92 цитат-размышлений Мигеля де Сервантеса Сааведры

Подборка из 92 цитаты Мигеля де Сервантеса Сааведры: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Затем он осмотрел свою клячу и, хотя она хромала на все четыре ноги и недостатков у неё было больше, чем у лошади Гонеллы, нашёл, что ни Буцефал Александра Македонского, ни Бабьека Сида не могли бы с нею тягаться.

   Затем он осмотрел свою клячу и, хотя она хромала на все четыре ноги и недостатков у неё было больше, чем у лошади Гонеллы, нашёл, что ни Буцефал Александра Македонского, ни Бабьека Сида не могли бы с нею тягаться.

   — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
2. «

   Ничто не обходится нам так дешево и не ценится так дорого, как вежливость.

   Ничто не обходится нам так дешево и не ценится так дорого, как вежливость.

   — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
3. «

   Один из признаков мудрости — не брать силой того, что можно взять добром.

   Один из признаков мудрости — не брать силой того, что можно взять добром.

   — Дон Кихот · книга
4. «

   Отец оберегал ее, и она сама себя оберегала, ибо никакие замки, сторожа и засовы так не уберегут девушку, как строгие ее правила.

   Отец оберегал ее, и она сама себя оберегала, ибо никакие замки, сторожа и засовы так не уберегут девушку, как строгие ее правила.

   — Эухеньо · книга
5. «

   А ведь как бы ни было велико горе и как бы оно ни терзало, страждущий, пока он жив, должен, по крайней мере, выслушать того, кто из добрых побуждений желает дать ему совет.

   А ведь как бы ни было велико горе и как бы оно ни терзало, страждущий, пока он жив, должен, по крайней мере, выслушать того, кто из добрых побуждений желает дать ему совет.

   — Священник · книга
6. «

   Свобода, Санчо, есть одна из самых драгоценных щедрот, которые небо изливает на людей: с нею не могут сравниться никакие сокровища — ни те, что таятся в недрах земли, ни те, что сокрыты на дне морском. Ради свободы, так же точно, как и ради чести, можно и должно рисковать жизнью, и, напротив того, неволя есть величайшее из всех несчастий, какие только могут случится с человеком.

   Свобода, Санчо, есть одна из самых драгоценных щедрот, которые небо изливает на людей: с нею не могут сравниться никакие сокровища — ни те, что таятся в недрах земли, ни те, что сокрыты на дне морском. Ради свободы, так же точно, как и ради чести, можно и должно рисковать жизнью, и, напротив того, неволя есть величайшее из всех несчастий, какие только могут случится с человеком.

   — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
7. «

   Любовь ни с кем не считается, ни в чем меры не знает, и у нее тот же нрав и обычай, что и у смерти: она столь же властно вторгается в пышные королевские чертоги, как и в убогие хижины пастухов, и когда она всецело овладевает душой, то прежде всего изгоняет из нее страх и стыдливость.

   Любовь ни с кем не считается, ни в чем меры не знает, и у нее тот же нрав и обычай, что и у смерти: она столь же властно вторгается в пышные королевские чертоги, как и в убогие хижины пастухов, и когда она всецело овладевает душой, то прежде всего изгоняет из нее страх и стыдливость.

   — Дон Кихот · книга
8. «

   В первых движениях чувства человек не волен.

   В первых движениях чувства человек не волен.

   — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
9. «

   Ни одна женщина не поверит, что стихи посвящены ей, если имя её не обозначено в них ясно и отчетливо.

   Ни одна женщина не поверит, что стихи посвящены ей, если имя её не обозначено в них ясно и отчетливо.

   — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
10. «

    Что лучше для тебя: мудрое безумие или дурацкое здравомыслие?

    Что лучше для тебя: мудрое безумие или дурацкое здравомыслие?

    — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
11. «

    Разуверить не значит унизить.

    Разуверить не значит унизить.

    — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
12. «

    Мёртвому, как говорится, место в гробу, а живому подле каравая.

    Мёртвому, как говорится, место в гробу, а живому подле каравая.

    — Санчо Панса · книга
13. «

    Прежде всего, сын мой, тебе надлежит бояться бога, ибо в страхе господнем заключается мудрость, будучи же мудрым, ты избежишь ошибок.

    Прежде всего, сын мой, тебе надлежит бояться бога, ибо в страхе господнем заключается мудрость, будучи же мудрым, ты избежишь ошибок.

    — Дон Кихот · книга
14. «

    В самом деле, — продолжал он, — велика ли заслуга жены в том, что она верна, если никто не соблазнял ее стать неверною? Что из того, что она застенчива и нелюдима, если у нее нет повода стать распущенною и если она знает, что у нее есть муж, который при малейшей с ее стороны нескромности лишит ее жизни? Следственно, к женщине, добродетельной страха ради или же оттого, что ей не представился случай, я не могу относиться с таким же уважением, как к той, которая в борьбе с домогавшимися и преследовавшими ее стяжала победный венок.

    В самом деле, — продолжал он, — велика ли заслуга жены в том, что она верна, если никто не соблазнял ее стать неверною? Что из того, что она застенчива и нелюдима, если у нее нет повода стать распущенною и если она знает, что у нее есть муж, который при малейшей с ее стороны нескромности лишит ее жизни? Следственно, к женщине, добродетельной страха ради или же оттого, что ей не представился случай, я не могу относиться с таким же уважением, как к той, которая в борьбе с домогавшимися и преследовавшими ее стяжала победный венок.

    — Ансельмо · книга
15. «

    Упорство — вот залог Того, что невозможное возможно, И хоть я изнемог, Взаимности взыскуя безнадежно, А все ж упрямо жду, Что на земле небесный рай найду.

    Упорство — вот залог Того, что невозможное возможно, И хоть я изнемог, Взаимности взыскуя безнадежно, А все ж упрямо жду, Что на земле небесный рай найду.

    — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
16. «

    Пойми, что нет в целом мире большей драгоценности, нежели честная и верная жена, и что честь женщины — это добрая слава, которая про неё идет.

    Пойми, что нет в целом мире большей драгоценности, нежели честная и верная жена, и что честь женщины — это добрая слава, которая про неё идет.

    — Лотарио · книга
17. «

    Господь посылает рану, господь же ее и уврачует, никто не знает, что впереди, до завтра еще далеко, а ведь довольно одного часа, даже одной минуты, чтобы целый дом рухнул, я видел собственными глазами: дождь идет, и тут же тебе светит солнце, ложишься спать здоровехонек, проснулся — ни охнуть, ни вздохнуть. И кто, скажите на милость, может похвастаться, что вколотил гвоздь в колесо Фортуны? Разумеется, что никто, и между женским «да» и женским «нет» я бы и кончика булавки не стал совать: все равно не поместится. Дайте мне только увериться, что Китерия любит Басильо всей душой и от чистого сердца, и я ему головой поручусь за успех, потому любовь, как я слышал, носит такие очки, сквозь которые медь кажется золотом, бедность — богатством, а гной — жемчугом.

    Господь посылает рану, господь же ее и уврачует, никто не знает, что впереди, до завтра еще далеко, а ведь довольно одного часа, даже одной минуты, чтобы целый дом рухнул, я видел собственными глазами: дождь идет, и тут же тебе светит солнце, ложишься спать здоровехонек, проснулся — ни охнуть, ни вздохнуть. И кто, скажите на милость, может похвастаться, что вколотил гвоздь в колесо Фортуны? Разумеется, что никто, и между женским «да» и женским «нет» я бы и кончика булавки не стал совать: все равно не поместится. Дайте мне только увериться, что Китерия любит Басильо всей душой и от чистого сердца, и я ему головой поручусь за успех, потому любовь, как я слышал, носит такие очки, сквозь которые медь кажется золотом, бедность — богатством, а гной — жемчугом.

    — Санчо Панса · книга
18. «

    То же самое происходит и в комедии, которую представляет собою круговорот нашей жизни, — продолжал Дон Кихот, — и здесь одни играют роль императоров, другие — пап, словом, всех действующих лиц, какие только в комедии выводятся, а когда наступает развязка, то есть когда жизнь кончается, смерть у всех отбирает костюмы, коими они друг от друга отличались, и в могиле все становятся между собою равны.

    То же самое происходит и в комедии, которую представляет собою круговорот нашей жизни, — продолжал Дон Кихот, — и здесь одни играют роль императоров, другие — пап, словом, всех действующих лиц, какие только в комедии выводятся, а когда наступает развязка, то есть когда жизнь кончается, смерть у всех отбирает костюмы, коими они друг от друга отличались, и в могиле все становятся между собою равны.

    — Дон Кихот · книга
19. «

    Желания питает надежда.

    Желания питает надежда.

    — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
20. «

    Я начинаю думать, что и в аду можно встретить добрых людей.

    Я начинаю думать, что и в аду можно встретить добрых людей.

    — Санчо Панса · книга