Маркиз де Сад: 83 цитаты на каждый день

Ниже 83 цитаты Маркиза де Сада — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Чем больше природа и фортуна осыпают человека своими милостями, тем больше препятствий расставляет на его пути судьба, берущая на себя роль небесного правосудия, кое, как известно, служит людям и примером и уроком.

   Чем больше природа и фортуна осыпают человека своими милостями, тем больше препятствий расставляет на его пути судьба, берущая на себя роль небесного правосудия, кое, как известно, служит людям и примером и уроком.

   — Маркиз Де Сад · книга
2. «

   Красота — явление простое и понятное, а уродство — нечто чрезвычайное, и извращенное воображение всегда предпочтет немыслимое и чрезвычайное, а не простое и обычное.

   Красота — явление простое и понятное, а уродство — нечто чрезвычайное, и извращенное воображение всегда предпочтет немыслимое и чрезвычайное, а не простое и обычное.

   — 120 дней Содома · книга
3. «

   Плач — средство, к которому прибегают падшие, лживые или слабые женщины.

   Плач — средство, к которому прибегают падшие, лживые или слабые женщины.

   — Жюстина, или Злоключения добродетели · книга
4. «

   Если преступление обладает утонченностью, присущей добродетели, то не выглядит ли оно порой даже высоким и, в какой-то степени, величественными, превосходя в привлекательности изнеженную и унылую добродетель?

   Если преступление обладает утонченностью, присущей добродетели, то не выглядит ли оно порой даже высоким и, в какой-то степени, величественными, превосходя в привлекательности изнеженную и унылую добродетель?

   — 120 дней Содома · книга
5. «

   Честный человек сам первый наслаждается при виде плодов благодеяний своих: разве не в этом счастье его??

   Честный человек сам первый наслаждается при виде плодов благодеяний своих: разве не в этом счастье его??

   — Эрнестина · книга
6. «

   Честные люди никогда не могут поверить в зло, которое они сами сотворить не способны; вот почему первый попавшийся мошенник с лёгкостью обводит их вокруг пальца и вот почему столь просто, но столь унизительно обманывать их.

   Честные люди никогда не могут поверить в зло, которое они сами сотворить не способны; вот почему первый попавшийся мошенник с лёгкостью обводит их вокруг пальца и вот почему столь просто, но столь унизительно обманывать их.

   — Флорвиль · книга
7. «

   Как вы можете быть счастливым, если вы в состоянии удовлетворять себя каждый миг. Счастье состоит не в наслаждении, а в желании; оно означает разбить все преграды на пути к исполнению желания.

   Как вы можете быть счастливым, если вы в состоянии удовлетворять себя каждый миг. Счастье состоит не в наслаждении, а в желании; оно означает разбить все преграды на пути к исполнению желания.

   — 120 дней Содома · книга
8. «

   Каждый из нас представляет себе Рай как прекрасное общество, полное чудесной вседозволенности, абсолютно лишенное каких-либо запретов. Но никто не догадывается, что и в Раю могут быть свои жестокие правила.

   Каждый из нас представляет себе Рай как прекрасное общество, полное чудесной вседозволенности, абсолютно лишенное каких-либо запретов. Но никто не догадывается, что и в Раю могут быть свои жестокие правила.
9. «

   Хотите, чтобы не было нищих? Не раздавайте милостыню и упраздните дома милосердия. Поймите, лишить человека, рожденного в нищете, губительных этих вспоможений — истинное благо, — ибо в этом случае он употребит всё своё мужество и все доставшиеся ему от природы способности, дабы вырваться из бедственного положения.

   Хотите, чтобы не было нищих? Не раздавайте милостыню и упраздните дома милосердия. Поймите, лишить человека, рожденного в нищете, губительных этих вспоможений — истинное благо, — ибо в этом случае он употребит всё своё мужество и все доставшиеся ему от природы способности, дабы вырваться из бедственного положения.

   — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга
10. «

    Разве может умный человек увидеть в этом нагромождении нелепых басен что-нибудь иное, кроме прогнивших плодов наглости немногих мошенников и слепой доверчивости большинства? Если бы Бог хотел подарить нам какую-нибудь религию, и если бы он был действительно всемогущ или, чтобы сказать поточнее, если бы он был настоящим Богом, неужели он сообщил бы нам свои желания таким абсурдным образом?

    Разве может умный человек увидеть в этом нагромождении нелепых басен что-нибудь иное, кроме прогнивших плодов наглости немногих мошенников и слепой доверчивости большинства? Если бы Бог хотел подарить нам какую-нибудь религию, и если бы он был действительно всемогущ или, чтобы сказать поточнее, если бы он был настоящим Богом, неужели он сообщил бы нам свои желания таким абсурдным образом?

    — Жюстина, или Злоключения добродетели · книга
11. «

    Удостоился звания содомита, так уж будь им до конца.

    Удостоился звания содомита, так уж будь им до конца.

    — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга
12. «

    Только человек несправедливый или одурманенный предрассудками может обвинить девушку в том, что она была влюблена в другого, прежде чем познакомилась с тем, кто станет ей мужем. Я более уверен в добродетели женщины, познавшей зло и раскаявшейся в нем, нежели в добродетели женщины, которой совершенно не в чем себя упрекнуть в своей добрачной жизни. Первая видела бездну и постарается избежать нового в нее падения, вторая же, думая, что путь в пропасть усеян розами, смело в нее бросается.

    Только человек несправедливый или одурманенный предрассудками может обвинить девушку в том, что она была влюблена в другого, прежде чем познакомилась с тем, кто станет ей мужем. Я более уверен в добродетели женщины, познавшей зло и раскаявшейся в нем, нежели в добродетели женщины, которой совершенно не в чем себя упрекнуть в своей добрачной жизни. Первая видела бездну и постарается избежать нового в нее падения, вторая же, думая, что путь в пропасть усеян розами, смело в нее бросается.

    — Доржевиль · книга
13. «

    Быть оклеветанным — это то испытание на чистоту, из которого добродетельный человек выходит незапятнанным.

    Быть оклеветанным — это то испытание на чистоту, из которого добродетельный человек выходит незапятнанным.
14. «

    Твой голос становится фальшивым, когда ты говоришь от имени Природы, будто бы не следует делать другим то, чего ты не хочешь, чтобы другие делали тебе — такую вещь могут говорить только люди, причём слабые люди.

    Твой голос становится фальшивым, когда ты говоришь от имени Природы, будто бы не следует делать другим то, чего ты не хочешь, чтобы другие делали тебе — такую вещь могут говорить только люди, причём слабые люди.

    — Философия в будуаре, или Безнравственные наставники · книга
15. «

    О религия! Как же слепо её почитают, если не замечают даже, сколько несчастий из неё проистекает! Неужели никто никогда не заподозрил, что именно под её плащом находит пристанище Раздор, готовящийся излить на землю свой яд? Ведь если Бог существует, то разве не всё Ему равно, как человек славит Его? Ему должны быть угодны добродетели наши, а не процессии, что мы устраиваем в Его честь. Он желает видеть чистоту сердец наших, и вряд ли для Него важно, какую религию мы для почитания Его избираем. Но почему тогда сторонники одного культа враждебно относятся к почитателям другого и даже готовы истребить их как злейших врагов своих?

    О религия! Как же слепо её почитают, если не замечают даже, сколько несчастий из неё проистекает! Неужели никто никогда не заподозрил, что именно под её плащом находит пристанище Раздор, готовящийся излить на землю свой яд? Ведь если Бог существует, то разве не всё Ему равно, как человек славит Его? Ему должны быть угодны добродетели наши, а не процессии, что мы устраиваем в Его честь. Он желает видеть чистоту сердец наших, и вряд ли для Него важно, какую религию мы для почитания Его избираем. Но почему тогда сторонники одного культа враждебно относятся к почитателям другого и даже готовы истребить их как злейших врагов своих?

    — Жюльетта и Ронэ, или заговор в Амбуазе · книга
16. «

    Не только добродетель необходима природе и, наоборот, не только в преступлении она нуждается, но и утверждает себя в совершенном равновесии между тем и другим. В этом состоит ее бесконечная мудрость. Но можем ли мы быть виновны, добавляя то к одной, то к другой стороне, когда она сама располагает нас на своей шкале?

    Не только добродетель необходима природе и, наоборот, не только в преступлении она нуждается, но и утверждает себя в совершенном равновесии между тем и другим. В этом состоит ее бесконечная мудрость. Но можем ли мы быть виновны, добавляя то к одной, то к другой стороне, когда она сама располагает нас на своей шкале?
17. «

    Я ценю наши отношения, потому что они основаны на чистейшем эгоизме, а такая связь длится вечно.

    Я ценю наши отношения, потому что они основаны на чистейшем эгоизме, а такая связь длится вечно.

    — Жюльетта · книга
18. «

    Я воображал, будто одно злодейство столь обесценивает жизнь человеческую... Но это не так... Чтобы считаться преступником, достаточно одного лишь наговора. А чтобы быть раздавленным, достаточно лишь иметь влиятельных врагов!

    Я воображал, будто одно злодейство столь обесценивает жизнь человеческую... Но это не так... Чтобы считаться преступником, достаточно одного лишь наговора. А чтобы быть раздавленным, достаточно лишь иметь влиятельных врагов!

    — Эрнестина · книга
19. «

    Русские имеют большую слабость к развлечениям, сладострастию, роскоши, но во всем берут пример с Европы, и, как только среди них появляется французский аристократ во всем своем блеске, они немедленно, сломя голову, бросаются копировать его.

    Русские имеют большую слабость к развлечениям, сладострастию, роскоши, но во всем берут пример с Европы, и, как только среди них появляется французский аристократ во всем своем блеске, они немедленно, сломя голову, бросаются копировать его.
20. «

    Люди осуждают страсти, забывая, что философия зажигает свой факел от их огня.

    Люди осуждают страсти, забывая, что философия зажигает свой факел от их огня.