28 цитат Михаила Шишкина — подборка на все случаи

Ниже 28 цитат Михаила Шишкина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Сашка, главное здесь — не думать. А я все время думаю. И это неправильно. Ведь сколько поколений думало об этом и пришло к великой мудрости — надо не думать. Почему солдатам всегда дают какое-нибудь задание, любое, пусть самое бессмысленное, лишь бы их чем-нибудь занять? Чтобы не думать. В этом есть глубокий смысл — чтобы человек не думал. Нужно спасти его от себя самого, от мыслей о смерти.

   Сашка, главное здесь — не думать. А я все время думаю. И это неправильно. Ведь сколько поколений думало об этом и пришло к великой мудрости — надо не думать. Почему солдатам всегда дают какое-нибудь задание, любое, пусть самое бессмысленное, лишь бы их чем-нибудь занять? Чтобы не думать. В этом есть глубокий смысл — чтобы человек не думал. Нужно спасти его от себя самого, от мыслей о смерти.

   — Володя · книга
2. «

   Дети — не заменитель любви.

   Дети — не заменитель любви.

   — Янка · книга
3. «

   Человеку невозможно без ласки, и ее всегда не хватает и будет не хватать, потому что потребность в ласке всегда больше любой ласки.

   Человеку невозможно без ласки, и ее всегда не хватает и будет не хватать, потому что потребность в ласке всегда больше любой ласки.

   — Александра · книга
4. «

   Женщине известно, что люди, которые смотрят на нее, не делают различия между ней самой и ее внешностью.

   Женщине известно, что люди, которые смотрят на нее, не делают различия между ней самой и ее внешностью.

   — сестра Володи · книга
5. «

   Самые простые вещи могут заставить умирать от счастья.

   Самые простые вещи могут заставить умирать от счастья.

   — Александра · книга
6. «

   Нет ничего временного — вот напишешь что-то случайно в детстве вилами на воде, подгребая упавший в пруд мяч, а окажется, что навсегда.

   Нет ничего временного — вот напишешь что-то случайно в детстве вилами на воде, подгребая упавший в пруд мяч, а окажется, что навсегда.

   — Венерин Волос · книга
7. «

   — Всех голодных собак всё равно не накормишь. — Раз всех не накормишь, значит — именно поэтому, — надо покормить ту, какую можешь, — вот эту. Это как со счастьем. Раз всем быть счастливыми все равно невозможно — значит, счастлив должен быть тот, кто сейчас может. Надо быть счастливым сегодня, сейчас, несмотря ни на что. Кто-то сказал, что не может быть рая, если есть ад. Якобы невозможно пребывать в раю, если знать, что где-то существует страдание. Ерунда... Настоящее наслаждение жизнью можно ощутить, только если пережито страдание. Что вот этой дворняге остатки нашего супа, ели бы она не подыхала с голоду? И всегда так было: кому-то отрубают голову, а у двоих в толпе на площади перед эшафотом в это время первая любовь. Кто-то любуется живописным заходом солнца, а кто-то смотрит на этот же закат из-за решётки. И так всегда будет! Так и должно быть! И скольким бы десяткам или миллионам ни рубили голову — всё равно в это самое время у кого-то должна быть первая любовь.

   — Всех голодных собак всё равно не накормишь. — Раз всех не накормишь, значит — именно поэтому, — надо покормить ту, какую можешь, — вот эту. Это как со счастьем. Раз всем быть счастливыми все равно невозможно — значит, счастлив должен быть тот, кто сейчас может. Надо быть счастливым сегодня, сейчас, несмотря ни на что. Кто-то сказал, что не может быть рая, если есть ад. Якобы невозможно пребывать в раю, если знать, что где-то существует страдание. Ерунда... Настоящее наслаждение жизнью можно ощутить, только если пережито страдание. Что вот этой дворняге остатки нашего супа, ели бы она не подыхала с голоду? И всегда так было: кому-то отрубают голову, а у двоих в толпе на площади перед эшафотом в это время первая любовь. Кто-то любуется живописным заходом солнца, а кто-то смотрит на этот же закат из-за решётки. И так всегда будет! Так и должно быть! И скольким бы десяткам или миллионам ни рубили голову — всё равно в это самое время у кого-то должна быть первая любовь.

   — Венерин Волос · книга
8. «

   Сказал: «Так ты исчезнешь, а вот если я тебя запишу — ты останешься». А ты засмеялась: «Куда же я могу исчезнуть? А вот ты свою записную книжку забудешь в метро — и всё! Как ты не понимаешь: и один мой волос, который останется на подушке, когда я утром уйду, реальнее всех твоих слов, вместе взятых.

   Сказал: «Так ты исчезнешь, а вот если я тебя запишу — ты останешься». А ты засмеялась: «Куда же я могу исчезнуть? А вот ты свою записную книжку забудешь в метро — и всё! Как ты не понимаешь: и один мой волос, который останется на подушке, когда я утром уйду, реальнее всех твоих слов, вместе взятых.

   — Венерин Волос · книга
9. «

   Как, оказывается, тяжело носить в себе обиды и как легко и просто прощать.

   Как, оказывается, тяжело носить в себе обиды и как легко и просто прощать.

   — Венерин Волос · книга
10. «

    Я и себя-то теперь чувствовала только через тебя. Моя кожа существовала только там, где ты ее касался

    Я и себя-то теперь чувствовала только через тебя. Моя кожа существовала только там, где ты ее касался

    — Александра · книга
11. «

    Я все поняла! Мы уже муж и жена. Мы всегда ими были. Ты — мой муж. Я — твоя жена. И это самая чудесная рифма на свете.

    Я все поняла! Мы уже муж и жена. Мы всегда ими были. Ты — мой муж. Я — твоя жена. И это самая чудесная рифма на свете.

    — Александра · книга
12. «

    Столько зверства кругом, столько жестокости — и так радостно, что хотя бы в этих двух людях жива нежность.

    Столько зверства кругом, столько жестокости — и так радостно, что хотя бы в этих двух людях жива нежность.

    — Письмовник · книга
13. «

    Какое это чудесное чувство — ждать мужа. Придёт домой уставший, голодный. Мой муж! Как это красиво звучит: мой муж.

    Какое это чудесное чувство — ждать мужа. Придёт домой уставший, голодный. Мой муж! Как это красиво звучит: мой муж.

    — Венерин Волос · книга
14. «

    Чем дольше тебя нет со мной, тем большей частью меня ты становишься. Иногда даже сама не понимаю, где кончаешься ты и начинаюсь я.

    Чем дольше тебя нет со мной, тем большей частью меня ты становишься. Иногда даже сама не понимаю, где кончаешься ты и начинаюсь я.

    — Александра · книга
15. «

    И вот лежал тогда на моём старом, продавленном диванчике, скрипевшем от каждого движения, вернее даже, он не скрипел, а орал, мол, эй вы там, немедленно прекратите, вы там любовь крутите, а я вот-вот рухну, все ножки шатаются!

    И вот лежал тогда на моём старом, продавленном диванчике, скрипевшем от каждого движения, вернее даже, он не скрипел, а орал, мол, эй вы там, немедленно прекратите, вы там любовь крутите, а я вот-вот рухну, все ножки шатаются!

    — Венерин Волос · книга
16. «

    Никому в голову не приходит давать названия небу, хотя и там, как в океанах, есть свои проливы и моря, впадины и отмели.

    Никому в голову не приходит давать названия небу, хотя и там, как в океанах, есть свои проливы и моря, впадины и отмели.

    — Венерин Волос · книга
17. «

    Разумеется, толмача весьма огорчило, что вам не хочется ходить в школу. Но, посудите сами, кому хочется? Зато потом, когда-нибудь, будет что вспомнить. И не захочется вспоминать, да вспомнится. Уж поверьте. С прошлым всегда так.

    Разумеется, толмача весьма огорчило, что вам не хочется ходить в школу. Но, посудите сами, кому хочется? Зато потом, когда-нибудь, будет что вспомнить. И не захочется вспоминать, да вспомнится. Уж поверьте. С прошлым всегда так.

    — Венерин Волос · книга
18. «

    — Нина Николаевна, поздравляю! — С чем? — Как с чем? С революцией! С весной! — Милочка! С революцией поздравлять нечего, а весна наступает не по календарю, а когда я меняю свою фетровую шляпу на соломенную.

    — Нина Николаевна, поздравляю! — С чем? — Как с чем? С революцией! С весной! — Милочка! С революцией поздравлять нечего, а весна наступает не по календарю, а когда я меняю свою фетровую шляпу на соломенную.

    — Венерин Волос · книга
19. «

    Она однажды сказала, что я — настоящий мужчина: снаружи бункер, а внутри детская.

    Она однажды сказала, что я — настоящий мужчина: снаружи бункер, а внутри детская.

    — Венерин Волос · книга
20. «

    Забудешь в кафе зонтик, вернешься — и жизнь примет другой оборот.

    Забудешь в кафе зонтик, вернешься — и жизнь примет другой оборот.

    — Сашенька · книга