94 цитаты Марины Матисса — подборка на все случаи

Ниже 94 цитаты Марины Матисса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Если ты много говоришь, у тебя нет времени делать! Ты тратишь свои эмоции на то, чтобы впечатлить собеседника. Нельзя открывать свои планы на то, что еще совсем не сделано! Надо молча делать. Потом покажешь.

   Если ты много говоришь, у тебя нет времени делать! Ты тратишь свои эмоции на то, чтобы впечатлить собеседника. Нельзя открывать свои планы на то, что еще совсем не сделано! Надо молча делать. Потом покажешь.

   — Асахи · книга
2. «

   Ты не можешь сказать на своем языке «Не доставайте меня вашими вопросами!». Это звучит грубо и невоспитанно. Но стоит лишь сказать то же самое на непонятном языке в оболочке привычного произношения, и все сразу становится в рамки приличия. «Мотивируясь доминнантной девиантной аберрацией данной аффирмации, наиболее корректную резолюцию конвергирует абстиненция.» — В переводе на обычный язык, эта фраза не означает ровным счетом... ничего.

   Ты не можешь сказать на своем языке «Не доставайте меня вашими вопросами!». Это звучит грубо и невоспитанно. Но стоит лишь сказать то же самое на непонятном языке в оболочке привычного произношения, и все сразу становится в рамки приличия. «Мотивируясь доминнантной девиантной аберрацией данной аффирмации, наиболее корректную резолюцию конвергирует абстиненция.» — В переводе на обычный язык, эта фраза не означает ровным счетом... ничего.

   — Невесомость · книга
3. «

   Иногда достаточно лишь немного света, чтобы превратить фобии в порхающих бабочек.

   Иногда достаточно лишь немного света, чтобы превратить фобии в порхающих бабочек.

   — Хорхе · книга
4. «

   Не теряй время на прошлое. Это тонкая материя, из которой можно соткать что угодно.

   Не теряй время на прошлое. Это тонкая материя, из которой можно соткать что угодно.

   — Беата · книга
5. «

   Если ты писатель, то не можешь писать хорошо, когда сам никогда не выходил из своей комнаты. О чем ты напишешь?

   Если ты писатель, то не можешь писать хорошо, когда сам никогда не выходил из своей комнаты. О чем ты напишешь?

   — Невесомость · книга
6. «

   Зачем ленивому талант дал, Боже? Хоть ежедневный труд твой, знаю, кропотлив, В таком подарке ценности не больше, Чем уже целый век спустя после молитв Пролить вдруг дождь на мертвый сад засохший.

   Зачем ленивому талант дал, Боже? Хоть ежедневный труд твой, знаю, кропотлив, В таком подарке ценности не больше, Чем уже целый век спустя после молитв Пролить вдруг дождь на мертвый сад засохший.
7. «

   Заключительному решению дает силу окончательное угасание всякой надежды.

   Заключительному решению дает силу окончательное угасание всякой надежды.

   — Невесомость · книга
8. «

   Я конспектировала в карандаше таким образом самые яркие наши моменты, среди которых был также запечатлен и вечер в Старике Джо: я проиллюстрировала музыкантов, стараясь отобразить посредством разноцветных диагональных линий динамику их движения и вибрацию звука, инструменты, посетителей бара, ставших на один этот вечер одним целым. В нижнем углу справа – еле заметно мое лицо как очевидца этого удивительного эпизода. Исполнено оно на фоне остальной части рисунка было скорее совсем схематично, как крокис. Мне понравилось такое сочетание изображения. Словно все, что происходило вокруг – вечное, прекрасное. Крокис же используют для передачи движущегося субъекта, что не позирует и не сидит на месте. Он неуловим, динамичен. Так изображают диких кошек перед прыжком, полет волос на ветру, маленького ребенка… Сейчас он здесь, а через минуту уже совсем в другом месте, другой позе, с другими эмоциями, новым опытом. Именно так я сейчас ощущала себя, именно такой хотелось бы себя видеть. Движущейся, развивающейся, живой.

   Я конспектировала в карандаше таким образом самые яркие наши моменты, среди которых был также запечатлен и вечер в Старике Джо: я проиллюстрировала музыкантов, стараясь отобразить посредством разноцветных диагональных линий динамику их движения и вибрацию звука, инструменты, посетителей бара, ставших на один этот вечер одним целым. В нижнем углу справа – еле заметно мое лицо как очевидца этого удивительного эпизода. Исполнено оно на фоне остальной части рисунка было скорее совсем схематично, как крокис. Мне понравилось такое сочетание изображения. Словно все, что происходило вокруг – вечное, прекрасное. Крокис же используют для передачи движущегося субъекта, что не позирует и не сидит на месте. Он неуловим, динамичен. Так изображают диких кошек перед прыжком, полет волос на ветру, маленького ребенка… Сейчас он здесь, а через минуту уже совсем в другом месте, другой позе, с другими эмоциями, новым опытом. Именно так я сейчас ощущала себя, именно такой хотелось бы себя видеть. Движущейся, развивающейся, живой.
9. «

   Проходим мимо лиц, штрихов созвездий... Раздав минуты, как буклеты у метро, Мы незаметно как-то повсеместно Живем по принципу простому домино.

