Майкл Крайтон — 78 цитат с глубоким смыслом

Ниже 78 цитат Майкла Крайтона — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Количество времени, которое женщины уделяют домашним хлопотам, не изменялось с тысяча девятьсот тридцатого года, не смотря на все технические новшества. Все эти вакуумные пылесосы, мойки-сушилки, прессователи мусора, удалители отходов, ткани, которые можно постирать и сразу надеть... Почему при всех этих усовершенствованиях у женщин уходит столько же времени на уборку дома, как во времена наших бабушек?

   Количество времени, которое женщины уделяют домашним хлопотам, не изменялось с тысяча девятьсот тридцатого года, не смотря на все технические новшества. Все эти вакуумные пылесосы, мойки-сушилки, прессователи мусора, удалители отходов, ткани, которые можно постирать и сразу надеть... Почему при всех этих усовершенствованиях у женщин уходит столько же времени на уборку дома, как во времена наших бабушек?

   — Йен Малькольм · книга
2. «

   Сегодня он был раздражен и взвинчен. И, как всегда, реагировал на подобное состояние по-своему: стал нарочито медлительным, ходил медленно, думал медленно, работал со скучной обстоятельной неторопливостью. В том и был секрет его успеха. Когда все вокруг шалели от возбуждения, Мэнчик, казалось, терял последний интерес к происходящему, чуть ли не начинал дремать. Таким хитроумным способом он умудрялся сохранять ясность мысли и объективность суждений.

   Сегодня он был раздражен и взвинчен. И, как всегда, реагировал на подобное состояние по-своему: стал нарочито медлительным, ходил медленно, думал медленно, работал со скучной обстоятельной неторопливостью. В том и был секрет его успеха. Когда все вокруг шалели от возбуждения, Мэнчик, казалось, терял последний интерес к происходящему, чуть ли не начинал дремать. Таким хитроумным способом он умудрялся сохранять ясность мысли и объективность суждений.

   — Штамм «Андромеда» · книга
3. «

   С точки зрения делового человека, помогать людям очень рискованно…

   С точки зрения делового человека, помогать людям очень рискованно…

   — Парк Юрского периода · книга
4. «

   Мы с вами — свидетели упадка гибели научной эпохи. Наука, так же как изжившие себя системы, самоуничтожается. Набрав огромную мощь, она оказывается не в состоянии совладеть с этим могуществом. Потому что всё сейчас происходит очень и очень быстро. Пятнадцать лет назад все сходили с ума по атомной бомбе. Вот это было настоящее могущество! Никто тогда ни о чём больше и не думал. И вот, всего через десять лет после атомной бомбы, мы получаем новую могущественную силу — генетику. А генетика на самом деле гораздо могущественнее атомной бомбы. И она может попасть в руки кому угодно. Её продукты попадают в комплект принадлежностей садовника. В школьные лабораторию, где дети учатся ставить всякие опыты. В дешёвые лаборатории всяких террористов и политических диктаторов. И у каждого, кому попадет в руки такая мощь, должен возникнуть естественный вопрос: «Что я буду делать с таким могуществом?» А это, пожалуй, единственный вопрос, на который современная наука не может ответить.

   Мы с вами — свидетели упадка гибели научной эпохи. Наука, так же как изжившие себя системы, самоуничтожается. Набрав огромную мощь, она оказывается не в состоянии совладеть с этим могуществом. Потому что всё сейчас происходит очень и очень быстро. Пятнадцать лет назад все сходили с ума по атомной бомбе. Вот это было настоящее могущество! Никто тогда ни о чём больше и не думал. И вот, всего через десять лет после атомной бомбы, мы получаем новую могущественную силу — генетику. А генетика на самом деле гораздо могущественнее атомной бомбы. И она может попасть в руки кому угодно. Её продукты попадают в комплект принадлежностей садовника. В школьные лабораторию, где дети учатся ставить всякие опыты. В дешёвые лаборатории всяких террористов и политических диктаторов. И у каждого, кому попадет в руки такая мощь, должен возникнуть естественный вопрос: «Что я буду делать с таким могуществом?» А это, пожалуй, единственный вопрос, на который современная наука не может ответить.

   — Йен Малькольм · книга
5. «

   Я прихожу к выводу, что первым соприкосновением человека с внеземной жизнью будет контакт с организмами, если не идентичным земным бактериям или вирусам, то сходными с ними. Последствия такого контакта внушают серьезные опасения, если принять во внимание, что три процента всех видов земных бактерий способны оказывать то или иное вредное воздействие на человека.

