565 цитат Марины Цветаевы, которые цепляют

Подборка из 565 цитат Марины Цветаевы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если считать Вас близким человеком, Вы заставили меня очень страдать, если же посторонним, — Вы принесли мне только добро. Я никогда не чувствовала Вас ни таким, ни другим, я сражалась в себе за каждого, то есть против каждого.

   Если считать Вас близким человеком, Вы заставили меня очень страдать, если же посторонним, — Вы принесли мне только добро. Я никогда не чувствовала Вас ни таким, ни другим, я сражалась в себе за каждого, то есть против каждого.
2. «

   Императору — столицы, Барабанщику — снега.

   Императору — столицы, Барабанщику — снега.
3. «

   Мечтать ли вместе, спать ли вместе, но плакать всегда в одиночку.

   Мечтать ли вместе, спать ли вместе, но плакать всегда в одиночку.
4. «

   И часто, сидя в первый раз с человеком, посреди равнодушного разговора, безумная мысль: — «А что если я его сейчас поцелую?!» — Эротическое помешательство? — Нет. То же, должно быть, что у игрока перед ставкой,— Поставлю или нет? Поставлю или нет? — С той разницей, что настоящие игроки — ставят.

   И часто, сидя в первый раз с человеком, посреди равнодушного разговора, безумная мысль: — «А что если я его сейчас поцелую?!» — Эротическое помешательство? — Нет. То же, должно быть, что у игрока перед ставкой,— Поставлю или нет? Поставлю или нет? — С той разницей, что настоящие игроки — ставят.
5. «

   Как правая и левая рука, Твоя душа моей душе близка.

   Как правая и левая рука, Твоя душа моей душе близка.
6. «

   Расправясь со мной как с вещью, Вы для меня сами стали вещь, пустое место, а я сама на время — пустующим домом, ибо место которое Вы занимали в моей душе было не малó.<...> Живите как можете — Вы это тоже плохо умеете — а с моей легкой руки, кажется, еще хуже, чем до меня — Вам как мне нужны концы и начала, и Вы как я прорываетесь в человека, сразу ему в сердцевину, а дальше — некуда. Для меня земная любовь — тупик. Наши сани никуда не доехали, всё осталось сном.

   Расправясь со мной как с вещью, Вы для меня сами стали вещь, пустое место, а я сама на время — пустующим домом, ибо место которое Вы занимали в моей душе было не малó.<...> Живите как можете — Вы это тоже плохо умеете — а с моей легкой руки, кажется, еще хуже, чем до меня — Вам как мне нужны концы и начала, и Вы как я прорываетесь в человека, сразу ему в сердцевину, а дальше — некуда. Для меня земная любовь — тупик. Наши сани никуда не доехали, всё осталось сном.
7. «

   Весь наш дурной опыт с любовью мы забываем в любви. Ибо чара старше опыта.

   Весь наш дурной опыт с любовью мы забываем в любви. Ибо чара старше опыта.
8. «

   Ищут шестого чувства обыкновенно люди, не подозревающие о существовании собственных пяти.

   Ищут шестого чувства обыкновенно люди, не подозревающие о существовании собственных пяти.
9. «

   Где милосердная рука, Приемлющая без отдачи?

   Где милосердная рука, Приемлющая без отдачи?
10. «

    Всеми пытками не исторгли! И да будет известно — там: Доктора узнают нас в морге По не в меру большим сердцам.

    Всеми пытками не исторгли! И да будет известно — там: Доктора узнают нас в морге По не в меру большим сердцам.
11. «

    Имя твое — птица в руке, Имя твое — льдинка на языке, Одно единственное движенье губ, Имя твое — пять букв. Мячик, пойманный на лету, Серебряный бубенец во рту,

    Имя твое — птица в руке, Имя твое — льдинка на языке, Одно единственное движенье губ, Имя твое — пять букв. Мячик, пойманный на лету, Серебряный бубенец во рту,
12. «

    ... с ним входило счастье — на целый вечер, счастье надежное и верное, как любимая книга, на которую даже не надо света.

