Подборка: 20 цитат Марианны Соломко

Марианна Соломко — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 20 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Живешь — и славно. Этот вдох Вошёл в тебя, твоей став частью.

   Живешь — и славно. Этот вдох Вошёл в тебя, твоей став частью.
2. «

   Чтобы жить — нужно прежде — любить - И отступит крещенский мороз.

   Чтобы жить — нужно прежде — любить - И отступит крещенский мороз.
3. «

   Заголосили рощи, Зарделись парки. Листвы усохли мощи - Земле подарки.

   Заголосили рощи, Зарделись парки. Листвы усохли мощи - Земле подарки.
4. «

   Просто хочу весны - Медных и бронзовых почек. Сбудутся долгие сны. Ожил в растеньях моторчик!

   Просто хочу весны - Медных и бронзовых почек. Сбудутся долгие сны. Ожил в растеньях моторчик!
5. «

   Жизнь — это быстрый смерч. Он состоит из про́водов, Он состоит из встреч, Голода поводов, Калейдоскопа дат, Радости, но недолгой... И никогда не отдать Вспять временно́го долга.

   Жизнь — это быстрый смерч. Он состоит из про́водов, Он состоит из встреч, Голода поводов, Калейдоскопа дат, Радости, но недолгой... И никогда не отдать Вспять временно́го долга.
6. «

   Любима я была — как будто, Любила я — как будто бы...

   Любима я была — как будто, Любила я — как будто бы...
7. «

   Очи и ночь — одиночество, Имя забудется, отчество, И не узнают фамилии, И не припомнят — а были ли?

   Очи и ночь — одиночество, Имя забудется, отчество, И не узнают фамилии, И не припомнят — а были ли?
8. «

   Ты помнишь — яблоневый сад, А с ним всю жизнь до крайней точки, Окно, распахнутое ночью, Луны загадочный агат, Смычки бессонные цикад, Виолончель густой прохлады... Для счастья многого не надо. И было счастье наугад.

   Ты помнишь — яблоневый сад, А с ним всю жизнь до крайней точки, Окно, распахнутое ночью, Луны загадочный агат, Смычки бессонные цикад, Виолончель густой прохлады... Для счастья многого не надо. И было счастье наугад.
9. «

   Сказала — да, а чувства — нет, Тогда на свадьбе Ей девятнадцать было лет, Бутоном платье, Кольцо и льдистая фата, И было поздно Понять — зачем Голгофа та, Коль души — розно.

   Сказала — да, а чувства — нет, Тогда на свадьбе Ей девятнадцать было лет, Бутоном платье, Кольцо и льдистая фата, И было поздно Понять — зачем Голгофа та, Коль души — розно.
10. «

    Прощай, любимый мой, прощай... Мы жили странно и тревожно, Мы оборвали счастья вожжи, И охладели сгоряча, И потеряли чуткость слов, Родное головокруженье, Тоски щемящей натяженье, Приобрели прозренья зло.

    Прощай, любимый мой, прощай... Мы жили странно и тревожно, Мы оборвали счастья вожжи, И охладели сгоряча, И потеряли чуткость слов, Родное головокруженье, Тоски щемящей натяженье, Приобрели прозренья зло.
11. «

    Сколько в сердце весну ни голубь - Всё погубит крещенский мороз.

    Сколько в сердце весну ни голубь - Всё погубит крещенский мороз.
12. «

    Небесной дланью перекрещен Кремль, Под радугой моста спокоен Волхов. Здесь испоконны колокол и крест, И рядом бродит сказка добрым волком.

    Небесной дланью перекрещен Кремль, Под радугой моста спокоен Волхов. Здесь испоконны колокол и крест, И рядом бродит сказка добрым волком.
13. «

    Ранило осколком гармониста - Брызнул песен маковый букет... Поверху проехал танк фашиста, - Нет окопа. И солдата нет.

    Ранило осколком гармониста - Брызнул песен маковый букет... Поверху проехал танк фашиста, - Нет окопа. И солдата нет.
14. «

    Не спасёт никакая икона Дом, где перелюбили любовь, Дом, где предали и растоптали Драгоценный терпенья ломоть.

    Не спасёт никакая икона Дом, где перелюбили любовь, Дом, где предали и растоптали Драгоценный терпенья ломоть.
15. «

    Замедлялся закат заоконный И рябины сургучная кровь... Не спасёт никакая икона Дом, где перелюбили любовь, Дом, где предали и растоптали Драгоценный терпенья ломоть.

    Замедлялся закат заоконный И рябины сургучная кровь... Не спасёт никакая икона Дом, где перелюбили любовь, Дом, где предали и растоптали Драгоценный терпенья ломоть.
16. «

    Лес пригорюнился радужный: Надо же! Надо же! Надо же! - Сорваны белые ландыши... Мир обездолили зла ножи.

    Лес пригорюнился радужный: Надо же! Надо же! Надо же! - Сорваны белые ландыши... Мир обездолили зла ножи.
17. «

    На бумагу изрубленный лес Голосит оголёнными пнями, Где совиные фары чудес? Где волшебный родник меж корнями?

    На бумагу изрубленный лес Голосит оголёнными пнями, Где совиные фары чудес? Где волшебный родник меж корнями?
18. «

    Вечер горбится и горбится, Весь морщинистый и ветхий. На черешне старой горлица Крыльями качает ветки, - Ожерельная, волшебная, - Как лучина в тихой горнице, Сон сулит и утешение - Колыбелит всю околицу, Приласкает нежным воркотом. Каждому напомнит мать, И забудется всё горькое. И в душе начнёт светать.

    Вечер горбится и горбится, Весь морщинистый и ветхий. На черешне старой горлица Крыльями качает ветки, - Ожерельная, волшебная, - Как лучина в тихой горнице, Сон сулит и утешение - Колыбелит всю околицу, Приласкает нежным воркотом. Каждому напомнит мать, И забудется всё горькое. И в душе начнёт светать.
19. «

    Что ты плачешь, друг скрипичный, На струне на пограничной?

    Что ты плачешь, друг скрипичный, На струне на пограничной?
20. «

    Светлица дня пришла в упадок, Захлопнул створки мотылёк, В саду зажглись рубины яблок, И вспыхнул месяц-фитилёк.

    Светлица дня пришла в упадок, Захлопнул створки мотылёк, В саду зажглись рубины яблок, И вспыхнул месяц-фитилёк.