Подборка: 59 цитат Мартена Пажа

Мартен Паж — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 59 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Долгие месяцы я размышлял над своим дефектом, который я бы назвал дефектом многодумия, и установил бесспорную связь между моими несчастьями и недержанием мысли. Рассуждения, попытки понять, разобраться никогда не приносили мне ничего хорошего, но всегда лишь оборачивались против меня.

   Долгие месяцы я размышлял над своим дефектом, который я бы назвал дефектом многодумия, и установил бесспорную связь между моими несчастьями и недержанием мысли. Рассуждения, попытки понять, разобраться никогда не приносили мне ничего хорошего, но всегда лишь оборачивались против меня.

   — Как я стал идиотом · книга
2. «

   Победа не приносит утешения. Мало не проиграть, надо еще как-то умудриться не выиграть.

   Победа не приносит утешения. Мало не проиграть, надо еще как-то умудриться не выиграть.

   — Быть может, история любви · книга
3. «

   Сыпать цитатами слишком легко, потому что на свете столько великих писателей и они столько всего умного сказали, что самому вроде как и напрягаться не стоит.

   Сыпать цитатами слишком легко, потому что на свете столько великих писателей и они столько всего умного сказали, что самому вроде как и напрягаться не стоит.

   — Как я стал идиотом · книга
4. «

   Ум — ошибка эволюции.

   Ум — ошибка эволюции.

   — Как я стал идиотом · книга
5. «

   Индивидуальность — роскошь, которая слишком дорого мне обходится.

   Индивидуальность — роскошь, которая слишком дорого мне обходится.

   — Как я стал идиотом · книга
6. «

   Человеческая натура настолько удивительна и богата, что надо обладать поистине непомерным самомнением, чтобы не робеть хоть чуть-чуть перед другими людьми, перед тем неизведанным и непознаваемым, что таится в каждом.

   Человеческая натура настолько удивительна и богата, что надо обладать поистине непомерным самомнением, чтобы не робеть хоть чуть-чуть перед другими людьми, перед тем неизведанным и непознаваемым, что таится в каждом.

   — Как я стал идиотом · книга
7. «

   Чтение великих авторов, усилия мысли, изучение трудов гениальных ученых не обязательно делают человека умным. Но риск чрезвычайно велик.

   Чтение великих авторов, усилия мысли, изучение трудов гениальных ученых не обязательно делают человека умным. Но риск чрезвычайно велик.

   — Как я стал идиотом · книга
8. «

   Согласен тебе преподавать высокую науку пьянства.

   Согласен тебе преподавать высокую науку пьянства.

   — Как я стал идиотом · книга
9. «

   У интеллектуалов нет монополии на ум.

   У интеллектуалов нет монополии на ум.

   — Как я стал идиотом · книга
10. «

    Начальник отдела кадров оценил два факультета и талантливо подделанные дипломы и принял его на должность редактора. Конечно, престижной такую работу не назовешь: сильнее презирали только изготовителей противопехотных мин.

    Начальник отдела кадров оценил два факультета и талантливо подделанные дипломы и принял его на должность редактора. Конечно, престижной такую работу не назовешь: сильнее презирали только изготовителей противопехотных мин.

    — Быть может, история любви · книга
11. «

    Если бы природа не допускала время от времени брак в своей работе, если бы с ее конвейера всегда сходили безупречные особи, человечество остановилось бы на стадии питекантропов и жило бы себе счастливо без всякого прозака, презервативов и DVD dolby digital.

    Если бы природа не допускала время от времени брак в своей работе, если бы с ее конвейера всегда сходили безупречные особи, человечество остановилось бы на стадии питекантропов и жило бы себе счастливо без всякого прозака, презервативов и DVD dolby digital.

    — Как я стал идиотом · книга
12. «

    Характерная, навсегда въедающаяся в память смесь запахов дыма, кофе, спиртного и моющих средств, которая делает земляками всех пьяниц мира.

    Характерная, навсегда въедающаяся в память смесь запахов дыма, кофе, спиртного и моющих средств, которая делает земляками всех пьяниц мира.

