591 коротких цитата Михаила Юрьевича Лермонтова

Подборка из 591 цитата Михаила Юрьевича Лермонтова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Он будет жить… убийство уж не в моде: Убийц на площадях казнят. Так!... в образованном я родился народе; Язык и золото… вот наш кинжал и яд!

   Он будет жить… убийство уж не в моде: Убийц на площадях казнят. Так!... в образованном я родился народе; Язык и золото… вот наш кинжал и яд!

   — Арбенин · книга
2. «

   И дик, и чуден был вокруг Весь божий мир; но гордый дух Презрительным окинул оком Творенье бога своего, И на челе его высоком Не отразилось ничего.

   И дик, и чуден был вокруг Весь божий мир; но гордый дух Презрительным окинул оком Творенье бога своего, И на челе его высоком Не отразилось ничего.

   — Демон · книга
3. «

   Помучить — способ самый женский.

   Помучить — способ самый женский.

   — Тамбовская казначейша · книга
4. «

   Мы блаженство желали б вкусить в небесах, Но с миром расстаться нам жаль.

   Мы блаженство желали б вкусить в небесах, Но с миром расстаться нам жаль.
5. «

   Всякому своя дорога.

   Всякому своя дорога.

   — Григорий Александрович Печорин · книга
6. «

   Уж эти мачехи! — презлобные творенья.

   Уж эти мачехи! — презлобные творенья.

   — Эмилия · книга
7. «

   Мы расстаемся навеки; однако ты можешь быть уверен, что я никогда не буду любить другого: моя душа истощила на тебя все свои сокровища, свои слезы и надежды. Любившая раз тебя, не может смотреть без некоторого презрения на прочих мужчин, не потому, чтоб ты был лучше их, о нет! но в твоей природе есть что-то особенное, тебе одному свойственное, что-то гордое и таинственное; в твоем голосе, что бы ты ни говорил, есть власть непобедимая; никто не умеет так постоянно хотеть быть любимым; ни в ком зло не бывает так привлекательно, ничей взор не обещает столько блаженства, никто не умеет лучше пользоваться своими преимуществами и никто не может быть так истинно несчастлив, как ты, потому что никто столько не старается уверить себя в противном.

   Мы расстаемся навеки; однако ты можешь быть уверен, что я никогда не буду любить другого: моя душа истощила на тебя все свои сокровища, свои слезы и надежды. Любившая раз тебя, не может смотреть без некоторого презрения на прочих мужчин, не потому, чтоб ты был лучше их, о нет! но в твоей природе есть что-то особенное, тебе одному свойственное, что-то гордое и таинственное; в твоем голосе, что бы ты ни говорил, есть власть непобедимая; никто не умеет так постоянно хотеть быть любимым; ни в ком зло не бывает так привлекательно, ничей взор не обещает столько блаженства, никто не умеет лучше пользоваться своими преимуществами и никто не может быть так истинно несчастлив, как ты, потому что никто столько не старается уверить себя в противном.

   — Вера · книга
8. «

   Безумец тот, кто думал удержать Ничтожным правилом, постановленьем Движение природы человека.

   Безумец тот, кто думал удержать Ничтожным правилом, постановленьем Движение природы человека.

   — Испанцы · книга
9. «

   Я не чувств, но поступков своих властелин.

   Я не чувств, но поступков своих властелин.
10. «

    Натура — дура, Судьба — индейка, А жизнь — копейка.

    Натура — дура, Судьба — индейка, А жизнь — копейка.

    — Драгунский капитан · книга
11. «

    Любить... но кого же?... на время — не стоит труда, А вечно любить невозможно...

    Любить... но кого же?... на время — не стоит труда, А вечно любить невозможно...
12. «

    Мне хотелось вас заставить рассказать что-нибудь; во-первых, потому что слушать менее утомительно; во-вторых, нельзя проговориться; в-третьих, можно узнать чужую тайну; в-четвертых, потому что такие умные люди, как вы, лучше любят слушателей, чем рассказчиков.

    Мне хотелось вас заставить рассказать что-нибудь; во-первых, потому что слушать менее утомительно; во-вторых, нельзя проговориться; в-третьих, можно узнать чужую тайну; в-четвертых, потому что такие умные люди, как вы, лучше любят слушателей, чем рассказчиков.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
13. «

    Радости забываются, а печали никогда.

    Радости забываются, а печали никогда.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
14. «

    Женщины! женщины! кто их поймет? Их улыбки противоречат их взорам, их слова обещают и манят, а звук их голоса отталкивает… То они в минуту постигают и угадывают самую потаенную нашу мысль, то не понимают самых ясных намеков…

    Женщины! женщины! кто их поймет? Их улыбки противоречат их взорам, их слова обещают и манят, а звук их голоса отталкивает… То они в минуту постигают и угадывают самую потаенную нашу мысль, то не понимают самых ясных намеков…

    — Грушницкий · книга
15. «

    Ни перед кем я не склонял Ещё послушного колена.

    Ни перед кем я не склонял Ещё послушного колена.
16. «

    Хочу, чтоб труд мой вдохновенный Когда-нибудь увидел свет.

    Хочу, чтоб труд мой вдохновенный Когда-нибудь увидел свет.
17. «

    В заботах жизни, в шуме света Теряет скоро ум поэта Свои божественные сны.

    В заботах жизни, в шуме света Теряет скоро ум поэта Свои божественные сны.
18. «

    Излишества всегда опасны.

    Излишества всегда опасны.

    — Странный человек · книга
19. «

    Предание, несмотря на надпись, так укоренилось, что, право, не знаешь, чему верить, тем более что мы не привыкли верить надписям.

    Предание, несмотря на надпись, так укоренилось, что, право, не знаешь, чему верить, тем более что мы не привыкли верить надписям.

    — Максим Максимыч · книга
20. «

    Залогом вольности желанной, Лучом надежды в море бед Мне стал тогда ваш безымянный, Но вечно-памятный привет.

    Залогом вольности желанной, Лучом надежды в море бед Мне стал тогда ваш безымянный, Но вечно-памятный привет.