48 цитат Лекси де Эстера, которые цепляют

Лекси де Эстер — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 48 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Просто будь рядом, будь на моей стороне, но не сражайся за меня...

   Просто будь рядом, будь на моей стороне, но не сражайся за меня...

   — Наоми Осака · книга
2. «

   Такие необдуманные поступки, движимые желанием лучшей жизни, глупы и до отвращения нелепы. Не ставить собственную жизнь ни во что, поддаваясь влиянию отмороженных отпрысков Диас, которые не знают ничего о совести или чувствах сожаления и сопереживания, неразумно и опасно. Им плевать, как, главное — сделать. А жертвы — это уже второстепенное, что можно решить деньгами...

   Такие необдуманные поступки, движимые желанием лучшей жизни, глупы и до отвращения нелепы. Не ставить собственную жизнь ни во что, поддаваясь влиянию отмороженных отпрысков Диас, которые не знают ничего о совести или чувствах сожаления и сопереживания, неразумно и опасно. Им плевать, как, главное — сделать. А жертвы — это уже второстепенное, что можно решить деньгами...

   — Айлин Диас · книга
3. «

   Сладкие условия — лишь ловушка для таких умненьких деток.

   Сладкие условия — лишь ловушка для таких умненьких деток.

   — Айлин Диас · книга
4. «

   Он начал идти к тому, что имеет сейчас — известная большая студия, в которую стремятся попасть многие звёзды — маленькими и неаккуратными шажочками, делая ошибки, но не теряя надежды.

   Он начал идти к тому, что имеет сейчас — известная большая студия, в которую стремятся попасть многие звёзды — маленькими и неаккуратными шажочками, делая ошибки, но не теряя надежды.

   — Наоми Осака · книга
5. «

   — Вы ноготь и мясо, что ли? — У нас говорят: “Близки, как воры”.

   — Вы ноготь и мясо, что ли? — У нас говорят: “Близки, как воры”.

   — Наоми Осака · книга
6. «

   Но позднее, стоя под проливным дождем посреди кладбища, — словно сама природа оплакивала потерю — перед очередным мраморным камнем с высеченным именем, датами, он был без зонта... Промок до нитки, но так и не вздрогнул. Он принёс букет любимых цветов мамы — Эйда их тоже любила — Лилии — цветы величия. Оставляя их, отец признавал своё уважение перед ней, как делал это каждый раз, навещая могилу матери... Тогда под шум капель, бьющих по земле, по гравию, бетону, мрамору, отец внезапно дрогнул, произнеся: “Они похожи с Эмили”.

   Но позднее, стоя под проливным дождем посреди кладбища, — словно сама природа оплакивала потерю — перед очередным мраморным камнем с высеченным именем, датами, он был без зонта... Промок до нитки, но так и не вздрогнул. Он принёс букет любимых цветов мамы — Эйда их тоже любила — Лилии — цветы величия. Оставляя их, отец признавал своё уважение перед ней, как делал это каждый раз, навещая могилу матери... Тогда под шум капель, бьющих по земле, по гравию, бетону, мрамору, отец внезапно дрогнул, произнеся: “Они похожи с Эмили”.

   — Джошуа МакКензи · книга
7. «

   — Вот так, — ухмыляется парень и отстраняется, — Глуши свои чувства злостью ко мне, а не нейролептиками или этими ужасными следами на твоих руках и ладонях, — смеясь, он проводит рукой по волосам.

   — Вот так, — ухмыляется парень и отстраняется, — Глуши свои чувства злостью ко мне, а не нейролептиками или этими ужасными следами на твоих руках и ладонях, — смеясь, он проводит рукой по волосам.

   — Александр Ньюман · книга
8. «

   Однако мне не нужен был защитник, способный закрыть меня своей спиной в решающий момент. Я не была леди, которой нужны принцы и рыцари. Ньюман называл меня ангелом, и я действительно была им, но он никогда не использовал прилагательных. Грязный, омерзительный, развратный. Они действительно лучше бы охарактеризовали меня, раскрыли самую суть. Я никогда не считала себя чистой и достойной, какой считал меня Нейтон, называя лотосом. Знала, кто я и где мое место. Возможно, я бы хотела выкарабкаться из этой ямы дерьма, но у меня не получалось. Каждый раз хвасталась за новый выступ, а он обваливался, и я летела вниз, больно ударяясь спиной.

