Михаил Булгаков: 594 цитаты на каждый день

Михаил Булгаков — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 594 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Рыцарь этот когда-то неудачно пошутил... его каламбур, который он сочинил, разговаривая о свете и тьме, был не совсем хорош. И рыцарю пришлось после этого прошутить немного больше и дольше, чем он предполагал. Но сегодня такая ночь, когда сводятся счеты. Рыцарь свой счет оплатил и закрыл!

   Рыцарь этот когда-то неудачно пошутил... его каламбур, который он сочинил, разговаривая о свете и тьме, был не совсем хорош. И рыцарю пришлось после этого прошутить немного больше и дольше, чем он предполагал. Но сегодня такая ночь, когда сводятся счеты. Рыцарь свой счет оплатил и закрыл!

   — Воланд · книга
2. «

   Взять бы этого Канта, да за такие доказательства года на три в Соловки!

   Взять бы этого Канта, да за такие доказательства года на три в Соловки!

   — Иван Бездомный · книга
3. «

   Я того мнения, что хорошо было бы, если бы драматургам не приходилось ни от кого принимать заказы.

   Я того мнения, что хорошо было бы, если бы драматургам не приходилось ни от кого принимать заказы.

   — Жизнь господина де Мольера · книга
4. «

   Я почувствовал себя впервые человеком, объём ответственности которого ограничен какими-то рамками.

   Я почувствовал себя впервые человеком, объём ответственности которого ограничен какими-то рамками.

   — Д-р Бомгард · книга
5. «

   На широком поле словесности российской в СССР я был один-единственный литературный волк. Мне советовали выкрасить шкуру. Нелепый совет. Крашеный ли волк, стриженый ли волк, он всё равно не похож на пуделя. Со мной и поступили как с волком. И несколько лет гнали меня по правилам литературной садки в огороженном дворе. Злобы я не имею, но я очень устал…

   На широком поле словесности российской в СССР я был один-единственный литературный волк. Мне советовали выкрасить шкуру. Нелепый совет. Крашеный ли волк, стриженый ли волк, он всё равно не похож на пуделя. Со мной и поступили как с волком. И несколько лет гнали меня по правилам литературной садки в огороженном дворе. Злобы я не имею, но я очень устал…
6. «

   — Они, они! — козлиным голосом запел длинный клетчатый, во множественном числе говоря о Степе, — вообще они в последнее время жутко свинячат. Пьянствуют, вступают в связи с женщинами, используя свое положение, ни черта не делают, да и делать ничего не могут, потому что ничего не смыслят в том, что им поручено. Начальству втирают очки! — Машину зря гоняет казенную! — наябедничал и кот, жуя гриб. И тут случилось четвертое, и последнее, явление в квартире, когда Степа, совсем уже сползший на пол, ослабевшей рукой царапал притолоку. Прямо из зеркала трюмо вышел маленький, но необыкновенно широкоплечий, в котелке на голове и с торчащим изо рта клыком, безобразящим и без того невиданно мерзкую физиономию. И при этом еще огненно-рыжий. — Я, — вступил в разговор этот новый, — вообще не понимаю, как он попал в директора, — рыжий гнусавил все больше и больше, — он такой же директор, как я архиерей!

   — Они, они! — козлиным голосом запел длинный клетчатый, во множественном числе говоря о Степе, — вообще они в последнее время жутко свинячат. Пьянствуют, вступают в связи с женщинами, используя свое положение, ни черта не делают, да и делать ничего не могут, потому что ничего не смыслят в том, что им поручено. Начальству втирают очки! — Машину зря гоняет казенную! — наябедничал и кот, жуя гриб. И тут случилось четвертое, и последнее, явление в квартире, когда Степа, совсем уже сползший на пол, ослабевшей рукой царапал притолоку. Прямо из зеркала трюмо вышел маленький, но необыкновенно широкоплечий, в котелке на голове и с торчащим изо рта клыком, безобразящим и без того невиданно мерзкую физиономию. И при этом еще огненно-рыжий. — Я, — вступил в разговор этот новый, — вообще не понимаю, как он попал в директора, — рыжий гнусавил все больше и больше, — он такой же директор, как я архиерей!

   — Коровьев (Фагот) · книга
7. «

   ... Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город. Исчезли висячие мосты, соединяющие храм со страшной антониевой башней, опустилась с неба бездна и залила крылатых богов над гипподромом, хасмонейский дворец с бойницами, базары, караван-сараи, переулки, пруды... Пропал Ершалаим – великий город, как будто не существовал на свете...

   ... Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город. Исчезли висячие мосты, соединяющие храм со страшной антониевой башней, опустилась с неба бездна и залила крылатых богов над гипподромом, хасмонейский дворец с бойницами, базары, караван-сараи, переулки, пруды... Пропал Ершалаим – великий город, как будто не существовал на свете...

