107 фраз Лорена Оливера, которые запоминаются

Лорен Оливер — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 107 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Он всегда так поступает: ведет себя так, словно знает меня лучше всех, только потому, что мы вместе играли в песочнице сто лет назад. Ведет себя так, будто последние десять лет ничего не изменили, хотя они изменили все.

   Он всегда так поступает: ведет себя так, словно знает меня лучше всех, только потому, что мы вместе играли в песочнице сто лет назад. Ведет себя так, будто последние десять лет ничего не изменили, хотя они изменили все.

   — Прежде чем я упаду · книга
2. «

   Сегодня вечером. Включи телефон, заведи машину и будь моим героем.

   Сегодня вечером. Включи телефон, заведи машину и будь моим героем.

   — Прежде чем я упаду · книга
3. «

   Между уроками я прочесываю коридоры в поисках Кента. Понятия не имею, что скажу ему, когда увижу. Вообще-то я ничего не могу сказать. Он не знает, что две последние ночи мы провели вместе; обе ночи мы были так близко, что если бы один из нас выдохнул, все закончилось бы поцелуями — собственно, почти закончилось прошлой ночью. Но меня одолевает нестерпимое желание просто быть рядом, следить, как он занимается привычными делами: отбрасывает волосы с глаз, криво улыбается, шаркает нелепыми клетчатыми кроссовками, прячет руки в слишком длинные манжеты рубашки. Мое сердце подскакивает к горлу всякий раз, когда я замечаю чью-то размашистую походку или всклоченные каштановые волосы. Но всякий раз это оказывается кто-то другой, и с каждой ошибкой мое сердце возвращается на место.

   Между уроками я прочесываю коридоры в поисках Кента. Понятия не имею, что скажу ему, когда увижу. Вообще-то я ничего не могу сказать. Он не знает, что две последние ночи мы провели вместе; обе ночи мы были так близко, что если бы один из нас выдохнул, все закончилось бы поцелуями — собственно, почти закончилось прошлой ночью. Но меня одолевает нестерпимое желание просто быть рядом, следить, как он занимается привычными делами: отбрасывает волосы с глаз, криво улыбается, шаркает нелепыми клетчатыми кроссовками, прячет руки в слишком длинные манжеты рубашки. Мое сердце подскакивает к горлу всякий раз, когда я замечаю чью-то размашистую походку или всклоченные каштановые волосы. Но всякий раз это оказывается кто-то другой, и с каждой ошибкой мое сердце возвращается на место.

   — Прежде чем я упаду · книга
4. «

   ...если смысл твоей жизни в том, чтобы просто плыть по течению, то это не жизнь. Я знаю, что весь смысл — причём единственный — в том, чтобы найти то, что для тебя важнее всего, и не отпускать это от себя, и бороться за это, и никому не позволить у тебя это отобрать.

   ...если смысл твоей жизни в том, чтобы просто плыть по течению, то это не жизнь. Я знаю, что весь смысл — причём единственный — в том, чтобы найти то, что для тебя важнее всего, и не отпускать это от себя, и бороться за это, и никому не позволить у тебя это отобрать.

   — Лина · книга
5. «

   Тот, кто высоко взлетает, рискует низко упасть. Зато он познает полёт.

   Тот, кто высоко взлетает, рискует низко упасть. Зато он познает полёт.

   — Делириум · книга
6. «

   Разумеется, я совершенно счастлива, просто иногда я вынуждена вновь и вновь мысленно повторять, почему он мне вообще понравился, словно иначе забуду.

   Разумеется, я совершенно счастлива, просто иногда я вынуждена вновь и вновь мысленно повторять, почему он мне вообще понравился, словно иначе забуду.

   — Прежде чем я упаду · книга
7. «

   В животе разгорается тупая боль. Весь вечер — весь день — я желала одного: оказаться рядом с ним. А теперь у меня нет времени.

   В животе разгорается тупая боль. Весь вечер — весь день — я желала одного: оказаться рядом с ним. А теперь у меня нет времени.

