507 цитат Михаила Булгакова, которые захочется сохранить

Михаил Булгаков — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 507 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Нет ни одной восточной религии, — говорил Берлиоз, — в которой, как правило, непорочная дева не произвела бы на свет бога. И христиане, не выдумав ничего нового, точно так же создали своего Иисуса, которого на самом деле никогда не было в живых.

   Нет ни одной восточной религии, — говорил Берлиоз, — в которой, как правило, непорочная дева не произвела бы на свет бога. И христиане, не выдумав ничего нового, точно так же создали своего Иисуса, которого на самом деле никогда не было в живых.

   — Михаил Александрович Берлиоз · книга
2. «

   Прескучно живут честные люди! Воры же во все времена устраиваются великолепно, и все любят воров, потому что возле них всегда сытно и весело.

   Прескучно живут честные люди! Воры же во все времена устраиваются великолепно, и все любят воров, потому что возле них всегда сытно и весело.

   — Жизнь господина де Мольера · книга
3. «

   Приятно слышать, что вы так вежливо обращаетесь с котом. Котам обычно почему-то говорят «ты», хотя ни один кот никогда ни с кем не пил брудершафта.

   Приятно слышать, что вы так вежливо обращаетесь с котом. Котам обычно почему-то говорят «ты», хотя ни один кот никогда ни с кем не пил брудершафта.

   — Кот Бегемот · книга
4. «

   Мне, представьте, приходилось слышать утверждение, что первым является Пушкин.

   Мне, представьте, приходилось слышать утверждение, что первым является Пушкин.

   — Долгоруков · книга
5. «

   …вовсе не удостоверением определяется писатель, а тем, что он пишет! Почем вы знаете, какие замыслы роятся у меня в голове?

   …вовсе не удостоверением определяется писатель, а тем, что он пишет! Почем вы знаете, какие замыслы роятся у меня в голове?

   — Коровьев (Фагот) · книга
6. «

   — И на кой черт тебе нужен галстук, если на тебе нет штанов? — Штаны коту не полагаются.

   — И на кой черт тебе нужен галстук, если на тебе нет штанов? — Штаны коту не полагаются.

   — Воланд · книга
7. «

   Король отнюдь не относился хорошо к высшему дворянству Франции и никак не считал себя первым среди дворян. По мнению Людовика, его власть была божественной и стоял он совершенно отдельно и неизмеримо выше всех в мире.

   Король отнюдь не относился хорошо к высшему дворянству Франции и никак не считал себя первым среди дворян. По мнению Людовика, его власть была божественной и стоял он совершенно отдельно и неизмеримо выше всех в мире.

   — Жизнь господина де Мольера · книга
8. «

   Варенуха пошёл в мужское отделение и, прежде всего, увидел, что пять дней тому назад выкрашенные стены исписаны неплохо сделанными карандашом рисунками половых органов, четверостишиями и отдельными очень употребительными, но почему-то считающимися неприличными, словами. Самое короткое из них было выписано углём большими буквами как раз над сиденьем, и сиденье это было загажено.

   Варенуха пошёл в мужское отделение и, прежде всего, увидел, что пять дней тому назад выкрашенные стены исписаны неплохо сделанными карандашом рисунками половых органов, четверостишиями и отдельными очень употребительными, но почему-то считающимися неприличными, словами. Самое короткое из них было выписано углём большими буквами как раз над сиденьем, и сиденье это было загажено.

   — Великий канцлер · книга
9. «

   Аннушка уже купила подсолнечное масло, и не только купила, но даже разлила. Так что заседание не состоится.

   Аннушка уже купила подсолнечное масло, и не только купила, но даже разлила. Так что заседание не состоится.

   — Воланд · книга
10. «

    — Ты лучше скажи, отчего Грибоедов загорелся? — спросил Воланд. Оба, и Коровьев и Бегемот, развели руками, подняли глаза к небу, а Бегемот вскричал: — Не постигаю! Сидели мирно, совершенно тихо, закусывали...

    — Ты лучше скажи, отчего Грибоедов загорелся? — спросил Воланд. Оба, и Коровьев и Бегемот, развели руками, подняли глаза к небу, а Бегемот вскричал: — Не постигаю! Сидели мирно, совершенно тихо, закусывали...

