114 фраз Михаила Юрьевича Лермонтова, которые запоминаются

Подборка из 114 цитат Михаила Юрьевича Лермонтова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я не стану обвинять тебя — ты поступил со мною, как поступил бы всякий другой мужчина: ты любил меня как собственность, как источник радостей, тревог и печалей, сменявшихся взаимно, без которых жизнь скучна и однообразна. Я это поняла сначала... Но ты был несчастлив, и я пожертвовала собою, надеясь, что когда-нибудь ты оценишь мою жертву, что когда-нибудь ты поймешь мою глубокую нежность, не зависящую ни от каких условий. Прошло с тех пор много времени: я проникла во все тайны души твоей... и убедилась, что то была надежда напрасная. Горько мне было! Но моя любовь срослась с душой моей: она потемнела, но не угасла.

   Я не стану обвинять тебя — ты поступил со мною, как поступил бы всякий другой мужчина: ты любил меня как собственность, как источник радостей, тревог и печалей, сменявшихся взаимно, без которых жизнь скучна и однообразна. Я это поняла сначала... Но ты был несчастлив, и я пожертвовала собою, надеясь, что когда-нибудь ты оценишь мою жертву, что когда-нибудь ты поймешь мою глубокую нежность, не зависящую ни от каких условий. Прошло с тех пор много времени: я проникла во все тайны души твоей... и убедилась, что то была надежда напрасная. Горько мне было! Но моя любовь срослась с душой моей: она потемнела, но не угасла.

   — Вера · книга
2. «

   На все есть манера; многое не говорится, а отгадывается…

   На все есть манера; многое не говорится, а отгадывается…

   — Грушницкий · книга
3. «

   Надобно отдать справедливость женщинам: они имеют инстинкт красоты душевной.

   Надобно отдать справедливость женщинам: они имеют инстинкт красоты душевной.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
4. «

   ... Страницы прошлого читая, Их по порядку разбирая Теперь остынувшим умом, Разуверяюсь я во всем..

   ... Страницы прошлого читая, Их по порядку разбирая Теперь остынувшим умом, Разуверяюсь я во всем..
5. «

   Никому не рассказывайте о своих несчастьях: друзей это опечалит, а врагов развеселит.

   Никому не рассказывайте о своих несчастьях: друзей это опечалит, а врагов развеселит.

   — Герой нашего времени · книга
6. «

   Без сожаленья, без участья Смотреть на землю станешь ты, Где нет ни истинного счастья, Ни долговечной красоты, Где преступленья лишь да казни, Где страсти мелкой только жить; Где не умеют без боязни Ни ненавидеть, ни любить.

   Без сожаленья, без участья Смотреть на землю станешь ты, Где нет ни истинного счастья, Ни долговечной красоты, Где преступленья лишь да казни, Где страсти мелкой только жить; Где не умеют без боязни Ни ненавидеть, ни любить.

   — Демон · книга
7. «

   И предков скучны нам роскошные забавы, Их добросовестный, ребяческий разврат; И к гробу мы спешим без счастья и без славы, Глядя насмешливо назад.

   И предков скучны нам роскошные забавы, Их добросовестный, ребяческий разврат; И к гробу мы спешим без счастья и без славы, Глядя насмешливо назад.
8. «

   Моё грядущее в тумане, Былое полно мук и зла... Зачем не позже иль не ране Меня природа создала?

   Моё грядущее в тумане, Былое полно мук и зла... Зачем не позже иль не ране Меня природа создала?
9. «

   Волны катятся одна за другою С плеском и шумом глухим; Люди проходят ничтожной толпою Также один за другим. Волнам их неволя и холод дороже Знойных полудня лучей; Люди хотят иметь души... и что же? — Души в них волн холодней!

   Волны катятся одна за другою С плеском и шумом глухим; Люди проходят ничтожной толпою Также один за другим. Волнам их неволя и холод дороже Знойных полудня лучей; Люди хотят иметь души... и что же? — Души в них волн холодней!
10. «

    Душа или покоряется природным склонностям, или борется с ними, или побеждает их. От этого — злодей, толпа и люди высокой добродетели.

    Душа или покоряется природным склонностям, или борется с ними, или побеждает их. От этого — злодей, толпа и люди высокой добродетели.

    — Варианты прозаических произведений · книга
11. «

    Он будет жить… убийство уж не в моде: Убийц на площадях казнят. Так!... в образованном я родился народе; Язык и золото… вот наш кинжал и яд!

    Он будет жить… убийство уж не в моде: Убийц на площадях казнят. Так!... в образованном я родился народе; Язык и золото… вот наш кинжал и яд!

    — Арбенин · книга
12. «

    Женщины! женщины! кто их поймет? Их улыбки противоречат их взорам, их слова обещают и манят, а звук их голоса отталкивает… То они в минуту постигают и угадывают самую потаенную нашу мысль, то не понимают самых ясных намеков…

    Женщины! женщины! кто их поймет? Их улыбки противоречат их взорам, их слова обещают и манят, а звук их голоса отталкивает… То они в минуту постигают и угадывают самую потаенную нашу мысль, то не понимают самых ясных намеков…

    — Грушницкий · книга
13. «

    У врат обители святой Стоял просящий подаянья Бедняк иссохший, чуть живой От глада, жажды и страданья.

    У врат обители святой Стоял просящий подаянья Бедняк иссохший, чуть живой От глада, жажды и страданья.
14. «

    Пускай она поплачет, Ей ничего не значит.

    Пускай она поплачет, Ей ничего не значит.
15. «

    Нет в мире человека, над которым прошедшее приобретало бы такую власть, как надо мною. Всякое напоминание о минувшей печали или радости болезненно ударяет в мою душу и извлекает из нее все те же звуки, я глупо создан: ничего не забываю, ничего.

    Нет в мире человека, над которым прошедшее приобретало бы такую власть, как надо мною. Всякое напоминание о минувшей печали или радости болезненно ударяет в мою душу и извлекает из нее все те же звуки, я глупо создан: ничего не забываю, ничего.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
16. «

    Радости забываются, а печали никогда.

    Радости забываются, а печали никогда.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
17. «

    Цветы не растут посреди бунтующего моря.

    Цветы не растут посреди бунтующего моря.

    — Вадим · книга
18. «

    Суд общего мнения везде ошибочный.

    Суд общего мнения везде ошибочный.

    — Княгиня Лиговская · книга
19. «

    Я тот, чей взор надежду губит; Я тот, кого никто не любит; Я бич рабов моих земных, Я царь познанья и свободы, Я враг небес, я зло природы, И, видишь, — я у ног твоих!

    Я тот, чей взор надежду губит; Я тот, кого никто не любит; Я бич рабов моих земных, Я царь познанья и свободы, Я враг небес, я зло природы, И, видишь, — я у ног твоих!

    — Демон · книга
20. «

    Страшись любви: она пройдёт, Она мечтой твой ум встревожит, Тоска по ней тебя убьёт, Ничто воскреснуть не поможет.

    Страшись любви: она пройдёт, Она мечтой твой ум встревожит, Тоска по ней тебя убьёт, Ничто воскреснуть не поможет.