110 мудрых мыслей Лорена Оливера

Лорен Оливер — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 110 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Ненависть — это такой же грибок. Она питает тебя и одновременно разрушает. Это мощная и очень жесткая блокирующая система. Она замещает все и вся. Ненависть — высокая башня. В Дикой местности я начала возводить эту башню.

   Ненависть — это такой же грибок. Она питает тебя и одновременно разрушает. Это мощная и очень жесткая блокирующая система. Она замещает все и вся. Ненависть — высокая башня. В Дикой местности я начала возводить эту башню.

   — Лина · книга
2. «

   Я ёжусь от того, насколько легко безнадежно ошибаться в людях — видеть только крошечную часть истины и принимать её за целое, видеть причину и считать её следствием, и наоборот.

   Я ёжусь от того, насколько легко безнадежно ошибаться в людях — видеть только крошечную часть истины и принимать её за целое, видеть причину и считать её следствием, и наоборот.

   — Прежде чем я упаду · книга
3. «

   Все, даже самые великие события, начинаются с чего-то незначительного.

   Все, даже самые великие события, начинаются с чего-то незначительного.

   — Лина · книга
4. «

   Если ты умная, ты не равнодушная, если ты не равнодушная, ты любишь.

   Если ты умная, ты не равнодушная, если ты не равнодушная, ты любишь.

   — Пандемониум · книга
5. «

   ... новая пара обуви способна изменить жизнь.

   ... новая пара обуви способна изменить жизнь.

   — Линдси · книга
6. «

   Наверное, так люди становятся близкими — они залечивают друг другу раны.

   Наверное, так люди становятся близкими — они залечивают друг другу раны.

   — Пандемониум · книга
7. «

   Мне страшно и весело одновременно... Возникает чувство, будто всевидящий глаз, который, я уверена, всегда за мной наблюдает, на долю секунды ослеп. Или, например, ты привыкла всю жизнь держаться за чью-то руку, а она вдруг исчезла, и ты вольна идти куда захочешь.

   Мне страшно и весело одновременно... Возникает чувство, будто всевидящий глаз, который, я уверена, всегда за мной наблюдает, на долю секунды ослеп. Или, например, ты привыкла всю жизнь держаться за чью-то руку, а она вдруг исчезла, и ты вольна идти куда захочешь.

   — Лина · книга
8. «

   Популярность — странная штука. Ей невозможно дать толковое определение, обсуждать ее не круто, но всегда ясно, что это именно она. Как косоглазие или порно.

   Популярность — странная штука. Ей невозможно дать толковое определение, обсуждать ее не круто, но всегда ясно, что это именно она. Как косоглазие или порно.

   — Саманта (Сэм) Кингстон · книга
9. «

   Самая опасная болезнь — та, при которой мы чувствуем себя здоровыми.

   Самая опасная болезнь — та, при которой мы чувствуем себя здоровыми.

   — Делириум · книга
10. «

    Сносите стены. В конце концов, именно в этом суть. Вы не знаете, что произойдет, если вы снесете стену. Вы не можете заглянуть через нее, не можете узнать, что это принесет — свободу или гибель, развязку или хаос. Это может быть рай, а может быть крушение. Сносите стены.

    Сносите стены. В конце концов, именно в этом суть. Вы не знаете, что произойдет, если вы снесете стену. Вы не можете заглянуть через нее, не можете узнать, что это принесет — свободу или гибель, развязку или хаос. Это может быть рай, а может быть крушение. Сносите стены.

    — Реквием · книга
11. «

    В фильмах всегда понятно, когда люди предназначены друг для друга, потому что нарастает фоновая музыка — глупо, зато верно.

    В фильмах всегда понятно, когда люди предназначены друг для друга, потому что нарастает фоновая музыка — глупо, зато верно.

    — Прежде чем я упаду · книга
12. «

    В животе разгорается тупая боль. Весь вечер — весь день — я желала одного: оказаться рядом с ним. А теперь у меня нет времени.

    В животе разгорается тупая боль. Весь вечер — весь день — я желала одного: оказаться рядом с ним. А теперь у меня нет времени.

    — Саманта (Сэм) Кингстон · книга
13. «

    Любовь — самое смертоносное оружие на свете: она убивает и когда присутствует в твоей жизни, и когда ты живёшь без неё.

    Любовь — самое смертоносное оружие на свете: она убивает и когда присутствует в твоей жизни, и когда ты живёшь без неё.

    — Делириум · книга
14. «

    На прошлой неделе поздно вечером мы сидели у него на диване, он разглядывал меня, и я была уверена — уверена, — что он вот-вот признается в любви, однако он сказал лишь, что под определенным углом я смахиваю на Скарлетт Йоханссон.

    На прошлой неделе поздно вечером мы сидели у него на диване, он разглядывал меня, и я была уверена — уверена, — что он вот-вот признается в любви, однако он сказал лишь, что под определенным углом я смахиваю на Скарлетт Йоханссон.

    — Прежде чем я упаду · книга
15. «

    Забавно: ты думаешь, что во время бедствий все прочее прекращается, ты забываешь ходить в туалет, есть или испытывать жажду. На самом деле это не так. Ты сам по себе, а тело само по себе. Оно предает тебя, грубо и глупо пыхтит, требует воды, сэндвичей и походов в туалет, в то время как мир разлетается вдребезги.

    Забавно: ты думаешь, что во время бедствий все прочее прекращается, ты забываешь ходить в туалет, есть или испытывать жажду. На самом деле это не так. Ты сам по себе, а тело само по себе. Оно предает тебя, грубо и глупо пыхтит, требует воды, сэндвичей и походов в туалет, в то время как мир разлетается вдребезги.

    — Саманта Кингстон · книга
16. «

    Вот что бывает, когда пытаешься помочь людям. Попадаешь в полное дерьмо.

    Вот что бывает, когда пытаешься помочь людям. Попадаешь в полное дерьмо.

    — Прежде чем я упаду · книга
17. «

    Разочарование настолько тяжело и реально, что я ощущаю его вкус, горький комок в горле.

    Разочарование настолько тяжело и реально, что я ощущаю его вкус, горький комок в горле.

    — Саманта (Сэм) Кингстон · книга
18. «

    Это всегда изумляет меня — что люди каждый день новые. Что они постоянно изменяются. Их постоянно нужно открывать заново, и им самим нужно себя заново открывать.

    Это всегда изумляет меня — что люди каждый день новые. Что они постоянно изменяются. Их постоянно нужно открывать заново, и им самим нужно себя заново открывать.

    — Лина · книга
19. «

    Сердце – штука нежная. Вот почему с ним надо обращаться осторожно.

    Сердце – штука нежная. Вот почему с ним надо обращаться осторожно.

    — Делириум · книга
20. «

    Он ведет себя так, будто мир — это огромный сверкающий подарок, который он разворачивает каждое утро.

    Он ведет себя так, будто мир — это огромный сверкающий подарок, который он разворачивает каждое утро.

    — Прежде чем я упаду · книга