65 лучших фраз Маркиза де Сада

Ниже 65 цитат Маркиза де Сада — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Никогда не видел я, чтобы жена силою добродетели своей смогла бы побороть пороки супруга.

   Никогда не видел я, чтобы жена силою добродетели своей смогла бы побороть пороки супруга.

   — Вальмон · книга
2. «

   В настоящее время атеизм является единственной доктриной всех мыслящих людей.

   В настоящее время атеизм является единственной доктриной всех мыслящих людей.

   — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга
3. «

   Если преступление обладает утонченностью, присущей добродетели, то не выглядит ли оно порой даже высоким и, в какой-то степени, величественными, превосходя в привлекательности изнеженную и унылую добродетель?

   Если преступление обладает утонченностью, присущей добродетели, то не выглядит ли оно порой даже высоким и, в какой-то степени, величественными, превосходя в привлекательности изнеженную и унылую добродетель?

   — 120 дней Содома · книга
4. «

   Люди, вкусившие свободу, станут мудрее, они тотчас ощутят, как несправедливо презирать тех, кто живет в согласии с требованиями природы.

   Люди, вкусившие свободу, станут мудрее, они тотчас ощутят, как несправедливо презирать тех, кто живет в согласии с требованиями природы.

   — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга
5. «

   Злословие всегда идет рука об руку с клеветой.

   Злословие всегда идет рука об руку с клеветой.

   — Маркиз Де Сад · книга
6. «

   Вот она, цена намерениям смертных – именно в момент, когда они строят планы будущих своих забав, приходит безжалостная смерть и перерезает нить дней их. Они живут, ничуть не заботясь о роковом сем миге, живут так, словно им назначено существование вечное, и исчезают в темном круговороте беспредельности, ничего не ведая об ожидающей их там участи.

   Вот она, цена намерениям смертных – именно в момент, когда они строят планы будущих своих забав, приходит безжалостная смерть и перерезает нить дней их. Они живут, ничуть не заботясь о роковом сем миге, живут так, словно им назначено существование вечное, и исчезают в темном круговороте беспредельности, ничего не ведая об ожидающей их там участи.

   — Фатализм · книга
7. «

   И, на мой взгляд, возможность надругаться над природой — вот самая большая и сладкая мечта для человека.

   И, на мой взгляд, возможность надругаться над природой — вот самая большая и сладкая мечта для человека.

   — Жером · книга
8. «

   Даже в самом чудовищном поступке обнаруживается тот или иной элемент привлекательности, не так ли?

   Даже в самом чудовищном поступке обнаруживается тот или иной элемент привлекательности, не так ли?

   — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга
9. «

   Человек может познать свою суть, лишь дойдя до последней черты.

   Человек может познать свою суть, лишь дойдя до последней черты.
10. «

    Дегенератов, сирот, недоразвитых малышей следовало бы уничтожать сразу после рождения: первых и вторых потому что, не имея ни одной души, которая захочет или сможет заботиться о них, они сделаются для общества балластом и тяжкой обузой, третьих по причине их абсолютной никчемности.

    Дегенератов, сирот, недоразвитых малышей следовало бы уничтожать сразу после рождения: первых и вторых потому что, не имея ни одной души, которая захочет или сможет заботиться о них, они сделаются для общества балластом и тяжкой обузой, третьих по причине их абсолютной никчемности.

    — Жюстина, или Злоключения добродетели · книга
11. «

    Каждый из нас представляет себе Рай как прекрасное общество, полное чудесной вседозволенности, абсолютно лишенное каких-либо запретов. Но никто не догадывается, что и в Раю могут быть свои жестокие правила.

    Каждый из нас представляет себе Рай как прекрасное общество, полное чудесной вседозволенности, абсолютно лишенное каких-либо запретов. Но никто не догадывается, что и в Раю могут быть свои жестокие правила.
12. «

    Если Бог создал все, отсюда следует, что он также создал добро и зло, включая то, что считается греховной природой человека.

    Если Бог создал все, отсюда следует, что он также создал добро и зло, включая то, что считается греховной природой человека.
13. «

    Можно заменить кровати, столы и комоды, но только не идеи. Их потеря невосполнима.

    Можно заменить кровати, столы и комоды, но только не идеи. Их потеря невосполнима.
14. «

    Как нередко бывает в разврате, женщина, обладающая теми же недостатками, что и мужчина, нравится ему меньше, чем та, что исполнена добродетели. Одна ведёт себя как он, другая в ужасе от его поступков, — и вот она именно этим уже желанна и влечёт его.