   Проходим мимо лиц, штрихов созвездий... Раздав минуты, как буклеты у метро, Мы незаметно как-то повсеместно Живем по принципу простому домино.
10. «

    Гляжу в зеркало, вспоминаю сколько времени в жизни потратила, занимаясь своей внешностью, а счастья мне это все равно не принесло. Шикарные длинные волосы отрастила и тысячи истратила на средства для ухода. Чтобы потом взять и обрезать. Жизнь.

    Гляжу в зеркало, вспоминаю сколько времени в жизни потратила, занимаясь своей внешностью, а счастья мне это все равно не принесло. Шикарные длинные волосы отрастила и тысячи истратила на средства для ухода. Чтобы потом взять и обрезать. Жизнь.

    — Невесомость · книга
11. «

    Я лечу, как Нефела, Покорная лишь вышине. В моем царстве сегодня спокойно, Как и на душе.

    Я лечу, как Нефела, Покорная лишь вышине. В моем царстве сегодня спокойно, Как и на душе.
12. «

    Не имеет совершенно никакого значения, где человек живет. Любой мегаполис или даже самое живописное на Земле место в конечном итоге не более, чем просто фон. Даже со всеми его жителями это всего лишь неодушевленные декорации. Их можно менять и первое время радоваться обновленному антуражу, но позже понимаешь: ничего не изменилось.

    Не имеет совершенно никакого значения, где человек живет. Любой мегаполис или даже самое живописное на Земле место в конечном итоге не более, чем просто фон. Даже со всеми его жителями это всего лишь неодушевленные декорации. Их можно менять и первое время радоваться обновленному антуражу, но позже понимаешь: ничего не изменилось.

    — Невесомость · книга
13. «

    Кофе с легким привкусом миндаля. Тихо Чет Бейкер снова играет джаз. И вместо кроткого вздоха «твоя» Ровное «это теперь не про нас».

    Кофе с легким привкусом миндаля. Тихо Чет Бейкер снова играет джаз. И вместо кроткого вздоха «твоя» Ровное «это теперь не про нас».
14. «

    Еще до нашего рождения мы были лишь частицей кода, заархивированного в разных базах. Лишь крохотной вероятностью случайно возможности, одной из миллиона, появиться на свет и затем встретиться, чтобы коснуться друг друга и сойти с ума от наслаждения.

    Еще до нашего рождения мы были лишь частицей кода, заархивированного в разных базах. Лишь крохотной вероятностью случайно возможности, одной из миллиона, появиться на свет и затем встретиться, чтобы коснуться друг друга и сойти с ума от наслаждения.

    — Невесомость · книга
15. «

    И шепчет то и дело: «Шалость Обычной шутки не вредней», - Та сущность, что во мне закралась, Что притаилась в голове.

    И шепчет то и дело: «Шалость Обычной шутки не вредней», - Та сущность, что во мне закралась, Что притаилась в голове.
16. «

    Пора начинать притворяться. Завесить тафтой зеркала От искажений простраций. И врать на вопрос «Как дела?»

    Пора начинать притворяться. Завесить тафтой зеркала От искажений простраций. И врать на вопрос «Как дела?»
17. «

    Кто в страсти остается мудрым?..

    Кто в страсти остается мудрым?..
18. «

    Моя душа – подтекстов призма, Я красотой любуюсь в ней Магического реализма Моих сочтенно-вечных дней.

    Моя душа – подтекстов призма, Я красотой любуюсь в ней Магического реализма Моих сочтенно-вечных дней.
19. «

    Меня переполняло ощущение, словно он и я — мы были единичными точками двух огромных вращающихся орбит, парящих в разных временных параллелях мультивселенной, перебирающих всевозможные альтернативные реальности. И в момент очередной их раскачки, эти орбиты сошлись как раз в наших точках, и наша реальность обрела совершенное равновесие, застыв на этой координате. Все стало так, как всегда должно было быть: это и была нирвана земной жизни.

    Меня переполняло ощущение, словно он и я — мы были единичными точками двух огромных вращающихся орбит, парящих в разных временных параллелях мультивселенной, перебирающих всевозможные альтернативные реальности. И в момент очередной их раскачки, эти орбиты сошлись как раз в наших точках, и наша реальность обрела совершенное равновесие, застыв на этой координате. Все стало так, как всегда должно было быть: это и была нирвана земной жизни.

    — Невесомость · книга
20. «

    Я боюсь осознания того, что жизнь прошла, а я ничего не успела сделать. Не успела создать что-то значимое. Написать гениальную картину, судьбоносную для кого-то книгу. Создать что-то, что будет жить после моей смерти. Знать, что я не просто пришла, спала, ела, занималась сексом, снова спала, размножилась и умерла. Как насекомое. Я хочу понимать, что не зря прожила это время.

    Я боюсь осознания того, что жизнь прошла, а я ничего не успела сделать. Не успела создать что-то значимое. Написать гениальную картину, судьбоносную для кого-то книгу. Создать что-то, что будет жить после моей смерти. Знать, что я не просто пришла, спала, ела, занималась сексом, снова спала, размножилась и умерла. Как насекомое. Я хочу понимать, что не зря прожила это время.

    — Невесомость · книга