    — Как я стал идиотом · книга
13. «

    ...покупая одежду, он тщательно выяснял ее происхождение, чтобы не дай бог не участвовать в эксплуатации азиатских детей на фабриках компании «Nike» и других международных гигантов. Поскольку реклама есть покушение на свободу выбора, узурпация прав потребителя, вторжение в сферу его воображаемого и подсознательного, Антуан завел тетрадь, куда записывал названия всех торговых марок, участвующих в этой психологической войне, и не покупал их никогда. Кроме того, он вел список предприятий, которые занимаются сомнительным, с моральной точки зрения, бизнесом, заражают среду, инвестируют в экономику недемократических стран или проводят массовые увольнения при растущих прибылях. Не покупал он также продуктов со всякой химией, консервантами, красящими веществами, антиоксидантами и, когда финансы позволяли, предпочитал платить дороже за биологически чистую еду. Не то чтобы он был убежденным экологистом, пацифистом, интернационалистом, а просто делал то, что требовала совесть; его поведение диктовалось скорее нравственными идеями, нежели политическими взглядами. В общем, Антуан сильно смахивал на святого эпохи общества потребления.

    ...покупая одежду, он тщательно выяснял ее происхождение, чтобы не дай бог не участвовать в эксплуатации азиатских детей на фабриках компании «Nike» и других международных гигантов. Поскольку реклама есть покушение на свободу выбора, узурпация прав потребителя, вторжение в сферу его воображаемого и подсознательного, Антуан завел тетрадь, куда записывал названия всех торговых марок, участвующих в этой психологической войне, и не покупал их никогда. Кроме того, он вел список предприятий, которые занимаются сомнительным, с моральной точки зрения, бизнесом, заражают среду, инвестируют в экономику недемократических стран или проводят массовые увольнения при растущих прибылях. Не покупал он также продуктов со всякой химией, консервантами, красящими веществами, антиоксидантами и, когда финансы позволяли, предпочитал платить дороже за биологически чистую еду. Не то чтобы он был убежденным экологистом, пацифистом, интернационалистом, а просто делал то, что требовала совесть; его поведение диктовалось скорее нравственными идеями, нежели политическими взглядами. В общем, Антуан сильно смахивал на святого эпохи общества потребления.

    — Как я стал идиотом · книга
14. «

    В любви нет невинных, есть только жертвы.

    В любви нет невинных, есть только жертвы.

    — Как я стал идиотом · книга
15. «

    Чашка кофе — атрибут статуса, каждый настоящий трейдер обязательно держит в руке или под рукой недопитую чашку кофе.

    Чашка кофе — атрибут статуса, каждый настоящий трейдер обязательно держит в руке или под рукой недопитую чашку кофе.

    — Как я стал идиотом · книга
16. «

    Ум — это несчастье в квадрате: он приносит страдания, но никто не рассматривает его как недуг.

    Ум — это несчастье в квадрате: он приносит страдания, но никто не рассматривает его как недуг.

    — Как я стал идиотом · книга
17. «

    «Макдональдс» — логово капитализма, где ничего не подозревающих людей обкармливают жирами и сахаром и которое является символом униформизации жизни.

    «Макдональдс» — логово капитализма, где ничего не подозревающих людей обкармливают жирами и сахаром и которое является символом униформизации жизни.

    — Как я стал идиотом · книга
18. «

    Жизнь — хищник, питающийся чеками и кредитными карточками.

    Жизнь — хищник, питающийся чеками и кредитными карточками.

    — Как я стал идиотом · книга
19. «

    Машины извергали выхлопные газы, которые витали в воздухе, словно пыльца новой эры, оседая в легких парижан и осеменяя флору грядущей больной цивилизации. Агония растительности — деревьев, кустов, травы, — безмолвная и незримая для людских глаз, воспринимающих лишь то, что движется, привычно вписывалась в систему городской жизни. Автомобили творили нового человека, у которого не будет ног, чтобы прогуляться по асфальтированным дорогам своей мечты, а будут одни колеса.

    Машины извергали выхлопные газы, которые витали в воздухе, словно пыльца новой эры, оседая в легких парижан и осеменяя флору грядущей больной цивилизации. Агония растительности — деревьев, кустов, травы, — безмолвная и незримая для людских глаз, воспринимающих лишь то, что движется, привычно вписывалась в систему городской жизни. Автомобили творили нового человека, у которого не будет ног, чтобы прогуляться по асфальтированным дорогам своей мечты, а будут одни колеса.

    — Как я стал идиотом · книга
20. «

    Быть умным хуже, чем быть дураком, потому что дурак не сознает, что он глуп, тогда как умный человек, даже с самой заниженной самооценкой, не может не осознавать, что не обременен умом.

    Быть умным хуже, чем быть дураком, потому что дурак не сознает, что он глуп, тогда как умный человек, даже с самой заниженной самооценкой, не может не осознавать, что не обременен умом.

    — Как я стал идиотом · книга