    Как нередко бывает в разврате, женщина, обладающая теми же недостатками, что и мужчина, нравится ему меньше, чем та, что исполнена добродетели. Одна ведёт себя как он, другая в ужасе от его поступков, — и вот она именно этим уже желанна и влечёт его.

    — 120 дней Содома · книга
15. «

    Ни вы, ни я не рождены для счастья. Мы из числа тех, кого природа создает лишь для того, чтобы все недолгое время, отпущенное им на земле, беспрестанно перебрасывать их от злоключения к злоключению.

    Ни вы, ни я не рождены для счастья. Мы из числа тех, кого природа создает лишь для того, чтобы все недолгое время, отпущенное им на земле, беспрестанно перебрасывать их от злоключения к злоключению.

    — Эрнестина · книга
16. «

    Удостоился звания содомита, так уж будь им до конца.

    Удостоился звания содомита, так уж будь им до конца.

    — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга
17. «

    Я ценю наши отношения, потому что они основаны на чистейшем эгоизме, а такая связь длится вечно.

    Я ценю наши отношения, потому что они основаны на чистейшем эгоизме, а такая связь длится вечно.

    — Жюльетта · книга
18. «

    Ничто так не воодушевляет, как первое безнаказанное преступление.

    Ничто так не воодушевляет, как первое безнаказанное преступление.

    — 120 дней Содома · книга
19. «

    Было время, когда одним из прав немецких баронов считалось право грабить на большой дороге. Это право вытекало из самых древних установлений в обществе, когда свободный человек или бродяга зарабатывал себе на пропитание на манер лесных зверей и птиц: доставал пищу из любого попавшегося под руку источника. В те далекие времена человек был дитя и ученик Природы, сегодня он — раб нелепых предрассудков, отвратительных законов и религиозных глупостей. «Все ценности в этом мире, — вопит слабый, — были равномерно распределены среди всех людей». Очень хорошо. Но, сотворив слабых и сильных, Природа достаточно ясно показала, что она предназначала эти ценности только сильным и что слабые лишены возможности пользоваться ими, за исключением жалких крох со стола, за которым сидят сильные и капризные деспоты. Природа призвала последних обогащаться за счет слабых, которые, в отместку, могут воровать у богатых, так что она разговаривает с людьми тем же языком, каким советует вольным птицам воровать зерно с полей, волку — пожирать ягнят, пауку — плести свою паутину и ловить мух. Все, все в этом мире — воровство, нескончаемая и яростная борьба за выживание стремление отобрать что-нибудь у других — основная и самая законная страсть, которую посеяла в нашем сердце Природа. Таковы главные законы поведения, которые навечно вошли в нашу плоть и кровь воровство — первейший инстинкт живых существ и, без сомнения, самый приятный.

    Было время, когда одним из прав немецких баронов считалось право грабить на большой дороге. Это право вытекало из самых древних установлений в обществе, когда свободный человек или бродяга зарабатывал себе на пропитание на манер лесных зверей и птиц: доставал пищу из любого попавшегося под руку источника. В те далекие времена человек был дитя и ученик Природы, сегодня он — раб нелепых предрассудков, отвратительных законов и религиозных глупостей. «Все ценности в этом мире, — вопит слабый, — были равномерно распределены среди всех людей». Очень хорошо. Но, сотворив слабых и сильных, Природа достаточно ясно показала, что она предназначала эти ценности только сильным и что слабые лишены возможности пользоваться ими, за исключением жалких крох со стола, за которым сидят сильные и капризные деспоты. Природа призвала последних обогащаться за счет слабых, которые, в отместку, могут воровать у богатых, так что она разговаривает с людьми тем же языком, каким советует вольным птицам воровать зерно с полей, волку — пожирать ягнят, пауку — плести свою паутину и ловить мух. Все, все в этом мире — воровство, нескончаемая и яростная борьба за выживание стремление отобрать что-нибудь у других — основная и самая законная страсть, которую посеяла в нашем сердце Природа. Таковы главные законы поведения, которые навечно вошли в нашу плоть и кровь воровство — первейший инстинкт живых существ и, без сомнения, самый приятный.

    — Жюльетта · книга
20. «

    — Дарую вам помилование, — говорил Людовик XV, убившему человека ради забавы, и добавлял: — Однако равным образом я дарую его и тому, кто убьет вас.

    — Дарую вам помилование, — говорил Людовик XV, убившему человека ради забавы, и добавлял: — Однако равным образом я дарую его и тому, кто убьет вас.

    — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга