18 цитат Макса Фрай: красивые цитаты — избранное

Макс Фрай: красивые цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 18 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Жители города Нанси чертят на своих столах старинные карты мира, чтобы находиться одновременно всюду, оставаясь при этом дома.

   Жители города Нанси чертят на своих столах старинные карты мира, чтобы находиться одновременно всюду, оставаясь при этом дома.

   — Макс Фрай · книга
2. «

   Кот, конечно, не способен защитить своего человека от лихих гостей и прочих бед. Однако кошачье присутствие в доме удивительным образом успокаивает человеческие нервы. Как будто рядом с котенком ты находишься под самой надежной охраной. Вроде бы понимаешь, что это не так, а все равно работает.

   Кот, конечно, не способен защитить своего человека от лихих гостей и прочих бед. Однако кошачье присутствие в доме удивительным образом успокаивает человеческие нервы. Как будто рядом с котенком ты находишься под самой надежной охраной. Вроде бы понимаешь, что это не так, а все равно работает.

   — Макс Фрай · книга
3. «

   У кошек всё иначе. Когда я говорю, что влюбилась, это значит, я просто счастлива, что такое существо есть на свете. А уж если вдруг оно рядом со мной какое-то время будет находиться — вообще сказка, праздник! И ничего мне от него больше не надо. Пусть что хочет, то и делает. Ну, если по голове меня погладит, я, конечно, от счастья растаю. А нет — так нет, не беда и не повод для грусти. Погляжу на него, послушаю да и пойду по своим делам. Вот это я называю — влюбиться.

   У кошек всё иначе. Когда я говорю, что влюбилась, это значит, я просто счастлива, что такое существо есть на свете. А уж если вдруг оно рядом со мной какое-то время будет находиться — вообще сказка, праздник! И ничего мне от него больше не надо. Пусть что хочет, то и делает. Ну, если по голове меня погладит, я, конечно, от счастья растаю. А нет — так нет, не беда и не повод для грусти. Погляжу на него, послушаю да и пойду по своим делам. Вот это я называю — влюбиться.

   — Макс Фрай · книга
4. «

   Хорошо жить в городе, который любишь всем сердцем. Что бы ни случилось, необходимый минимум радости всегда при тебе.

   Хорошо жить в городе, который любишь всем сердцем. Что бы ни случилось, необходимый минимум радости всегда при тебе.

   — Макс Фрай · книга
5. «

   Это должен быть самый первый теплый день: когда он придет, ты узнаешь, с самого утра понятно – сегодня.

   Это должен быть самый первый теплый день: когда он придет, ты узнаешь, с самого утра понятно – сегодня.

   — Макс Фрай · книга
6. «

   Если хаос — твоя подлинная природа, сосуд в который он заключён, должен быть совершенным и надёжно закупоренным.

   Если хаос — твоя подлинная природа, сосуд в который он заключён, должен быть совершенным и надёжно закупоренным.

   — Макс Фрай · книга
7. «

   Мертвая деревня замирала. В развалинах ухали сычи и вскрикивали потревоженные дневные птицы. Где-то поскуливала то ли лиса, то ли брошенная собака. Шуршал и скрипел старый дом, в котором, как сердце, мерно тикали такие же старые часы. На них была только одна стрелка, да и та не двигалась с места, являя собой не указующий перст ушедшего времени, а символ непоколебимости и трагической устойчивости. Со стороны трассы послышался шум проезжающей машины, на секунду замер, затем усилился и стал приближаться.

   Мертвая деревня замирала. В развалинах ухали сычи и вскрикивали потревоженные дневные птицы. Где-то поскуливала то ли лиса, то ли брошенная собака. Шуршал и скрипел старый дом, в котором, как сердце, мерно тикали такие же старые часы. На них была только одна стрелка, да и та не двигалась с места, являя собой не указующий перст ушедшего времени, а символ непоколебимости и трагической устойчивости. Со стороны трассы послышался шум проезжающей машины, на секунду замер, затем усилился и стал приближаться.

   — Макс Фрай · книга
8. «

   Много больше, чем волшебная лавка для рядового мечтателя из семейства литературных героев, никак не меньше, чем винный погреб для алкоголика — вот чем была для меня библиотека.

   Много больше, чем волшебная лавка для рядового мечтателя из семейства литературных героев, никак не меньше, чем винный погреб для алкоголика — вот чем была для меня библиотека.

   — Макс Фрай · книга
9. «

   Откройте окно, поставьте на огонь турку с кофе, никуда не отлучайтесь — важно наблюдать как в напитке медленно растворяется небо, а в ясную погоду ещё и солнце. С солнцем кофе получается пряным с необъяснимым ожиданием скорой дороги, даже если в ближайшее время уезжать вы вроде бы не собирались. И да, ещё одна очень важная штука: выходя из дома после чашки такого кофе, захватите с собой паспорт, по которому можно купить билет на международный авиарейс или хотя бы на поезд. Ну просто мало ли что, всякое может быть.

   Откройте окно, поставьте на огонь турку с кофе, никуда не отлучайтесь — важно наблюдать как в напитке медленно растворяется небо, а в ясную погоду ещё и солнце. С солнцем кофе получается пряным с необъяснимым ожиданием скорой дороги, даже если в ближайшее время уезжать вы вроде бы не собирались. И да, ещё одна очень важная штука: выходя из дома после чашки такого кофе, захватите с собой паспорт, по которому можно купить билет на международный авиарейс или хотя бы на поезд. Ну просто мало ли что, всякое может быть.

   — Макс Фрай · книга
10. «

    Кофе? — это варенье из джазовых пластинок <...> Кофе? — это свет, который можно размешивать ложечкой <...> Кофе? — это врата восприятия ночного пейзажа <...> Кофе? — это немой вымысел радуги

    Кофе? — это варенье из джазовых пластинок <...> Кофе? — это свет, который можно размешивать ложечкой <...> Кофе? — это врата восприятия ночного пейзажа <...> Кофе? — это немой вымысел радуги

    — Макс Фрай · книга
11. «

    Это мгновение было очень большим, но оно так и не стало вечностью.

    Это мгновение было очень большим, но оно так и не стало вечностью.

    — Макс Фрай · книга
12. «

    Разве бывают «честные слова»? Разве что честные ощущения. Твоей руки мне вполне достаточно.

    Разве бывают «честные слова»? Разве что честные ощущения. Твоей руки мне вполне достаточно.

    — Макс Фрай · книга
13. «

    Мертвый ноль — это такой специальный заколдованный ноль, к которому ничего нельзя прибавить. Ни на каких условиях. Никогда. Квинтэссенция небытия.

    Мертвый ноль — это такой специальный заколдованный ноль, к которому ничего нельзя прибавить. Ни на каких условиях. Никогда. Квинтэссенция небытия.

    — Макс Фрай · книга
14. «

    А уж насколько я люблю солнце ранней весной — нет подходящих слов ни в одном из человеческих языков, чтобы описать мою страсть к этому светилу.

    А уж насколько я люблю солнце ранней весной — нет подходящих слов ни в одном из человеческих языков, чтобы описать мою страсть к этому светилу.

    — Макс Фрай · книга
15. «

    Станут о нас рассказывать: «Жили в шатрах, умывались бисером, в косы вплетали дареные сны, в спорах швырялись звездами, прятали за щеку зимние рассветы, как леденцы, писали длинные письма ветрами по белым пескам; нынче отсюда ушли, но где-то по-прежнему бродят, ночами хохочут под окнами, не о чем горевать».

    Станут о нас рассказывать: «Жили в шатрах, умывались бисером, в косы вплетали дареные сны, в спорах швырялись звездами, прятали за щеку зимние рассветы, как леденцы, писали длинные письма ветрами по белым пескам; нынче отсюда ушли, но где-то по-прежнему бродят, ночами хохочут под окнами, не о чем горевать».

    — Макс Фрай · книга
16. «

    Кошка Катя свернулась клубком в ногах, толстый кот Соус кое-как втиснулся между человеческой спиной и диванными подушками. Наверху лежали, обнявшись, ворона Эсмеральда и влчак Линас, в кабинете дрых без задних ног рыжий чужой сон с крыльями и хвостом, под потолком умиротворенно мерцали призраки, шептались о чем-то своем. В камине сладко спала саламандра Соня, веская причина никогда не съезжать из этой квартиры, которая, по правде сказать, понемногу становится тесновата для такой большой компании. Но тут уж ничего не поделаешь.

    Кошка Катя свернулась клубком в ногах, толстый кот Соус кое-как втиснулся между человеческой спиной и диванными подушками. Наверху лежали, обнявшись, ворона Эсмеральда и влчак Линас, в кабинете дрых без задних ног рыжий чужой сон с крыльями и хвостом, под потолком умиротворенно мерцали призраки, шептались о чем-то своем. В камине сладко спала саламандра Соня, веская причина никогда не съезжать из этой квартиры, которая, по правде сказать, понемногу становится тесновата для такой большой компании. Но тут уж ничего не поделаешь.

    — Макс Фрай · книга
17. «

    Ей не нужно никуда идти. У нее все здесь. Все, что нужно. Берта спускает ноги с кровати и ощущает прохладу листьев, их мякоть и глянец. Она закрывает глаза и тихонько раскачивается из стороны в сторону. Она пытается вспомнить мелодию, она почти вспомнила… но нет, нет. Спальня поросла диковинными растениями. Они стелются по полу, ползут по стенам, упираются в потолок, свисают с карниза, обвивают стулья. Они зацветают. Когда Берта на них смотрит, они меняют цвет. И размер. И запах. Берта любит сидеть вот так и смотреть то налево, то направо, то вверх…

    Ей не нужно никуда идти. У нее все здесь. Все, что нужно. Берта спускает ноги с кровати и ощущает прохладу листьев, их мякоть и глянец. Она закрывает глаза и тихонько раскачивается из стороны в сторону. Она пытается вспомнить мелодию, она почти вспомнила… но нет, нет. Спальня поросла диковинными растениями. Они стелются по полу, ползут по стенам, упираются в потолок, свисают с карниза, обвивают стулья. Они зацветают. Когда Берта на них смотрит, они меняют цвет. И размер. И запах. Берта любит сидеть вот так и смотреть то налево, то направо, то вверх…

    — Макс Фрай · книга
18. «

    Хмурится так, словно только что проглотил грядущий ноябрь.

    Хмурится так, словно только что проглотил грядущий ноябрь.

    — Макс Фрай · книга