины с мороженным, — фыркнул брюнет напротив.

   — Наоми Осака · книга
7. «

   Я бежала не от добродушного отца, не от единственных друзей и даже не от своих подростковых проблем... Я бежала от чего-то пострашнее, от того, кого никто не сможет приструнить...

   Я бежала не от добродушного отца, не от единственных друзей и даже не от своих подростковых проблем... Я бежала от чего-то пострашнее, от того, кого никто не сможет приструнить...

   — Наоми Осака · книга
8. «

   Без обаяния и симпатичной мордашки маловероятно получить то, чего хочешь в кратчайшие сроки.

   Без обаяния и симпатичной мордашки маловероятно получить то, чего хочешь в кратчайшие сроки.

   — Джошуа МакКензи · книга
9. «

   Навряд ли ребёнок одиннадцати лет способен адекватно пережить смерть столь близкого и родного человека без последствий для психики и прочего, хотя кто вообще это смог бы сделать даже в намного сознательном возрасте? Уж точно ни я... и ни он...

   Навряд ли ребёнок одиннадцати лет способен адекватно пережить смерть столь близкого и родного человека без последствий для психики и прочего, хотя кто вообще это смог бы сделать даже в намного сознательном возрасте? Уж точно ни я... и ни он...

   — Джошуа МакКензи · книга
10. «

    — У меня нет белых бинтов, — оповестил Алек разматывая из рулончика чёрные повязки, — Будешь с чёрными крылышками.

    — У меня нет белых бинтов, — оповестил Алек разматывая из рулончика чёрные повязки, — Будешь с чёрными крылышками.

    — Александр Ньюман · книга
11. «

    Что мог сделать человек, чей разум застелен пеленой безумства и гнева? Мог ли услышать тот отчаянный голос, взывавший к нему? Да и значил ли хоть что-то его друг в эти минуты беспамятства?

    Что мог сделать человек, чей разум застелен пеленой безумства и гнева? Мог ли услышать тот отчаянный голос, взывавший к нему? Да и значил ли хоть что-то его друг в эти минуты беспамятства?

    — Наоми Осака · книга
12. «

    Любые идеи хороши, даже плохие, просто их нужно довести до ума...

    Любые идеи хороши, даже плохие, просто их нужно довести до ума...

    — Айлин Диас · книга
13. «

    Я видел, как дрожали его плечи тогда. Он тоже изливал своё горе холодному бездушному камню — это было единственным, что теперь мы оба могли — статус и благородство уже были не важны перед лицом смерти...

    Я видел, как дрожали его плечи тогда. Он тоже изливал своё горе холодному бездушному камню — это было единственным, что теперь мы оба могли — статус и благородство уже были не важны перед лицом смерти...

    — Джошуа МакКензи · книга
14. «

    Контролируй себя! Держи свои эмоции в узде! Он не тот, перед кем можно быть слабой!

    Контролируй себя! Держи свои эмоции в узде! Он не тот, перед кем можно быть слабой!

    — Наоми Осака · книга
15. «

    Это была всего лишь игра, в которую я рискнула сыграть, хотя понимала, как высоки риски. Наполненность чувствами казалась привлекательнее рациональности.

    Это была всего лишь игра, в которую я рискнула сыграть, хотя понимала, как высоки риски. Наполненность чувствами казалась привлекательнее рациональности.

    — Айлин Диас · книга
16. «

    Недостаточно владеть городом, чтобы быть Ньюманом. Однако мало быть Ньюманом, чтобы владеть всем.

    Недостаточно владеть городом, чтобы быть Ньюманом. Однако мало быть Ньюманом, чтобы владеть всем.

    — Александр Ньюман · книга
17. «

    Молчаливое презрение — самая ужасная на всём белом свете вещь. Особенно, когда исходит от близких людей. Одних взглядов достаточно, чтобы ты понял, насколько низко ты пал. В них нет ни злости, ни обиды. От того они и страшнее. Нельзя обвинить человека, который молчит, который не испытывает к тебе ненависти, но всё же высказывает глубокое неодобрение. Люди, которые стали семьей, которые переломили ход моей жизни, которых ни за что в жизни не хочется подводить, которых больше не вернуть, испытывают неприязнь к человеку, которым я стал, но всё ещё продолжают любить, потому что я не чужой... Это клинком рассекает мне сердце...

    Молчаливое презрение — самая ужасная на всём белом свете вещь. Особенно, когда исходит от близких людей. Одних взглядов достаточно, чтобы ты понял, насколько низко ты пал. В них нет ни злости, ни обиды. От того они и страшнее. Нельзя обвинить человека, который молчит, который не испытывает к тебе ненависти, но всё же высказывает глубокое неодобрение. Люди, которые стали семьей, которые переломили ход моей жизни, которых ни за что в жизни не хочется подводить, которых больше не вернуть, испытывают неприязнь к человеку, которым я стал, но всё ещё продолжают любить, потому что я не чужой... Это клинком рассекает мне сердце...

    — Джошуа МакКензи · книга
18. «

    — Не дергайся, — холодно буркнул брюнет.

    — Не дергайся, — холодно буркнул брюнет.

    — Наоми Осака · книга
19. «

    — Ты сегодня так прекрасно выглядишь, — шепчет Джош в попытках отделить нас от реальности.

    — Ты сегодня так прекрасно выглядишь, — шепчет Джош в попытках отделить нас от реальности.

    — Джошуа МакКензи · книга
20. «

    Я — не то, что я говорю; Меня олицетворяют мои поступки, никак не слова

    Я — не то, что я говорю; Меня олицетворяют мои поступки, никак не слова