   — Мастер и Маргарита · книга
8. «

   В истории человечества отмечены многие казнокрады. Но одним из самых блистательных, несомненно, был Никола Фуке, занимавший в описываемое время должность главного управляющего финансами Франции. Учинить такой грабеж государственной казны, какой учинил Фуке, редко кому удавалось. В конце концов Фуке совершенно потерял представление о том, где кончаются казенные деньги и начинаются его собственные.

   В истории человечества отмечены многие казнокрады. Но одним из самых блистательных, несомненно, был Никола Фуке, занимавший в описываемое время должность главного управляющего финансами Франции. Учинить такой грабеж государственной казны, какой учинил Фуке, редко кому удавалось. В конце концов Фуке совершенно потерял представление о том, где кончаются казенные деньги и начинаются его собственные.

   — Жизнь господина де Мольера · книга
9. «

   ... трусость, несомненно, один из самых страшных пороков. <…> Нет, философ, я тебе возражаю. Это самый страшный порок.

   ... трусость, несомненно, один из самых страшных пороков. <…> Нет, философ, я тебе возражаю. Это самый страшный порок.

   — Иешуа Га-Ноцри · книга
10. «

    — Однако меня удивляет, что в этой стране совершенно не соблюдают форм судопроизводства. — Да, я вам уже докладывал, что здесь начинают с того, что повесят человека, а потом уж разбирают его дело.

    — Однако меня удивляет, что в этой стране совершенно не соблюдают форм судопроизводства. — Да, я вам уже докладывал, что здесь начинают с того, что повесят человека, а потом уж разбирают его дело.

    — Мольер · книга
11. «

    Не оскудела храбрыми российская земля и век не оскудеет.

    Не оскудела храбрыми российская земля и век не оскудеет.

    — Патриарх Гермоген · книга
12. «

    …никакою силой нельзя заставить умолкнуть толпу, пока она не выдохнет все, что накопилось у нее внутри, и не смолкнет сама.

    …никакою силой нельзя заставить умолкнуть толпу, пока она не выдохнет все, что накопилось у нее внутри, и не смолкнет сама.

    — Мастер и Маргарита · книга
13. «

    Антракт, негодяи!

    Антракт, негодяи!

    — Мастер и Маргарита · книга
14. «

    — Удивительно вульгарный человек этот Гусь. Вы не находите? — Да, не нахожу. Человек, получающий двести червонцев в месяц, не может быть вульгарным.

    — Удивительно вульгарный человек этот Гусь. Вы не находите? — Да, не нахожу. Человек, получающий двести червонцев в месяц, не может быть вульгарным.

    — Обольянинов · книга
15. «

    Известие о запрещении подлило масла в огонь. Все хотели видеть пьесу, в которой осмеивались люди высшего круга.

    Известие о запрещении подлило масла в огонь. Все хотели видеть пьесу, в которой осмеивались люди высшего круга.

    — Жизнь господина де Мольера · книга
16. «

    Если бы в следующее утро Стёпе Лиходееву сказали бы так: «Стёпа! Тебя расстреляют, если ты сию минуту не встанешь!» — Стёпа бы ответил томным, чуть слышным голосом: «Расстреливайте, делайте со мной, что хотите, но я не встану».

    Если бы в следующее утро Стёпе Лиходееву сказали бы так: «Стёпа! Тебя расстреляют, если ты сию минуту не встанешь!» — Стёпа бы ответил томным, чуть слышным голосом: «Расстреливайте, делайте со мной, что хотите, но я не встану».

    — Мастер и Маргарита · книга
17. «

    При такой чертовой гонке порядочному человеку невозможно без кокаина.

    При такой чертовой гонке порядочному человеку невозможно без кокаина.

    — Зойкина квартира · книга
18. «

    Ты слишком замкнут и окончательно потерял веру в людей. Ведь нельзя же, согласись, поместить всю свою привязанность к собаке. Твоя жизнь скудна, игемон.

    Ты слишком замкнут и окончательно потерял веру в людей. Ведь нельзя же, согласись, поместить всю свою привязанность к собаке. Твоя жизнь скудна, игемон.

    — Иешуа Га-Ноцри · книга
19. «

    Я не господин, господа все в Париже!

    Я не господин, господа все в Париже!

    — Шариков · книга
20. «

    … он не был многословен на этот раз. Единственное, что он сказал, это, что в числе человеческих пороков одним из самых главных он считает трусость.

    … он не был многословен на этот раз. Единственное, что он сказал, это, что в числе человеческих пороков одним из самых главных он считает трусость.

    — Мастер и Маргарита · книга