527 сильных цитат Марка Леви

Подборка из 527 цитат Марка Леви: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мой отец был человеком сдержанным и в конце жизни ужасно одиноким. В детстве я обожала задавать ему вопросы, и он всегда старался на них отвечать, а если не мог, улыбался и вел меня гулять на мол. Вечером, встав на цыпочки, я подглядывала, как он сидит за кухонным столом и изучает энциклопедию. На следующее утро, за завтраком, папа говорил как бы между прочим: «Вчера ты задала мне вопрос, но мы отвлеклись, и я забыл ответить, так вот…»

   Мой отец был человеком сдержанным и в конце жизни ужасно одиноким. В детстве я обожала задавать ему вопросы, и он всегда старался на них отвечать, а если не мог, улыбался и вел меня гулять на мол. Вечером, встав на цыпочки, я подглядывала, как он сидит за кухонным столом и изучает энциклопедию. На следующее утро, за завтраком, папа говорил как бы между прочим: «Вчера ты задала мне вопрос, но мы отвлеклись, и я забыл ответить, так вот…»

   — Кейра · книга
2. «

   Хакеры бывают трех типов. Черные хакеры охотятся за деньгами, это злодеи цифрового мира. Белые хакеры, часто бывшие киберпреступники, решили использовать свои знания для поддержания безопасности в сети. Большинство из них работают на правительственные службы или крупные предприятия. Лучшие из хакеров, будь то черные или белые, образуют особую касту, где идет постоянная война, в которой любые средства хороши. К победе стремятся не только ради большого куша — чаще ради славы, во имя чести или чтобы потешить самолюбие.

   Хакеры бывают трех типов. Черные хакеры охотятся за деньгами, это злодеи цифрового мира. Белые хакеры, часто бывшие киберпреступники, решили использовать свои знания для поддержания безопасности в сети. Большинство из них работают на правительственные службы или крупные предприятия. Лучшие из хакеров, будь то черные или белые, образуют особую касту, где идет постоянная война, в которой любые средства хороши. К победе стремятся не только ради большого куша — чаще ради славы, во имя чести или чтобы потешить самолюбие.

   — Девятая · книга
3. «

   Виной всему моя дурацкая самоуверенность. Как будто мои слова могли бы заставить тебя вернуться, а мои мысли и чувства изменили бы ход твоей жизни.

   Виной всему моя дурацкая самоуверенность. Как будто мои слова могли бы заставить тебя вернуться, а мои мысли и чувства изменили бы ход твоей жизни.

   — Филип · книга
4. «

   — Тебе никогда не хотелось произвести впечатление на женщину, не притворяясь, никого из себя не строя, ничего себе не приписывая, — таким, какой ты есть? — Нет.

   — Тебе никогда не хотелось произвести впечатление на женщину, не притворяясь, никого из себя не строя, ничего себе не приписывая, — таким, какой ты есть? — Нет.

   — Санджай · книга
5. «

   Чувства преодолевают любые, самые крепкие решетки и бесстрашно вырываются на волю, не признавая ни государственных границ, ни языковых и религиозных барьеров. Они свободны, они находят друг друга, невзирая на тюрьмы, придуманные людьми.

   Чувства преодолевают любые, самые крепкие решетки и бесстрашно вырываются на волю, не признавая ни государственных границ, ни языковых и религиозных барьеров. Они свободны, они находят друг друга, невзирая на тюрьмы, придуманные людьми.

   — Дети Свободы · книга
6. «

   Когда сердце вот-вот разорвется от страха, трудно вести себя разумно.

   Когда сердце вот-вот разорвется от страха, трудно вести себя разумно.

   — Первая ночь · книга
7. «

   Дружбы не бывает без доказательств доверия, и одно из них — откровенность.

   Дружбы не бывает без доказательств доверия, и одно из них — откровенность.

   — Первый День · книга
8. «

   Многоточие до следующего года...

   Многоточие до следующего года...

   — Где ты? · книга
9. «

   Что толку играть на сцене, писать книги, рисовать, ваять — словом, ввязываться во всё это, если не приносишь другим радость?

   Что толку играть на сцене, писать книги, рисовать, ваять — словом, ввязываться во всё это, если не приносишь другим радость?

   — Миа · книга
10. «

    Во-первых, с чего ты взял, что у нее кто-то есть? Во-вторых, даже если это так, почему ты считаешь, что она с ним счастлива? Можно прибиться к кому-то, спасаясь от одиночества, проводить время с другим, чтобы пережить разрыв, но постоянно вспоминать любимого человека. Можно, говоря с другим, слышать твой голос, смотреть другому в глаза и видеть твои.

    Во-первых, с чего ты взял, что у нее кто-то есть? Во-вторых, даже если это так, почему ты считаешь, что она с ним счастлива? Можно прибиться к кому-то, спасаясь от одиночества, проводить время с другим, чтобы пережить разрыв, но постоянно вспоминать любимого человека. Можно, говоря с другим, слышать твой голос, смотреть другому в глаза и видеть твои.

    — Сильнее страха · книга
11. «

    Барон проводил свои кампании энергично, извлекая выгоды из мировых конфликтов и печальных верениц беженцев, которыми те сопровождались.

    Барон проводил свои кампании энергично, извлекая выгоды из мировых конфликтов и печальных верениц беженцев, которыми те сопровождались.

    — Ночь, с которой все началось · книга
12. «

    Порой бывает достаточно едва ощутимого движения, простого внимания, чтобы убедить себя, что ты нашёл родственную душу.

    Порой бывает достаточно едва ощутимого движения, простого внимания, чтобы убедить себя, что ты нашёл родственную душу.

    — Сильнее страха · книга
13. «

    Эдвард Бошан, креативщик из маркетингового отдела, отдал свою жизнь на растерзание акул интернета. Фотографии детей и жены, сделанные по случаю дней рождения, хэштеги с именнами, геометки воскресных ужинов в загородном доме и, в довершение всего, «астон мартин», припаркованный на улице с незатертым номерным знаком и номером дома на фоне.

    Эдвард Бошан, креативщик из маркетингового отдела, отдал свою жизнь на растерзание акул интернета. Фотографии детей и жены, сделанные по случаю дней рождения, хэштеги с именнами, геометки воскресных ужинов в загородном доме и, в довершение всего, «астон мартин», припаркованный на улице с незатертым номерным знаком и номером дома на фоне.

    — Ночь, с которой все началось · книга
14. «

    — Для чего нужно детство? — Почему ты спрашиваешь? — А почему взрослые вечно отвечают вопросом на вопрос, когда не знают, что ответить?

    — Для чего нужно детство? — Почему ты спрашиваешь? — А почему взрослые вечно отвечают вопросом на вопрос, когда не знают, что ответить?

    — Лиза · книга
15. «

    Говорят, искреннее чувство бессмертно.

    Говорят, искреннее чувство бессмертно.

    — Следующий раз · книга
16. «

    Искусство жить во многом зависит от нашей способности превозмогать собственное бессилие. Это трудно, потому что бессилие часто порождает страх. Оно сводит на нет наши силы, разум, здравый смысл и открывает дорогу слабости.

    Искусство жить во многом зависит от нашей способности превозмогать собственное бессилие. Это трудно, потому что бессилие часто порождает страх. Оно сводит на нет наши силы, разум, здравый смысл и открывает дорогу слабости.

    — Между небом и землёй · книга
17. «

    Стареть не так уж весело, ко всему прочему и дни становятся длиннее.

    Стареть не так уж весело, ко всему прочему и дни становятся длиннее.

    — Первый День · книга
18. «

    Если уж дружба не годится для того, чтобы делить с другом любой бред, то что она вообще такое, я спрашиваю?

    Если уж дружба не годится для того, чтобы делить с другом любой бред, то что она вообще такое, я спрашиваю?

    — Пол · книга
19. «

    Софи — девушка яркая и красивая, мы с ней приятельствуем и флиртуем давно, но я так и не могу подобрать названия нашим отношениям. Мы играем в дружбу, делая вид, будто не замечаем, как нас друг к другу тянет. Мы оба знаем, что у нас нет времени на настоящую связь.

    Софи — девушка яркая и красивая, мы с ней приятельствуем и флиртуем давно, но я так и не могу подобрать названия нашим отношениям. Мы играем в дружбу, делая вид, будто не замечаем, как нас друг к другу тянет. Мы оба знаем, что у нас нет времени на настоящую связь.

    — Похититель Теней · книга
20. «

    Его самолёт поднялся так высоко в небо, что остался на звёздах.

    Его самолёт поднялся так высоко в небо, что остался на звёздах.

    — Между небом и землёй · книга