298 цитат Марты Кетро про любовь, время и выбор

Ниже 298 цитат Марты Кетро — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Моя любовь во мне, она никуда не исчезает, меняются только объекты. Не нужно к ним привязывать чувство, которое генерирую я сама. Они – всего лишь повод. Есть только я и божественная любовь. А мужчина всего лишь стоит против света, и мне только кажется, что сияние от него. Теперь, когда его нет, любовь все равно осталась, любовь – она вообще, она ни о ком.

   Моя любовь во мне, она никуда не исчезает, меняются только объекты. Не нужно к ним привязывать чувство, которое генерирую я сама. Они – всего лишь повод. Есть только я и божественная любовь. А мужчина всего лишь стоит против света, и мне только кажется, что сияние от него. Теперь, когда его нет, любовь все равно осталась, любовь – она вообще, она ни о ком.

   — Марта · книга
2. «

   Думать о любви, петь о любви, танцевать о любви, говорить о любви, писать о любви, умирать от любви — такая тоска, мама.

   Думать о любви, петь о любви, танцевать о любви, говорить о любви, писать о любви, умирать от любви — такая тоска, мама.

   — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
3. «

   Чтобы говорить о любви и смерти, о жизни в самых разных ее проявлениях, прикасаясь к больным и нежным темам бытия, нужно очень много душевных сил.

   Чтобы говорить о любви и смерти, о жизни в самых разных ее проявлениях, прикасаясь к больным и нежным темам бытия, нужно очень много душевных сил.

   — Вдохнуть! и! не! ды! шать! · книга
4. «

   Жизнь прекрасна. Я задыхаюсь от боли. Иногда.

   Жизнь прекрасна. Я задыхаюсь от боли. Иногда.

   — Горький шоколад. Книга утешений · книга
5. «

   Счастье ограничено: бесполезно насиловать реальность, чтобы стать счастливым, не получится.

   Счастье ограничено: бесполезно насиловать реальность, чтобы стать счастливым, не получится.

   — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
6. «

   Спасибо, милый, за то, что ты был со мной. А сейчас ты с этой своей девушкой, а я сижу тут одна в идиотской позе и пытаюсь найти у себя внутри что-нибудь живое. В пустоте моего сердца должен, просто обязан зародиться какой-нибудь шарик, искра, точка опоры. Любая хрень, за которую я смогу уцепиться.

   Спасибо, милый, за то, что ты был со мной. А сейчас ты с этой своей девушкой, а я сижу тут одна в идиотской позе и пытаюсь найти у себя внутри что-нибудь живое. В пустоте моего сердца должен, просто обязан зародиться какой-нибудь шарик, искра, точка опоры. Любая хрень, за которую я смогу уцепиться.

   — О любви ко всему живому · книга
7. «

   — Не переживай, зато Иисус любит тебя. — Бога нет. — Так что, тебя совсем никто не любит? Ну ты лузер.

   — Не переживай, зато Иисус любит тебя. — Бога нет. — Так что, тебя совсем никто не любит? Ну ты лузер.
8. «

   Очень нелегко спать с тем, кого не любишь, и практически невозможно — с тем, кого разлюбила.

   Очень нелегко спать с тем, кого не любишь, и практически невозможно — с тем, кого разлюбила.

   — Хоп-хоп, улитка · книга
9. «

   Нравилась мне эта странная любовь. Я в ней такая красивая была.

   Нравилась мне эта странная любовь. Я в ней такая красивая была.

   — Вдохнуть! и! не! ды! шать! · книга
10. «

    «Спасибо за то, что тебя нет со мной, теперь наша любовь в безопасности навсегда. Я очень рада, что у тебя есть жена и дети, — значит, ты никогда не вернешься, чтобы все испортить, и никогда не умрешь. Правда, однажды ты все-таки умер, и это была самая отвратительная выходка из всех возможных. Подло так выходить из игры, я ведь почти победила. Но зато я могу теперь сочинить для себя такую историю любви, какую захочу. Извини, если я тебя запутала.

    «Спасибо за то, что тебя нет со мной, теперь наша любовь в безопасности навсегда. Я очень рада, что у тебя есть жена и дети, — значит, ты никогда не вернешься, чтобы все испортить, и никогда не умрешь. Правда, однажды ты все-таки умер, и это была самая отвратительная выходка из всех возможных. Подло так выходить из игры, я ведь почти победила. Но зато я могу теперь сочинить для себя такую историю любви, какую захочу. Извини, если я тебя запутала.

    — Горький шоколад. Книга утешений · книга
11. «

    Всё, что нас не убивает, делает нас инвалидами.

    Всё, что нас не убивает, делает нас инвалидами.

    — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
12. «

    Я не могу сделать счастливым того, кто меня не любит.

    Я не могу сделать счастливым того, кто меня не любит.