   Я прихожу к выводу, что первым соприкосновением человека с внеземной жизнью будет контакт с организмами, если не идентичным земным бактериям или вирусам, то сходными с ними. Последствия такого контакта внушают серьезные опасения, если принять во внимание, что три процента всех видов земных бактерий способны оказывать то или иное вредное воздействие на человека.

   — Меррик · книга
6. «

   Самые приспособившиеся из бактерий — это те, которые вызывают легкие болезни или же не вызывают вообще никаких.

   Самые приспособившиеся из бактерий — это те, которые вызывают легкие болезни или же не вызывают вообще никаких.

   — Бертон Чарльз · книга
7. «

   Мэнчик был вполне подготовлен и даже предрасположен к тому, чтобы иметь дело с кризисом самого большого масштаба. Однако это еще не значит, что он сразу же распознал кризис как таковой.

   Мэнчик был вполне подготовлен и даже предрасположен к тому, чтобы иметь дело с кризисом самого большого масштаба. Однако это еще не значит, что он сразу же распознал кризис как таковой.

   — Штамм «Андромеда» · книга
8. «

   В конечном счёте, почему учёные ведут свои исследования? Они считают что прогресс неизбежен, исследования нельзя остановить. Если мы не создадим бомбу, — говорят они, — это сделают наши враги! Потом бомба попадает в руки политиков и те говорят: «Если мы её не применим, это сделает наш противник!» Учёные находят что политики иррациональны и безответственны, мол, во всём виноваты они! На самом деле ответственность лежит на каждом. Каждый делает свой собственный выбор.

   В конечном счёте, почему учёные ведут свои исследования? Они считают что прогресс неизбежен, исследования нельзя остановить. Если мы не создадим бомбу, — говорят они, — это сделают наши враги! Потом бомба попадает в руки политиков и те говорят: «Если мы её не применим, это сделает наш противник!» Учёные находят что политики иррациональны и безответственны, мол, во всём виноваты они! На самом деле ответственность лежит на каждом. Каждый делает свой собственный выбор.

   — Сфера · книга
9. «

   Даже абстрактное научное открытие — это акт агрессии, подобный взлому… Открытие — всегда насилие над природой. Всегда!

   Даже абстрактное научное открытие — это акт агрессии, подобный взлому… Открытие — всегда насилие над природой. Всегда!

   — Парк Юрского периода · книга
10. «

    Иистинная гениальность состоит в способности к оценке сведений неточных, противоречивых и чреватых опасностями.

    Иистинная гениальность состоит в способности к оценке сведений неточных, противоречивых и чреватых опасностями.

    — Уинстон Черчилль · книга
11. «

    Кризис есть ситуация, при которой совокупность обстоятельств, ранее вполне приемлимая, вдруг, с появлением какого-то нового фактора, становится совершенно неприемлимой, причем почти безразлично, является ли новый фактор политическим, экономическим или научным: смерть национального героя, колебания цен, новое техническое открытие — любое обстоятельство может явиться толчком для дальнейших событий.

    Кризис есть ситуация, при которой совокупность обстоятельств, ранее вполне приемлимая, вдруг, с появлением какого-то нового фактора, становится совершенно неприемлимой, причем почти безразлично, является ли новый фактор политическим, экономическим или научным: смерть национального героя, колебания цен, новое техническое открытие — любое обстоятельство может явиться толчком для дальнейших событий.

    — Льюис Борнхайм · книга
12. «

    Мы существуем на планете один краткий миг, и если завтра все мы исчезнем — планета этого даже не заметит.

    Мы существуем на планете один краткий миг, и если завтра все мы исчезнем — планета этого даже не заметит.

    — Йен Малькольм · книга
13. «

    Биология — наука уникальная в том смысле, что она никак не может определить свой предмет. Ведь до сих пор никто не сумел предложить исчерпывающего определения жизни. По существу никто и не знает, что такое жизнь. Все прежние формулы — материя, обладающая свойствами потребления пищи, обмена веществ, извержения отбросов, воспроизводства и т. д., явно недостаточны, поскольку всегда можно найти исключения из правил.

    Биология — наука уникальная в том смысле, что она никак не может определить свой предмет. Ведь до сих пор никто не сумел предложить исчерпывающего определения жизни. По существу никто и не знает, что такое жизнь. Все прежние формулы — материя, обладающая свойствами потребления пищи, обмена веществ, извержения отбросов, воспроизводства и т. д., явно недостаточны, поскольку всегда можно найти исключения из правил.