    — Воланд · книга
11. «

    — Неправда! — тоненько выкрикнул Турбин. — Нужно только иметь голову на плечах, и всегда можно было бы столковаться с германом. Нужно было бы немцам объяснить, что мы им не опасны. Кончено. Война нами проиграна. У нас теперь другое, более страшное, чем война, чем немцы, чем всё на свете. У нас — Троцкий.

    — Неправда! — тоненько выкрикнул Турбин. — Нужно только иметь голову на плечах, и всегда можно было бы столковаться с германом. Нужно было бы немцам объяснить, что мы им не опасны. Кончено. Война нами проиграна. У нас теперь другое, более страшное, чем война, чем немцы, чем всё на свете. У нас — Троцкий.

    — Алексей Турбин · книга
12. «

    Но, – продолжал иноземец, не смущаясь изумлением Берлиоза и обращаясь к поэту, – отправить его в Соловки невозможно по той причине, что он уже с лишком сто лет пребывает в местах значительно более отдаленных, чем Соловки, и извлечь его оттуда никоим образом нельзя, уверяю вас!

    Но, – продолжал иноземец, не смущаясь изумлением Берлиоза и обращаясь к поэту, – отправить его в Соловки невозможно по той причине, что он уже с лишком сто лет пребывает в местах значительно более отдаленных, чем Соловки, и извлечь его оттуда никоим образом нельзя, уверяю вас!

    — Воланд · книга
13. «

    Впрочем, вы… вы меня опять-таки извините, ведь, я не ошибаюсь, вы человек невежественный?

    Впрочем, вы… вы меня опять-таки извините, ведь, я не ошибаюсь, вы человек невежественный?

    — Мастер · книга
14. «

    Да почему, в конце концов, каждому своему действию я должен придумывать предлог?

    Да почему, в конце концов, каждому своему действию я должен придумывать предлог?

    — Морфий · книга
15. «

    — Опять началась какая-то чушь, — заметил Воланд. — Слушаю и продолжаю, — ответил кот.

    — Опять началась какая-то чушь, — заметил Воланд. — Слушаю и продолжаю, — ответил кот.

    — Воланд · книга
16. «

    Я слышу — война, газ, чума, человечество, построим здесь города... Мы найдем человеческий материал! А я не хочу никакого человеческого материала, я хочу просто людей, а больше всего одного человека. А затем домик в Швейцарии и — будь прокляты идеи, войны, классы, стачки...

    Я слышу — война, газ, чума, человечество, построим здесь города... Мы найдем человеческий материал! А я не хочу никакого человеческого материала, я хочу просто людей, а больше всего одного человека. А затем домик в Швейцарии и — будь прокляты идеи, войны, классы, стачки...

    — Ева · книга
17. «

    Еда... штука хитрая. Есть нужно уметь, а представьте себе – большинство людей вовсе есть не умеют. Нужно не только знать что съесть, но и когда и как. И что при этом говорить. Да-с. Если вы заботитесь о своём пищеварении, мой добрый совет – не говорите за обедом о большевизме и о медицине. И – боже вас сохрани – не читайте до обеда советских газет.

    Еда... штука хитрая. Есть нужно уметь, а представьте себе – большинство людей вовсе есть не умеют. Нужно не только знать что съесть, но и когда и как. И что при этом говорить. Да-с. Если вы заботитесь о своём пищеварении, мой добрый совет – не говорите за обедом о большевизме и о медицине. И – боже вас сохрани – не читайте до обеда советских газет.

    — профессор Филипп Филиппович Преображенский · книга
18. «

    Писатель ни в коем случае не должен вступать в какие-либо печатные споры по поводу своих произведений.

    Писатель ни в коем случае не должен вступать в какие-либо печатные споры по поводу своих произведений.

    — Жизнь господина де Мольера · книга
19. «

    Ремиз, — заорал кот, — ура! — И тут он, отставив в сторону примус, выхватил из-за спины браунинг.

    Ремиз, — заорал кот, — ура! — И тут он, отставив в сторону примус, выхватил из-за спины браунинг.

    — Кот Бегемот · книга
20. «

    Что будет с Россией, знает один Бог. Пусть он ей поможет!

    Что будет с Россией, знает один Бог. Пусть он ей поможет!