    — Знаки любви и её окончания · книга
13. «

    И тогда я позволяю себе посмотреть в никуда: он скажет «возвращайся», а я подойду очень близко и ничего не скажу, даже думать перестану, потому что – запах, тепло от его плеча, дурацкая рубашка в белый цветочек и кожа совсем рядом. Можно даже заплакать, если захочется, но не захочется, потому что наконец-то все станет хорошо. И когда мы доберемся до постели, я первым делом засну рядом с ним, потому что безумно устала за это время. И только потом, когда проснусь и услышу, как он дышит рядом, я осторожно, чтобы не обжечься, загляну в его лицо, потому что глаза мои тосковали без его красоты и были как слепые. А чуть позже я протяну руку, прикоснусь подушечками пальцев, а потом очень медленно, ведь мои руки заледенели без его огня, позволю ладоням наполниться, вспомнить его тело постепенно – чтобы не обжечься. И он, наверное, проснется, и тогда уже мое тело, которое сейчас корчится от одиночества…

    И тогда я позволяю себе посмотреть в никуда: он скажет «возвращайся», а я подойду очень близко и ничего не скажу, даже думать перестану, потому что – запах, тепло от его плеча, дурацкая рубашка в белый цветочек и кожа совсем рядом. Можно даже заплакать, если захочется, но не захочется, потому что наконец-то все станет хорошо. И когда мы доберемся до постели, я первым делом засну рядом с ним, потому что безумно устала за это время. И только потом, когда проснусь и услышу, как он дышит рядом, я осторожно, чтобы не обжечься, загляну в его лицо, потому что глаза мои тосковали без его красоты и были как слепые. А чуть позже я протяну руку, прикоснусь подушечками пальцев, а потом очень медленно, ведь мои руки заледенели без его огня, позволю ладоням наполниться, вспомнить его тело постепенно – чтобы не обжечься. И он, наверное, проснется, и тогда уже мое тело, которое сейчас корчится от одиночества…

    — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
14. «

    Любовь — это не только удача и промысел божий, но и твоё личное решение и постоянное волевое усилие. Любовь, как и честность, и доброта, и милосердие, требует ежедневного выбора. Мы, может быть, не слишком хорошие и верные изначально, но должны хотя бы пытаться — для какой-нибудь несовершенной женщины, для неидеального мужчины, для самих себя, прежде всего.

    Любовь — это не только удача и промысел божий, но и твоё личное решение и постоянное волевое усилие. Любовь, как и честность, и доброта, и милосердие, требует ежедневного выбора. Мы, может быть, не слишком хорошие и верные изначально, но должны хотя бы пытаться — для какой-нибудь несовершенной женщины, для неидеального мужчины, для самих себя, прежде всего.

    — Все девочки снежинки, а мальчики клоуны · книга
15. «

    Когда умная взрослая женщина говорит и делает какие-то чудовищные пошлости, есть вероятность, что она в отчаянии.

    Когда умная взрослая женщина говорит и делает какие-то чудовищные пошлости, есть вероятность, что она в отчаянии.

    — Осенний полёт таксы · книга
16. «

    Сколько угодно можно записывать собственный нравственный опыт, можно даже преподавать его в школе, но для каждого юного существа эти слова будут пусты до тех пор, пока не наполнятся его собственной болью, стыдом и печалью.

    Сколько угодно можно записывать собственный нравственный опыт, можно даже преподавать его в школе, но для каждого юного существа эти слова будут пусты до тех пор, пока не наполнятся его собственной болью, стыдом и печалью.

    — Осенний полёт таксы · книга
17. «

    Доставлять кому-то радость — одно из величайших удовольствий на земле.

    Доставлять кому-то радость — одно из величайших удовольствий на земле.

    — Как правильно ошибаться · книга
18. «

    Пересып — это начало конца. Как только вы оказываетесь в постели, ваши отношения начинают стремительно двигаться к финалу. Секс конечен, а чувства могут длиться целую жизнь. Это больше, чем дружба, тоньше, чем любовь, и очень, очень возбуждает. Завладеть чужими гениталиями — невелика победа, а вот мозгом...

    Пересып — это начало конца. Как только вы оказываетесь в постели, ваши отношения начинают стремительно двигаться к финалу. Секс конечен, а чувства могут длиться целую жизнь. Это больше, чем дружба, тоньше, чем любовь, и очень, очень возбуждает. Завладеть чужими гениталиями — невелика победа, а вот мозгом...

    — Умная, как цветок · книга
19. «

    От этого длинного дня осталось только его лицо, которое я вспоминаю с такой тянущей и щекотной нежностью, что хочется разрезать себе живот снизу вверх и вскрыть грудь, чтобы почесать сердце.

    От этого длинного дня осталось только его лицо, которое я вспоминаю с такой тянущей и щекотной нежностью, что хочется разрезать себе живот снизу вверх и вскрыть грудь, чтобы почесать сердце.

    — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
20. «

    Он хочет мою голову. Сердце он уже подержал в руках, оно его не удовлетворило, тело...ну что есть тело? Это вообще не цель для настоящего мужчины. Но вот голова, мысли мои, возможность влиять, вызывать эмоции, питаться ими, использовать для работы — это да.

    Он хочет мою голову. Сердце он уже подержал в руках, оно его не удовлетворило, тело...ну что есть тело? Это вообще не цель для настоящего мужчины. Но вот голова, мысли мои, возможность влиять, вызывать эмоции, питаться ими, использовать для работы — это да.

    — Марта · книга