    — Штамм «Андромеда» · книга
14. «

    ...между развлечениями и реальностью нет ничего общего. Развлечения — это, в некотором смысле, прямая противоположность реальности.

    ...между развлечениями и реальностью нет ничего общего. Развлечения — это, в некотором смысле, прямая противоположность реальности.

    — Генри Ву · книга
15. «

    Поднимите в космос бактерию, практически безвредную, к примеру вызывающую гнойничковую сыпь или катар горла — вернуться назад она может в самой неожиданной и смертоносной форме. От нее можно ожидать чего угодно.

    Поднимите в космос бактерию, практически безвредную, к примеру вызывающую гнойничковую сыпь или катар горла — вернуться назад она может в самой неожиданной и смертоносной форме. От нее можно ожидать чего угодно.

    — Питер Ливитт · книга
16. «

    Я очень ценю свою жизнь и свое время и не желаю тратить его попусту, на раздумья об одежде. Я не хочу думать каждый день о том, что же мне надеть на следующее утро. И вообще, по-моему, в мире нет ничего скучнее моды. Разве что профессиональный спорт. Подумать только — взрослые люди играют друг с другом в мячик, а весь остальной мир платит бешеные деньги за то, чтобы им поаплодировать. Но в целом мода даже скучнее спорта. И утомительнее.

    Я очень ценю свою жизнь и свое время и не желаю тратить его попусту, на раздумья об одежде. Я не хочу думать каждый день о том, что же мне надеть на следующее утро. И вообще, по-моему, в мире нет ничего скучнее моды. Разве что профессиональный спорт. Подумать только — взрослые люди играют друг с другом в мячик, а весь остальной мир платит бешеные деньги за то, чтобы им поаплодировать. Но в целом мода даже скучнее спорта. И утомительнее.

    — Йен Малькольм · книга
17. «

    Как и многие интеллигенты, Стоун относился к собственному мозгу с известной подозрительностью. Мозг представлялся ему точной и тонкой, но слишком уж капризной машиной. И он не удивлялся, что время от времени эта машина начинает буксовать, хотя страшился таких минут и ненавидел их. В часы мрачных раздумий Стоун вообще уже сомневался в плодотворностти всякой мысли и разума как такового.

    Как и многие интеллигенты, Стоун относился к собственному мозгу с известной подозрительностью. Мозг представлялся ему точной и тонкой, но слишком уж капризной машиной. И он не удивлялся, что время от времени эта машина начинает буксовать, хотя страшился таких минут и ненавидел их. В часы мрачных раздумий Стоун вообще уже сомневался в плодотворностти всякой мысли и разума как такового.

    — Штамм «Андромеда» · книга
18. «

    Неоспорим тот факт, что сложных организмов на Земле мало, а простые чрезвычайно многообразны. Существуют миллионы видов бактерий и тысячи видов насекомых; однако приматы представлены очень небольшим числом видов, а человекообразные обезьяны — всего четырьмя. И, наконец, человек представлен лишь одним-единственным видом.

    Неоспорим тот факт, что сложных организмов на Земле мало, а простые чрезвычайно многообразны. Существуют миллионы видов бактерий и тысячи видов насекомых; однако приматы представлены очень небольшим числом видов, а человекообразные обезьяны — всего четырьмя. И, наконец, человек представлен лишь одним-единственным видом.

    — Штамм «Андромеда» · книга
19. «

    Под воздействием сильного напряжения люди глупеют и дурачат самих себя.

    Под воздействием сильного напряжения люди глупеют и дурачат самих себя.

    — Бернар-Анри Монтень Монтескье · книга
20. «

    За многие века сосуществования человек постепенно выработал очень точно сбалансированный иммунитет по отношению к большинству микроорганизмов. Сотни различных видов вирусов и бактерий обитают на коже, в легких, кишечнике и даже в крови. Потенциально все они смертельно опасны, однако человек постепенно приспособился к ним, и лишь некоторые из них способны теперь вызывать у него болезни.

    За многие века сосуществования человек постепенно выработал очень точно сбалансированный иммунитет по отношению к большинству микроорганизмов. Сотни различных видов вирусов и бактерий обитают на коже, в легких, кишечнике и даже в крови. Потенциально все они смертельно опасны, однако человек постепенно приспособился к ним, и лишь некоторые из них способны теперь вызывать у него болезни.

    — Стоун · книга