88 мудрых мыслей Михаила Шишкина

Ниже 88 цитат Михаила Шишкина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Всех голодных собак всё равно не накормишь. — Раз всех не накормишь, значит — именно поэтому, — надо покормить ту, какую можешь, — вот эту. Это как со счастьем. Раз всем быть счастливыми все равно невозможно — значит, счастлив должен быть тот, кто сейчас может. Надо быть счастливым сегодня, сейчас, несмотря ни на что. Кто-то сказал, что не может быть рая, если есть ад. Якобы невозможно пребывать в раю, если знать, что где-то существует страдание. Ерунда... Настоящее наслаждение жизнью можно ощутить, только если пережито страдание. Что вот этой дворняге остатки нашего супа, ели бы она не подыхала с голоду? И всегда так было: кому-то отрубают голову, а у двоих в толпе на площади перед эшафотом в это время первая любовь. Кто-то любуется живописным заходом солнца, а кто-то смотрит на этот же закат из-за решётки. И так всегда будет! Так и должно быть! И скольким бы десяткам или миллионам ни рубили голову — всё равно в это самое время у кого-то должна быть первая любовь.

   — Всех голодных собак всё равно не накормишь. — Раз всех не накормишь, значит — именно поэтому, — надо покормить ту, какую можешь, — вот эту. Это как со счастьем. Раз всем быть счастливыми все равно невозможно — значит, счастлив должен быть тот, кто сейчас может. Надо быть счастливым сегодня, сейчас, несмотря ни на что. Кто-то сказал, что не может быть рая, если есть ад. Якобы невозможно пребывать в раю, если знать, что где-то существует страдание. Ерунда... Настоящее наслаждение жизнью можно ощутить, только если пережито страдание. Что вот этой дворняге остатки нашего супа, ели бы она не подыхала с голоду? И всегда так было: кому-то отрубают голову, а у двоих в толпе на площади перед эшафотом в это время первая любовь. Кто-то любуется живописным заходом солнца, а кто-то смотрит на этот же закат из-за решётки. И так всегда будет! Так и должно быть! И скольким бы десяткам или миллионам ни рубили голову — всё равно в это самое время у кого-то должна быть первая любовь.

   — Венерин Волос · книга
2. «

   Я и себя-то теперь чувствовала только через тебя. Моя кожа существовала только там, где ты ее касался

   Я и себя-то теперь чувствовала только через тебя. Моя кожа существовала только там, где ты ее касался

   — Александра · книга
3. «

   Снежная баба сокрушается, почему все жалеют «Титаник» и никто — айсберг?

   Снежная баба сокрушается, почему все жалеют «Титаник» и никто — айсберг?

   — Владимир · книга
4. «

   Минуты и годы — всё это неизвестные жизни единицы, обозначающие то, чего нет.

   Минуты и годы — всё это неизвестные жизни единицы, обозначающие то, чего нет.

   — Венерин Волос · книга
5. «

   Я на тебя тогда злилась, а сейчас чего бы только не отдала вот за это — чтобы ты швырнул мне в волосы репейник!

   Я на тебя тогда злилась, а сейчас чего бы только не отдала вот за это — чтобы ты швырнул мне в волосы репейник!

   — Александра · книга
6. «

   Если любовь была, ее ничто не может сделать небывшей. И умереть совершенно невозможно, если любишь.

   Если любовь была, ее ничто не может сделать небывшей. И умереть совершенно невозможно, если любишь.

   — Венерин Волос · книга
7. «

   Вот я знаю, Сашенька моя, что ты существуешь. А ты знаешь, что я есть. И это все делает меня здесь, где все шиворот-навыворот, настоящим.

   Вот я знаю, Сашенька моя, что ты существуешь. А ты знаешь, что я есть. И это все делает меня здесь, где все шиворот-навыворот, настоящим.

   — Владимир · книга
8. «

   Прохожу мимо памятника, он на месте, а где наше свидание?

   Прохожу мимо памятника, он на месте, а где наше свидание?

   — Александра · книга
9. «

   Воспоминания — как островки в океане пустоты.

   Воспоминания — как островки в океане пустоты.

   — Венерин Волос · книга
10. «

    Ведь всё на свете должно заканчиваться так — мужчина, пройдя испытания, возвращается к любимой и кладет ей голову на колени.