   — Саманта (Сэм) Кингстон · книга
8. «

   Это всегда изумляет меня — что люди каждый день новые. Что они постоянно изменяются. Их постоянно нужно открывать заново, и им самим нужно себя заново открывать.

   Это всегда изумляет меня — что люди каждый день новые. Что они постоянно изменяются. Их постоянно нужно открывать заново, и им самим нужно себя заново открывать.

   — Лина · книга
9. «

   Любовь самая смертоносная из всех смертоносных сущностей. Она убивает в любом случае и тогда, когда она у тебя есть, и тогда, когда её нет.

   Любовь самая смертоносная из всех смертоносных сущностей. Она убивает в любом случае и тогда, когда она у тебя есть, и тогда, когда её нет.

   — Делириум · книга
10. «

    Я тревожусь из-за сегодняшней ночи — наполовину от страха, наполовину от предвкушения, — как бывает, когда слышишь гром и знаешь, что в любую секунду молния разорвет небо, пронзая облака своими клыками.

    Я тревожусь из-за сегодняшней ночи — наполовину от страха, наполовину от предвкушения, — как бывает, когда слышишь гром и знаешь, что в любую секунду молния разорвет небо, пронзая облака своими клыками.

    — Саманта Кингстон · книга
11. «

    Странно устроена жизнь — ты ждёшь чего-то, и тебе кажется, что ожидание это длится целую вечность, а когда желаемое приходит, всё, чего тебе хочется, — это тихонько заползти обратно, в то время, когда перемены ещё даже не наступили.

    Странно устроена жизнь — ты ждёшь чего-то, и тебе кажется, что ожидание это длится целую вечность, а когда желаемое приходит, всё, чего тебе хочется, — это тихонько заползти обратно, в то время, когда перемены ещё даже не наступили.

    — Лина · книга
12. «

    Я люблю тебя. Помни. Этого они никогда не смогут отобрать.

    Я люблю тебя. Помни. Этого они никогда не смогут отобрать.

    — Делириум · книга
13. «

    Любовь превращает весь мир во что то гораздо большее, чем просто «внешняя среда».

    Любовь превращает весь мир во что то гораздо большее, чем просто «внешняя среда».

    — Делириум · книга
14. «

    Я начинаю пятиться, пока не отколола чего-нибудь на редкость неприличного — например, не запрыгнула на него.

    Я начинаю пятиться, пока не отколола чего-нибудь на редкость неприличного — например, не запрыгнула на него.

    — Сэм Кингстон · книга
15. «

    ...чем чаще ты врёшь, тем легче тебе это даётся.

    ...чем чаще ты врёшь, тем легче тебе это даётся.

    — Лина · книга
16. «

    Если ты умная, ты не равнодушная, если ты не равнодушная, ты любишь.

    Если ты умная, ты не равнодушная, если ты не равнодушная, ты любишь.

    — Пандемониум · книга
17. «

    Миллионы снежинок кружатся, вертятся и все вместе напоминают накатывающие белые волны. Неужели среди них действительно нет одинаковых?

    Миллионы снежинок кружатся, вертятся и все вместе напоминают накатывающие белые волны. Неужели среди них действительно нет одинаковых?

    — Прежде чем я упаду · книга
18. «

    Сердце – штука нежная. Вот почему с ним надо обращаться осторожно.

    Сердце – штука нежная. Вот почему с ним надо обращаться осторожно.

    — Делириум · книга
19. «

    Людей можно сравнить с туннелями. В каждом человеке множество темных мест и пещер, и невозможно заглянуть во все. Невозможно даже представить, что в них таится.

    Людей можно сравнить с туннелями. В каждом человеке множество темных мест и пещер, и невозможно заглянуть во все. Невозможно даже представить, что в них таится.

    — Пандемониум · книга
20. «

    Я ёжусь от того, насколько легко безнадежно ошибаться в людях — видеть только крошечную часть истины и принимать её за целое, видеть причину и считать её следствием, и наоборот.

    Я ёжусь от того, насколько легко безнадежно ошибаться в людях — видеть только крошечную часть истины и принимать её за целое, видеть причину и считать её следствием, и наоборот.

    — Прежде чем я упаду · книга