Ева

Наверное, это странно... проснуться без тебя. Все будет как всегда, но только без тебя...

Видят боги, я — девушка послушная, я плохие законы не нарушаю, я их просто... игнорирую!

Мне всегда было интересно, что они думают обо мне, когда уходят... Вот он ушёл — и сразу забыл, что ли? Вот, стоя в ванной или засыпая, он думает обо мне? Или смотрит беспокойно на вещи, которые нас связывали... Или замечает, что сидит в баре, в котором мы девяносто восемь раз вместе были... Когда завтракает? Когда в метро едет? Как часто он обо мне думает?

Если о чем-то не говорить, то этого как бы и не существует; молчание стирает в памяти образы людей и воспоминания об их поступках. Рано или поздно они побледнеют, а затем вовсе сотрутся.

Для самой себя я постановила, что могу считаться красивой хотя бы по той простой причине, что хочу этого.

— Один тип из Riot подошел к Сане и сказал: «Не хочешь пройти со мной в конец автобуса и сесть мне на лицо?» Сана просто сказала: «С чего бы? Нос больше, чем член?» — Ты прикалываешься?! Ты так сказала?! Кому?! — Понятия не имею. Засранцу-сексисту, который не воспринимает «нет» как «нет».

У меня какое-то странное чувство, которого никогда раньше не было. Такое ощущение, что я прошла мимо чего-то очень важного. У меня как будто выработалась какая-то дурацкая привычка. Сначала ты маленькая, потом растешь, в твоей жизни появляются парни: один, второй и третий. И то, что ты встретила парня, а потом рассталась с ним, не воспринимается как какая-то трагедия. А так, в порядке вещей. А я не хочу так больше.

Есть вещи, которые ты когда-то узнал или увидел, или прочёл, или посмотрел, или ощутил на вкус, цвет или запах, и теперь это навсегда. Навсегда — тот бар, в котором вы познакомились. Навсегда — свежевыжатый апельсиновый сок, потому что он первый раз сделал его у тебя на глазах. В конце концов, навсегда улицы разных городов, потому что ты ходила по ним и думала о нём. Так много этих «навсегда». Одни нечаянно всплывают в памяти, и ты улыбаешься тихо и никому незаметной улыбкой; другие мучительны, и они преследуют тебя, и ты помнишь о них каждый день. И мы все, чей короб навсегда забит доверху, мечтаем о дне, когда в нашей жизни появится человек, с которым не может быть уже так много «в первый раз», но с кем просто станут неважными и заброшенными в пыльный угол эти бесконечные «навсегда». Пусть каждый живёт своей жизнью и делает свой выбор. Прошу вас только об одном: не дайте выработаться «Привычке расставаться»...

Третий не лишний, третий — запасной.

Жизнь — жестокая игра, не брезгующая фальшью и шулерством. Игра, выявляющая подлинную сущность наших натур.

Волки — создания чистые и справедливые, недаром их называют санитарами лесов.

Мне нравится в выходные просыпаться после динамичного вчера, выпивать залпом пол-литра минеральной воды и аккуратно и бережно транспортировать себя под душ. Мне нравится не спеша готовить себе уже скорее ужин, чем завтрак, и заваливаться перед телевизором, перещелкивая каналы. Не напрягаться, что где-то сейчас футбол или чей-то любимый клип. Я эгоистка? Да, возможно. Но правильно ли жить для других? Разве эгоизм — звонить и приглашать на ужин только тогда, когда у тебя есть на то время и настроение? Идя в гости, мужчина подумает о букете цветов для барышни, а идя уставшим с работы домой? Вот то-то же... Не высшее ли проявление чувств — предстать пред очами любимого при полном параде, а не принуждать его видеть тебя в бигуди и косметической маске? Не забота ли это о его чувствах? Не высший ли альтруизм — всегда быть с ним улыбающейся и ухоженной, потому что у тебя есть время заняться собой? Почему мужчина хочет другую женщину? Она ничем не лучше тебя, ничем не прекрасней. Просто она загадка. Он не видел ее в халате или в фартуке на кухне, он не знает, когда у нее критические дни и не слышал ее бреда, когда у нее температура. Правильно ли жить вместе и подстраиваться друг под друга, ломая и стирая из памяти такие любимые и милые свои привычки и прихоти? Как приятно пригласить подружек на ужин, не думая о том, что эта не нравится ему цветом волос, а эта просто раздражает его своим громким смехом. Выслушать их семейные невзгоды, и не ощутить себя в их рядах. В рядах женщин, терпящих измены, недостаток секса или денег, навязывание чужих взглядов или тирании. В рядах женщин, о которых говорят «она сделала все, чтобы спасти семью». Спасти семью? Она либо есть, либо нет. Что может быть хуже того, чтобы стать обслуживающим персоналом для особи, которая ест приготовленную тобой еду, занимается сексом с твоим телом, а утром встает и уходит жить своей жизнью. Забывая твои глаза, мысли, твои просьбы...

Невозможно войти в одну реку дважды. Невозможно вернуться туда, откуда навсегда ушёл.

Его звали Денис! И именно с ним у меня были первые серьёзные отношения: всё было в первый раз! Первый раз квартира, первый раз ремонт, первый раз — всё! Наверное, у каждой был свой Денис...

Твоя бабушка назвала бы это красивым словом — мезальянс. Проще говоря, вы не пара!

Мы выросли с ошибочным сознанием того, что богатство и эгоизм могут заполнить пустоту наших душ.