    Ведь всё на свете должно заканчиваться так — мужчина, пройдя испытания, возвращается к любимой и кладет ей голову на колени.

    — Александра · книга
11. «

    Какое это чудесное чувство — ждать мужа. Придёт домой уставший, голодный. Мой муж! Как это красиво звучит: мой муж.

    Какое это чудесное чувство — ждать мужа. Придёт домой уставший, голодный. Мой муж! Как это красиво звучит: мой муж.

    — Венерин Волос · книга
12. «

    Человек есть хамелеон: живущий с мусульманами — мусульманин, с волками — волк.

    Человек есть хамелеон: живущий с мусульманами — мусульманин, с волками — волк.

    — Венерин Волос · книга
13. «

    По-настоящему можно чувствовать себя счастливым, только получив какое-то подтверждение, и если не взглядом, не прикосновением, то если не присутствием, то хотя бы отсутствием.

    По-настоящему можно чувствовать себя счастливым, только получив какое-то подтверждение, и если не взглядом, не прикосновением, то если не присутствием, то хотя бы отсутствием.

    — Сашенька · книга
14. «

    — Нина Николаевна, поздравляю! — С чем? — Как с чем? С революцией! С весной! — Милочка! С революцией поздравлять нечего, а весна наступает не по календарю, а когда я меняю свою фетровую шляпу на соломенную.

    — Нина Николаевна, поздравляю! — С чем? — Как с чем? С революцией! С весной! — Милочка! С революцией поздравлять нечего, а весна наступает не по календарю, а когда я меняю свою фетровую шляпу на соломенную.

    — Венерин Волос · книга
15. «

    — Как странно всё на этом свете. — Что вы хотите этим сказать? — Вот лет пятьдесят или сто назад какие прекрасные, умные, благородные люди жили на этой земле, как глубоко они умели чувствовать, как высоко умели страдать! Какая прекрасная была жизнь! А мы? А какой кошмар будет еще через пятьдесят или двести лет?

    — Как странно всё на этом свете. — Что вы хотите этим сказать? — Вот лет пятьдесят или сто назад какие прекрасные, умные, благородные люди жили на этой земле, как глубоко они умели чувствовать, как высоко умели страдать! Какая прекрасная была жизнь! А мы? А какой кошмар будет еще через пятьдесят или двести лет?

    — Маша · книга
16. «

    Утром, когда не хочется вставать и жить, — улыбнуться. И еще раз улыбнуться. И еще.

    Утром, когда не хочется вставать и жить, — улыбнуться. И еще раз улыбнуться. И еще.

    — Письмовник · книга
17. «

    Ребёнок — это как если твоё сердце где-то вне твоего тела. Ты здесь, а сердце бьётся где-то там.

    Ребёнок — это как если твоё сердце где-то вне твоего тела. Ты здесь, а сердце бьётся где-то там.

    — Венерин Волос · книга
18. «

    Они скандалили, будто не знали, что злые слова нельзя взять и забыть. Не знали, что люди ругаются на полную, а мирятся наполовину, и так каждый раз от любви отрезается, и ее становится все меньше и меньше.

    Они скандалили, будто не знали, что злые слова нельзя взять и забыть. Не знали, что люди ругаются на полную, а мирятся наполовину, и так каждый раз от любви отрезается, и ее становится все меньше и меньше.

    — Письмовник · книга
19. «

    Если бы тебя не было, я бы утонула в самой себе, барахталась в своей пустоте, не находя точки опоры.

    Если бы тебя не было, я бы утонула в самой себе, барахталась в своей пустоте, не находя точки опоры.

    — Александра · книга
20. «

    Я смотрела на этого человека, у которого по нелепости так чудовищно погиб самый дорогой человек, как он азартно торгуется, хохочет, хлопает рыбачек по плечу, — и не понимала, что это? Очерствелость души? Сила жизни? Или сила жизни и есть очерствелость души?

    Я смотрела на этого человека, у которого по нелепости так чудовищно погиб самый дорогой человек, как он азартно торгуется, хохочет, хлопает рыбачек по плечу, — и не понимала, что это? Очерствелость души? Сила жизни? Или сила жизни и есть очерствелость души?

    — Взятие Измаила · книга