181 фраза Лоренса Даррелла для статуса

Подборка из 181 цитата Лоренса Даррелла: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Война — это для людей все: отсутствие безработицы, свобода от жены и детей, обманчивое ощущение цели в жизни. Возложи вину за собственную неврастению на соседа и покарай его. Все так и было: реально, неизбежно и в то же время иллюзорно. Причина, по которой все любят войну, проста: не было времени задаться ещё более важным вопросом, а именно: «Что я сделал со своей жизнью?» У меня хватало времени, но не здравого смысла. Я погрузился в эту восхитительную амнезию, которою способно заразить только массовое кровопролитие. Боги жаждут крови! Массовое заклание! Ура!

   Война — это для людей все: отсутствие безработицы, свобода от жены и детей, обманчивое ощущение цели в жизни. Возложи вину за собственную неврастению на соседа и покарай его. Все так и было: реально, неизбежно и в то же время иллюзорно. Причина, по которой все любят войну, проста: не было времени задаться ещё более важным вопросом, а именно: «Что я сделал со своей жизнью?» У меня хватало времени, но не здравого смысла. Я погрузился в эту восхитительную амнезию, которою способно заразить только массовое кровопролитие. Боги жаждут крови! Массовое заклание! Ура!

   — Бунт Афродиты · книга
2. «

   ... На каждой стадии своего развития каждый человек открывает мир заново, чтобы привести его опять в соответствие с собственной природой.

   ... На каждой стадии своего развития каждый человек открывает мир заново, чтобы привести его опять в соответствие с собственной природой.

   — Жюстин · книга
3. «

   Он не любил слова «война». Слишком отдает театральщиной.

   Он не любил слова «война». Слишком отдает театральщиной.

   — Маунтолив · книга
4. «

   ...но знаете, в безнадежных случаях мы, доктора, всегда выписываем последний, безнадежный рецепт, если пациент — женщина: когда наука уже ничем помочь не в силах. Вот тогда мы говорим: „Если бы она могла быть хоть чуточку любимой!"

   ...но знаете, в безнадежных случаях мы, доктора, всегда выписываем последний, безнадежный рецепт, если пациент — женщина: когда наука уже ничем помочь не в силах. Вот тогда мы говорим: „Если бы она могла быть хоть чуточку любимой!"

   — Бальтазар · книга
5. «

   …Распущенность была странной формой самоотрицания, этакой переодетой свободой…

   …Распущенность была странной формой самоотрицания, этакой переодетой свободой…

   — Жюстин · книга
6. «

   Презрение к смерти переродилось в презрение к жизни, и жизнь подобный человек согласен принимать исключительно на своих условиях.

   Презрение к смерти переродилось в презрение к жизни, и жизнь подобный человек согласен принимать исключительно на своих условиях.

   — Маунтолив · книга
7. «

   Над стогом не горит звезда... Наука держит в хлороформе Наш дух, который иногда Бунтует в стихотворной форме.

   Над стогом не горит звезда... Наука держит в хлороформе Наш дух, который иногда Бунтует в стихотворной форме.

   — Карадок · книга
8. «

   Посредственность его была его спасеньем.

   Посредственность его была его спасеньем.

   — Помбаль · книга
9. «

   Самая трогательная и самая трагическая из иллюзий — быть может, вера в то, что наши действия могут что-то прибавить к общей сумме добра и зла, существующей в мире, или убавить от нее.

   Самая трогательная и самая трагическая из иллюзий — быть может, вера в то, что наши действия могут что-то прибавить к общей сумме добра и зла, существующей в мире, или убавить от нее.

   — Бальтазар · книга
10. «

    Музыка была изобретена, чтобы подтвердить одиночество человека.

    Музыка была изобретена, чтобы подтвердить одиночество человека.
11. «

    Люди, да, люди возникают вновь и вновь, но на короткое время. Вот вещи, те могут жить долго, спокойно меняя своих хозяев, когда устают от них.

    Люди, да, люди возникают вновь и вновь, но на короткое время. Вот вещи, те могут жить долго, спокойно меняя своих хозяев, когда устают от них.

    — Бунт Афродиты · книга
12. «

    Мне нравится, когда события переплетаются внахлест, когда они карабкаются друг на друга, как мокрые крабы в корзине...

    Мне нравится, когда события переплетаются внахлест, когда они карабкаются друг на друга, как мокрые крабы в корзине...

    — Бальтазар · книга
13. «

    Мы и расстались, не сказав ни слова, в маленьком скверике, где солнце выкрасило медленно умиравшие деревья в цвет кофе; расстались, просто обменявшись взглядом, словно хотели навеки друг в друге остаться.

    Мы и расстались, не сказав ни слова, в маленьком скверике, где солнце выкрасило медленно умиравшие деревья в цвет кофе; расстались, просто обменявшись взглядом, словно хотели навеки друг в друге остаться.

    — Жюстин · книга
14. «

    — Как вы спасаетесь от одиночества? — Месье, а что, если я и есть одиночество?

    — Как вы спасаетесь от одиночества? — Месье, а что, если я и есть одиночество?

    — Жюстин · книга
15. «

    Я знал, что он несчастлив, да если бы он и не был таковым, то симулировал бы несчастливость из чистого чувства долга. В наши дни человек искусства просто не имеет права не взрастить в себе личной трагедийки…

    Я знал, что он несчастлив, да если бы он и не был таковым, то симулировал бы несчастливость из чистого чувства долга. В наши дни человек искусства просто не имеет права не взрастить в себе личной трагедийки…

    — Дарли · книга
16. «

    Ничто не начинает со временем так сильно противоречить само себе, как истина.

    Ничто не начинает со временем так сильно противоречить само себе, как истина.

    — Бальтазар · книга
17. «

    ... Ненависть есть всего лишь недовоплощенная любовь.

    ... Ненависть есть всего лишь недовоплощенная любовь.

    — Жюстин · книга
18. «

    Некоторые двери выглядели так, будто она вот-вот из них выйдет.

    Некоторые двери выглядели так, будто она вот-вот из них выйдет.

    — Жюстин · книга
19. «

    И все же я, кажется, недооценил его гордости и его педантической привычки доводить любое дело до конца, ибо когда мы прибыли, он был педантичнейшим образом мертв — окончательно и бесповоротно.

    И все же я, кажется, недооценил его гордости и его педантической привычки доводить любое дело до конца, ибо когда мы прибыли, он был педантичнейшим образом мертв — окончательно и бесповоротно.

    — Бальтазар · книга
20. «

    Для каждого поступка есть сотня причин. В конечном счёте невозможно точно сказать, какая из них была решающей. Жизнь становится всё непостижимей, а не ясней.

    Для каждого поступка есть сотня причин. В конечном счёте невозможно точно сказать, какая из них была решающей. Жизнь становится всё непостижимей, а не ясней.

    — Ипполита · книга