105 мыслей Маркиза де Сада без воды

Ниже 105 цитат Маркиза де Сада — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   От кокетки можно защититься, от тайной распутницы — никогда.

   От кокетки можно защититься, от тайной распутницы — никогда.

   — Маркиз Де Сад · книга
2. «

   Русские имеют большую слабость к развлечениям, сладострастию, роскоши, но во всем берут пример с Европы, и, как только среди них появляется французский аристократ во всем своем блеске, они немедленно, сломя голову, бросаются копировать его.

   Русские имеют большую слабость к развлечениям, сладострастию, роскоши, но во всем берут пример с Европы, и, как только среди них появляется французский аристократ во всем своем блеске, они немедленно, сломя голову, бросаются копировать его.
3. «

   Никогда не видел я, чтобы жена силою добродетели своей смогла бы побороть пороки супруга.

   Никогда не видел я, чтобы жена силою добродетели своей смогла бы побороть пороки супруга.

   — Вальмон · книга
4. «

   Было время, когда одним из прав немецких баронов считалось право грабить на большой дороге. Это право вытекало из самых древних установлений в обществе, когда свободный человек или бродяга зарабатывал себе на пропитание на манер лесных зверей и птиц: доставал пищу из любого попавшегося под руку источника. В те далекие времена человек был дитя и ученик Природы, сегодня он — раб нелепых предрассудков, отвратительных законов и религиозных глупостей. «Все ценности в этом мире, — вопит слабый, — были равномерно распределены среди всех людей». Очень хорошо. Но, сотворив слабых и сильных, Природа достаточно ясно показала, что она предназначала эти ценности только сильным и что слабые лишены возможности пользоваться ими, за исключением жалких крох со стола, за которым сидят сильные и капризные деспоты. Природа призвала последних обогащаться за счет слабых, которые, в отместку, могут воровать у богатых, так что она разговаривает с людьми тем же языком, каким советует вольным птицам воровать зерно с полей, волку — пожирать ягнят, пауку — плести свою паутину и ловить мух. Все, все в этом мире — воровство, нескончаемая и яростная борьба за выживание стремление отобрать что-нибудь у других — основная и самая законная страсть, которую посеяла в нашем сердце Природа. Таковы главные законы поведения, которые навечно вошли в нашу плоть и кровь воровство — первейший инстинкт живых существ и, без сомнения, самый приятный.

   Было время, когда одним из прав немецких баронов считалось право грабить на большой дороге. Это право вытекало из самых древних установлений в обществе, когда свободный человек или бродяга зарабатывал себе на пропитание на манер лесных зверей и птиц: доставал пищу из любого попавшегося под руку источника. В те далекие времена человек был дитя и ученик Природы, сегодня он — раб нелепых предрассудков, отвратительных законов и религиозных глупостей. «Все ценности в этом мире, — вопит слабый, — были равномерно распределены среди всех людей». Очень хорошо. Но, сотворив слабых и сильных, Природа достаточно ясно показала, что она предназначала эти ценности только сильным и что слабые лишены возможности пользоваться ими, за исключением жалких крох со стола, за которым сидят сильные и капризные деспоты. Природа призвала последних обогащаться за счет слабых, которые, в отместку, могут воровать у богатых, так что она разговаривает с людьми тем же языком, каким советует вольным птицам воровать зерно с полей, волку — пожирать ягнят, пауку — плести свою паутину и ловить мух. Все, все в этом мире — воровство, нескончаемая и яростная борьба за выживание стремление отобрать что-нибудь у других — основная и самая законная страсть, которую посеяла в нашем сердце Природа. Таковы главные законы поведения, которые навечно вошли в нашу плоть и кровь воровство — первейший инстинкт живых существ и, без сомнения, самый приятный.

   — Жюльетта · книга
5. «

   Убеди других довериться тебе — и ты победил.

   Убеди других довериться тебе — и ты победил.

   — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга
6. «

   Бывают моменты, когда природа показывает себя такой норовистой, что восторги, которые вызывают у нас наибольшее наслаждение, не могут ничего вырвать у неё.

   Бывают моменты, когда природа показывает себя такой норовистой, что восторги, которые вызывают у нас наибольшее наслаждение, не могут ничего вырвать у неё.

   — 120 дней Содома · книга
7. «

   Есть оскорбления, о которых женщина молчит… ибо она не может рассказать о них, не унизившись сама. Признания, вынуждающие ее краснеть, разбередят стыдливость ее гораздо более, нежели полученное ею возмещение сможет удовлетворить месть ее.

   Есть оскорбления, о которых женщина молчит… ибо она не может рассказать о них, не унизившись сама. Признания, вынуждающие ее краснеть, разбередят стыдливость ее гораздо более, нежели полученное ею возмещение сможет удовлетворить месть ее.

   — Эрнестина · книга
8. «

   Вы всегда найдете злодеяния, которые измеряются не силой нанесенного оскорбления, а ранимостью агрессора. И вот вам объяснение того, что богатство и высокое положение всегда правы, а милосердие всегда виновато.

   Вы всегда найдете злодеяния, которые измеряются не силой нанесенного оскорбления, а ранимостью агрессора. И вот вам объяснение того, что богатство и высокое положение всегда правы, а милосердие всегда виновато.
9. «

   Ни вы, ни я не рождены для счастья. Мы из числа тех, кого природа создает лишь для того, чтобы все недолгое время, отпущенное им на земле, беспрестанно перебрасывать их от злоключения к злоключению.