    ... с ним входило счастье — на целый вечер, счастье надежное и верное, как любимая книга, на которую даже не надо света.

    — Марина · книга
13. «

    Розан ал, студень гол, А будильник — зол.

    Розан ал, студень гол, А будильник — зол.
14. «

    …Скоро Рождество. Я, по правде сказать, так загнана жизнью, что ничего не чувствую. У меня — за годы и годы (1917–1927 г.) — отупел не ум, а душа. Удивительное наблюдение: именно на чувства нужно время, а не на мысль. Мысль — молния, чувство — луч самой дальней звезды. Чувству нужен досуг, оно не живет под страхом. <...> Чувство, очевидно, более требовательно, чем мысль. Либо всё, либо ничего. Я своему не могу дать ничего: ни времени, ни тишины, ни уединения.

    …Скоро Рождество. Я, по правде сказать, так загнана жизнью, что ничего не чувствую. У меня — за годы и годы (1917–1927 г.) — отупел не ум, а душа. Удивительное наблюдение: именно на чувства нужно время, а не на мысль. Мысль — молния, чувство — луч самой дальней звезды. Чувству нужен досуг, оно не живет под страхом. <...> Чувство, очевидно, более требовательно, чем мысль. Либо всё, либо ничего. Я своему не могу дать ничего: ни времени, ни тишины, ни уединения.
15. «

    Могу сказать о своей душе, как одна баба о своей девке: «Она у меня не скучливая». Я чудесно переношу разлуку. Пока человек рядом, я послушно, внимательно и восторженно поглощаюсь им, когда его нет — собой.

    Могу сказать о своей душе, как одна баба о своей девке: «Она у меня не скучливая». Я чудесно переношу разлуку. Пока человек рядом, я послушно, внимательно и восторженно поглощаюсь им, когда его нет — собой.
16. «

    Безделие; самая зияющая пустота, самый опустошающий крест. Поэтому я — может быть — не люблю деревни и счастливой любви.

    Безделие; самая зияющая пустота, самый опустошающий крест. Поэтому я — может быть — не люблю деревни и счастливой любви.
17. «

    Пора снимать янтарь, Пора менять словарь, Пора гасить фонарь Наддверный...

    Пора снимать янтарь, Пора менять словарь, Пора гасить фонарь Наддверный...
18. «

    Слушай и помни: всякий, кто смеется над бедой другого, — дурак или негодяй; чаще всего — и то, и другое. Когда человек попадает впросак — это не смешно; когда человека обливают помоями — это не смешно; когда человеку подставляют подножку — это не смешно; когда человека бьют по лицу — это подло. Такой смех — грех.

    Слушай и помни: всякий, кто смеется над бедой другого, — дурак или негодяй; чаще всего — и то, и другое. Когда человек попадает впросак — это не смешно; когда человека обливают помоями — это не смешно; когда человеку подставляют подножку — это не смешно; когда человека бьют по лицу — это подло. Такой смех — грех.
19. «

    Золото моих волос Тихо переходит в седость. — Не жалейте! Всё сбылось, Всё в груди слилось и спелось.

    Золото моих волос Тихо переходит в седость. — Не жалейте! Всё сбылось, Всё в груди слилось и спелось.
20. «

    Но есть другой читатель – некультурный. Читатель – масса, читатель – понаслышке. Отличительная черта такого читателя – неразборчивость, отсутствие способности ориентироваться. Такому читателю имя – чернь. Грех его не в темноте, а в нежелании света, не в непонимании, а в сопротивлении пониманию, и в злостной предвзятости. В злой воле к добру.

    Но есть другой читатель – некультурный. Читатель – масса, читатель – понаслышке. Отличительная черта такого читателя – неразборчивость, отсутствие способности ориентироваться. Такому читателю имя – чернь. Грех его не в темноте, а в нежелании света, не в непонимании, а в сопротивлении пониманию, и в злостной предвзятости. В злой воле к добру.

    — Световой ливень · книга