Маркус Зусак: 20 высказываний о главном

Подборка из 20 цитат Маркуса Зусака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Не-покидание — проявление доверия и любви, часто распознаваемое детьми.

   Не-покидание — проявление доверия и любви, часто распознаваемое детьми.

   — Книжный вор · книга
2. «

   Случай ведёт к следующему случаю, точно как риск несёт в себе новый риск, жизнь — новую жизнь, а смерть — новую смерть.

   Случай ведёт к следующему случаю, точно как риск несёт в себе новый риск, жизнь — новую жизнь, а смерть — новую смерть.

   — Книжный вор · книга
3. «

   …у любого порядка есть, по крайней мере, один слабый перекос, и однажды все переворачивается…

   …у любого порядка есть, по крайней мере, один слабый перекос, и однажды все переворачивается…

   — Книжный вор · книга
4. «

   Говорят, война — лучший друг смерти, но мне следует предложить вам иную точку зрения. Война для меня — как новый начальник, который требует невозможного. Стоит за спиной и без конца повторяет одно: «Сделайте, сделайте…» И вкалываешь. Исполняешь. Начальник, однако, вас не благодарит. Он требует ещё больше.

   Говорят, война — лучший друг смерти, но мне следует предложить вам иную точку зрения. Война для меня — как новый начальник, который требует невозможного. Стоит за спиной и без конца повторяет одно: «Сделайте, сделайте…» И вкалываешь. Исполняешь. Начальник, однако, вас не благодарит. Он требует ещё больше.

   — Смерть · книга
5. «

   И вот мы сидим. Одри и я. И чувство неловкости. Втиснулось между нами и тоже сидит. — Эд, ты мой лучший друг, — помолчав, говорит Одри. — Угу. Вот такими словами женщина может убить мужчину. Ни пистолета не надо, ни пули. Лишь несколько слов. И женщина.

   И вот мы сидим. Одри и я. И чувство неловкости. Втиснулось между нами и тоже сидит. — Эд, ты мой лучший друг, — помолчав, говорит Одри. — Угу. Вот такими словами женщина может убить мужчину. Ни пистолета не надо, ни пули. Лишь несколько слов. И женщина.

   — Я - посланник · книга
6. «

   Бывает, я просто выживаю. Но иногда я стою на крыше своего бытия, раскинув руки, и выпрашиваю ещё, большего.

   Бывает, я просто выживаю. Но иногда я стою на крыше своего бытия, раскинув руки, и выпрашиваю ещё, большего.

   — Братья Волф · книга
7. «

   Жить. Жить на свете, а расплата — муки совести и стыда.

   Жить. Жить на свете, а расплата — муки совести и стыда.

   — Книжный вор · книга
8. «

   Руди Штайнер боялся поцелуя книжной воришки. Наверное, слишком его хотел. Наверное, он так невероятно сильно любил её. Так сильно, что уже больше никогда не попросит её губ и сойдёт в могилу, так и не отведав их.

   Руди Штайнер боялся поцелуя книжной воришки. Наверное, слишком его хотел. Наверное, он так невероятно сильно любил её. Так сильно, что уже больше никогда не попросит её губ и сойдёт в могилу, так и не отведав их.

   — Книжный вор · книга
9. «

   У людей есть качество, которому я завидую. Людям, если уж на то пошло, хватает здравого смысла умереть.

   У людей есть качество, которому я завидую. Людям, если уж на то пошло, хватает здравого смысла умереть.

   — Смерть · книга
10. «

    Свинух, — рассмеялась она и, вскидывая руку, совершенно четко поняла, что в тот же миг Руди назвал ее свинюхой. Мне думается, это уже любовь — какая только возможна в одиннадцать лет.

    Свинух, — рассмеялась она и, вскидывая руку, совершенно четко поняла, что в тот же миг Руди назвал ее свинюхой. Мне думается, это уже любовь — какая только возможна в одиннадцать лет.

    — Книжный вор · книга
11. «

    За свои годы я перевидал великое множество молодых мужчин, которые думают, что идут в атаку на других таких же. Но нет. Они идут в атаку на меня.

    За свои годы я перевидал великое множество молодых мужчин, которые думают, что идут в атаку на других таких же. Но нет. Они идут в атаку на меня.

    — Смерть · книга
12. «

    Как и почти любое отчаяние, всё началось с видимого благополучия.

    Как и почти любое отчаяние, всё началось с видимого благополучия.

    — Книжный вор · книга
13. «

    Бог никогда ничего не говорит. Думаете, вы один такой, кому он не отвечает?

    Бог никогда ничего не говорит. Думаете, вы один такой, кому он не отвечает?

    — Книжный вор · книга
14. «

    Он сделал мне кое-что, этот мальчик. Всякий раз делает. Это единственный вред от него. Он наступает мне на сердце. Он заставляет меня плакать.

    Он сделал мне кое-что, этот мальчик. Всякий раз делает. Это единственный вред от него. Он наступает мне на сердце. Он заставляет меня плакать.

    — Книжный вор · книга
15. «

    Почему-то умирающие всегда задают вопросы, на которые знают ответ. Может, затем, чтобы умереть правыми.

    Почему-то умирающие всегда задают вопросы, на которые знают ответ. Может, затем, чтобы умереть правыми.

    — Смерть · книга
16. «

    Снежок в лицо — бесспорно идеальное начало верной дружбы.

    Снежок в лицо — бесспорно идеальное начало верной дружбы.

    — Книжный вор · книга
17. «

    Я хочу бежать и хохотать, и быть счастливым еще долго-долго. Хочу остановить это мгновение, миг счастья — и пребывать в нем вечно, будто в капсуле, далеко-далеко от мест, где я беспомощен и бессилен.

    Я хочу бежать и хохотать, и быть счастливым еще долго-долго. Хочу остановить это мгновение, миг счастья — и пребывать в нем вечно, будто в капсуле, далеко-далеко от мест, где я беспомощен и бессилен.

    — Я - посланник · книга
18. «

    Один из них был книжным вором. Другой воровал небо.

    Один из них был книжным вором. Другой воровал небо.

    — Смерть · книга
19. «

    Что говорят и что на самом деле есть — это обычно две разные вещи.

    Что говорят и что на самом деле есть — это обычно две разные вещи.

    — Книжный вор · книга
20. «

    Не хочу вашего счастья. Прошу вас, не смейте наполнять меня и внушать, будто это даст что-то доброе. Смотрите на мои синяки. Глядите на эту ссадину. Видите эту ссадину у меня внутри? Видите, как она разрастается прямо у вас на глазах, разъедает меня? Я больше не хочу ни на что надеяться. Не хочу молиться, чтобы Макс остался жив и невредим. Или Алекс Штайнер. Потому что мир не заслуживает их.

    Не хочу вашего счастья. Прошу вас, не смейте наполнять меня и внушать, будто это даст что-то доброе. Смотрите на мои синяки. Глядите на эту ссадину. Видите эту ссадину у меня внутри? Видите, как она разрастается прямо у вас на глазах, разъедает меня? Я больше не хочу ни на что надеяться. Не хочу молиться, чтобы Макс остался жив и невредим. Или Алекс Штайнер. Потому что мир не заслуживает их.

    — Лизель Мемингер · книга