   Ни вы, ни я не рождены для счастья. Мы из числа тех, кого природа создает лишь для того, чтобы все недолгое время, отпущенное им на земле, беспрестанно перебрасывать их от злоключения к злоключению.

   — Эрнестина · книга
10. «

    Не верьте холодным скучным моралистам, усердно запугивающим вас страстями, — только с помощью чувств природа подталкивает человека к уготовленному ему пути.

    Не верьте холодным скучным моралистам, усердно запугивающим вас страстями, — только с помощью чувств природа подталкивает человека к уготовленному ему пути.

    — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга
11. «

    Сильнейший всегда находит справедливым то, что слабый считает несправедливым.

    Сильнейший всегда находит справедливым то, что слабый считает несправедливым.

    — 120 дней Содома · книга
12. «

    Нет такого преступления, на которое не была бы способна женщина, когда дело идет о том, чтобы отомстить презревшему ее любовнику.

    Нет такого преступления, на которое не была бы способна женщина, когда дело идет о том, чтобы отомстить презревшему ее любовнику.

    — Полковник Сандерс · книга
13. «

    ... То, что именуем мы добром или злом, есть лишь плод воображения нашего.

    ... То, что именуем мы добром или злом, есть лишь плод воображения нашего.

    — Эжени де Франваль · книга
14. «

    Эта ничтожная вера настолько чужда возвышенным идеям, что ни один художник не в состоянии использовать ее символы в воздвигаемых им памятниках даже в самом Риме. Большинство украшений папских дворцов заимствованы из язычества. Так что, пока существует этот мир, только язычество будет вдохновлять великих людей.

    Эта ничтожная вера настолько чужда возвышенным идеям, что ни один художник не в состоянии использовать ее символы в воздвигаемых им памятниках даже в самом Риме. Большинство украшений папских дворцов заимствованы из язычества. Так что, пока существует этот мир, только язычество будет вдохновлять великих людей.

    — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга
15. «

    Если уничтожить все живые существа, то воздух от этого не станет менее чистым, звезды не потускнеют и движение вселенной не станет менее точным.

    Если уничтожить все живые существа, то воздух от этого не станет менее чистым, звезды не потускнеют и движение вселенной не станет менее точным.

    — Дольмансе · книга
16. «

    Чем меньше себе отказываешь, тем легче привыкаешь желать всего.

    Чем меньше себе отказываешь, тем легче привыкаешь желать всего.

    — 120 дней Содома · книга
17. «

    Я воображал, будто одно злодейство столь обесценивает жизнь человеческую... Но это не так... Чтобы считаться преступником, достаточно одного лишь наговора. А чтобы быть раздавленным, достаточно лишь иметь влиятельных врагов!

    Я воображал, будто одно злодейство столь обесценивает жизнь человеческую... Но это не так... Чтобы считаться преступником, достаточно одного лишь наговора. А чтобы быть раздавленным, достаточно лишь иметь влиятельных врагов!

    — Эрнестина · книга
18. «

    Теизм ваш не раз содействовал преступлениям, предотвратить же не сумел ни одного.

    Теизм ваш не раз содействовал преступлениям, предотвратить же не сумел ни одного.

    — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга
19. «

    Только человек несправедливый или одурманенный предрассудками может обвинить девушку в том, что она была влюблена в другого, прежде чем познакомилась с тем, кто станет ей мужем. Я более уверен в добродетели женщины, познавшей зло и раскаявшейся в нем, нежели в добродетели женщины, которой совершенно не в чем себя упрекнуть в своей добрачной жизни. Первая видела бездну и постарается избежать нового в нее падения, вторая же, думая, что путь в пропасть усеян розами, смело в нее бросается.

    Только человек несправедливый или одурманенный предрассудками может обвинить девушку в том, что она была влюблена в другого, прежде чем познакомилась с тем, кто станет ей мужем. Я более уверен в добродетели женщины, познавшей зло и раскаявшейся в нем, нежели в добродетели женщины, которой совершенно не в чем себя упрекнуть в своей добрачной жизни. Первая видела бездну и постарается избежать нового в нее падения, вторая же, думая, что путь в пропасть усеян розами, смело в нее бросается.

    — Доржевиль · книга
20. «

    Лицемерны мы ровно настолько, насколько сие вызвано необходимостью выживания в обществе. Мы обречены на существование среди людей, крайне заинтересованных в сокрытии истинного своего лица и рядящих пороки свои в одежды никогда не соблюдаемых ими добродетелей, и в таких условиях всякое проявление искренности крайне опасно; стоит ли сетовать на обман, раз сам отдаешь всех козырей в чужие руки. Общество нуждается в лицемерии и скрытности — не станем же противиться.

    Лицемерны мы ровно настолько, насколько сие вызвано необходимостью выживания в обществе. Мы обречены на существование среди людей, крайне заинтересованных в сокрытии истинного своего лица и рядящих пороки свои в одежды никогда не соблюдаемых ими добродетелей, и в таких условиях всякое проявление искренности крайне опасно; стоит ли сетовать на обман, раз сам отдаешь всех козырей в чужие руки. Общество нуждается в лицемерии и скрытности — не станем же противиться.

    — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга