«Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать». Пушкину хватило строки, чтоб объяснить господам писателям, в чём их единственное назначение. Современная литература предпочитает материться.
Мне сто раз казалось, что ты идешь навстречу. Я помню твои интонации, твои жесты. Я выхожу на сцену и вижу тебя в зале. Я готова спорить на собственную голову — это ты, в четвертом ряду, шестой слева. Я схожу с ума от галлюцинаций, но я скорее умерла бы, чем согласилась вылечиваться. Теперь отвечай мне — можно так жить?
Я знаю, что ты нужна и нужна. Что же еще я должен знать? Разве этого мало? Я просыпаюсь, чтоб тебя увидеть. Услышать твой голос... То, что ты есть, всему придает смысл и вносит жизнь решительно во все...