   Однако мне не нужен был защитник, способный закрыть меня своей спиной в решающий момент. Я не была леди, которой нужны принцы и рыцари. Ньюман называл меня ангелом, и я действительно была им, но он никогда не использовал прилагательных. Грязный, омерзительный, развратный. Они действительно лучше бы охарактеризовали меня, раскрыли самую суть. Я никогда не считала себя чистой и достойной, какой считал меня Нейтон, называя лотосом. Знала, кто я и где мое место. Возможно, я бы хотела выкарабкаться из этой ямы дерьма, но у меня не получалось. Каждый раз хвасталась за новый выступ, а он обваливался, и я летела вниз, больно ударяясь спиной.

   — Наоми Осака · книга
9. «

   Что мог сделать человек, чей разум застелен пеленой безумства и гнева? Мог ли услышать тот отчаянный голос, взывавший к нему? Да и значил ли хоть что-то его друг в эти минуты беспамятства?

   Что мог сделать человек, чей разум застелен пеленой безумства и гнева? Мог ли услышать тот отчаянный голос, взывавший к нему? Да и значил ли хоть что-то его друг в эти минуты беспамятства?

   — Наоми Осака · книга
10. «

    Любые идеи хороши, даже плохие, просто их нужно довести до ума...

    Любые идеи хороши, даже плохие, просто их нужно довести до ума...

    — Айлин Диас · книга
11. «

    Без обаяния и симпатичной мордашки маловероятно получить то, чего хочешь в кратчайшие сроки.

    Без обаяния и симпатичной мордашки маловероятно получить то, чего хочешь в кратчайшие сроки.

    — Джошуа МакКензи · книга
12. «

    Нужно на время забыть, кто я и для чего тут, и просто плыть по течению, пока волной меня не прибьёт к очередному острову жизни.

    Нужно на время забыть, кто я и для чего тут, и просто плыть по течению, пока волной меня не прибьёт к очередному острову жизни.

    — Айлин Диас · книга
13. «

    Навряд ли ребёнок одиннадцати лет способен адекватно пережить смерть столь близкого и родного человека без последствий для психики и прочего, хотя кто вообще это смог бы сделать даже в намного сознательном возрасте? Уж точно ни я... и ни он...

    Навряд ли ребёнок одиннадцати лет способен адекватно пережить смерть столь близкого и родного человека без последствий для психики и прочего, хотя кто вообще это смог бы сделать даже в намного сознательном возрасте? Уж точно ни я... и ни он...

    — Джошуа МакКензи · книга
14. «

    — Ну, что? Ты доверишься мне и в этот раз? — он ехидно ухмыльнулся.

    — Ну, что? Ты доверишься мне и в этот раз? — он ехидно ухмыльнулся.

    — Наоми Осака · книга
15. «

    — Выбор есть всегда, Мой Ангел, — Алек протягивает мне руку, чем заслуживает мой недоуменный взгляд — Просто ты иногда не осознаешь, как делаешь его...

    — Выбор есть всегда, Мой Ангел, — Алек протягивает мне руку, чем заслуживает мой недоуменный взгляд — Просто ты иногда не осознаешь, как делаешь его...

    — Александр Ньюман · книга
16. «

    Пока есть страх и уважение в сторону Диас — есть власть.

    Пока есть страх и уважение в сторону Диас — есть власть.

    — Мерлия Диас · книга
17. «

    — У меня нет белых бинтов, — оповестил Алек разматывая из рулончика чёрные повязки, — Будешь с чёрными крылышками.

    — У меня нет белых бинтов, — оповестил Алек разматывая из рулончика чёрные повязки, — Будешь с чёрными крылышками.

    — Александр Ньюман · книга
18. «

    Жизнь ломает только сильных людей, на слабых ей наплевать, поскольку они не смогут вновь встать и идти дальше к своей цели.

    Жизнь ломает только сильных людей, на слабых ей наплевать, поскольку они не смогут вновь встать и идти дальше к своей цели.

    — Отвергнутая · книга
19. «

    — Я лишь мгновение в его жизни.

    — Я лишь мгновение в его жизни.

    — Эйда Рид · книга
20. «

    Однажды ты скажешь мне то, что я хочу услышать сейчас, но тогда я уже буду не готова к этому.

    Однажды ты скажешь мне то, что я хочу услышать сейчас, но тогда я уже буду не готова к этому.