Подборка: 16 цитат Никки Каллена

Ниже 16 цитат Никки Каллена — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Когда облекаешь действительность в слова, она теряет общечеловеческий смысл — и становится твоей собственностью, как чувства, успевшие спрятаться в дневник; можно превратить во что хочешь.

   Когда облекаешь действительность в слова, она теряет общечеловеческий смысл — и становится твоей собственностью, как чувства, успевшие спрятаться в дневник; можно превратить во что хочешь.

   — Арена · книга
2. «

   Отпусти меня, — повторила она, — мы не видимся; и не увидимся больше; ты живешь где-то и не отпускаешь меня; вот сейчас говоришь, что всё ещё любишь; а мне — как мне жить? Ведь ты всё равно не выбрал меня…

   Отпусти меня, — повторила она, — мы не видимся; и не увидимся больше; ты живешь где-то и не отпускаешь меня; вот сейчас говоришь, что всё ещё любишь; а мне — как мне жить? Ведь ты всё равно не выбрал меня…

   — Арвен Янссен · книга
3. «

   Он не станет ждать, он не человек, он ветер.

   Он не станет ждать, он не человек, он ветер.

   — Арена · книга
4. «

   Удивительно, почему в вашем мире так мало магии? Она ушла как женщина, которой не верили; я встречал несколько таких миров: они словно алкоголики или лентяи, пропившие, проговорившие талант.

   Удивительно, почему в вашем мире так мало магии? Она ушла как женщина, которой не верили; я встречал несколько таких миров: они словно алкоголики или лентяи, пропившие, проговорившие талант.

   — Арена · книга
5. «

   А зачем тратить время на тех, кто не рядом, мысли, чувства, особенно лучшие? Это жалость к себе — создание кумиров.

   А зачем тратить время на тех, кто не рядом, мысли, чувства, особенно лучшие? Это жалость к себе — создание кумиров.

   — Арена · книга
6. «

   — Любишь сладкое? — Люблю. — Не по-мужски.

   — Любишь сладкое? — Люблю. — Не по-мужски.

   — Арена · книга
7. «

   Есть люди, у которых талантов — как перчаток: они играют на пианино, они читают ноты, они ездят на мастер-классы по психологии, а ещё немножко рисуют и разбираются в артхаусе; и говорят на нескольких языках; они успешные и элегантные; а есть люди, у которых только один талант, но это дар Божий, он доведён до состояния безумия или алмаза, — вот такие люди меня восхищают...

   Есть люди, у которых талантов — как перчаток: они играют на пианино, они читают ноты, они ездят на мастер-классы по психологии, а ещё немножко рисуют и разбираются в артхаусе; и говорят на нескольких языках; они успешные и элегантные; а есть люди, у которых только один талант, но это дар Божий, он доведён до состояния безумия или алмаза, — вот такие люди меня восхищают...

   — Арена · книга
8. «

   — Что я могу посоветовать? — Какую книжку на ночь почитать? Когда сердце бьётся как сумасшедшее и ты думаешь, что завтра всё изменится; будто идёшь на бал или на казнь; и кажется, что все книжки либо слишком тихие, либо совсем не о том… — Очень интересно. «Философский дневник маньяка-убийцы, жившего в Средние века».

   — Что я могу посоветовать? — Какую книжку на ночь почитать? Когда сердце бьётся как сумасшедшее и ты думаешь, что завтра всё изменится; будто идёшь на бал или на казнь; и кажется, что все книжки либо слишком тихие, либо совсем не о том… — Очень интересно. «Философский дневник маньяка-убийцы, жившего в Средние века».

   — Арена · книга
9. «

   Я разошелся с женой и живу на белом пляже, сочиняю воспоминания, гуляю с собакой, боюсь её потерять, замерзнуть сердцем.

   Я разошелся с женой и живу на белом пляже, сочиняю воспоминания, гуляю с собакой, боюсь её потерять, замерзнуть сердцем.

   — Арена · книга
10. «

    Весна, ранняя, серая, странная, когда кажется: ничего больше не будет: ни лета, ни осени — только вот это молчание предснежное, преддождевое, серое небо, перламутровое, с тонкими переливами акварельными на горизонте....

    Весна, ранняя, серая, странная, когда кажется: ничего больше не будет: ни лета, ни осени — только вот это молчание предснежное, преддождевое, серое небо, перламутровое, с тонкими переливами акварельными на горизонте....

    — Арена · книга
11. «

    Стефан стоял и смотрел, как она улыбается; еле-еле; так начинает падать снег; «я тебя знаю сто лет, помнишь? Бузинная матушка благословила нас в весну, а осенью тебя заколдовали в лебедя; и я шла сквозь миры и болота, искала тебя; помнишь? Я сплела тебе рубашку из ивовых прутьев, и ты опять стал маленьким юношей с серыми глазами и с крылом вместо левой руки; помнишь? Мы были с тобой сто лет; и умерли в один день, в один час, на большой постели из атласа; и розы разрослись из палисадника в большой сад вокруг нашего дома; и никому не добраться до наших могил; помнишь?» — вот такая это была улыбка — сказка в сто томов.

    Стефан стоял и смотрел, как она улыбается; еле-еле; так начинает падать снег; «я тебя знаю сто лет, помнишь? Бузинная матушка благословила нас в весну, а осенью тебя заколдовали в лебедя; и я шла сквозь миры и болота, искала тебя; помнишь? Я сплела тебе рубашку из ивовых прутьев, и ты опять стал маленьким юношей с серыми глазами и с крылом вместо левой руки; помнишь? Мы были с тобой сто лет; и умерли в один день, в один час, на большой постели из атласа; и розы разрослись из палисадника в большой сад вокруг нашего дома; и никому не добраться до наших могил; помнишь?» — вот такая это была улыбка — сказка в сто томов.

    — Гель-Грин, центр Земли · книга
12. «

    Это было моё правило — собирать людей, как камешки или бабочек, — всё равно отношений теснее, чем с камнями и бабочками, у меня не получалось из-за постоянных разъездов; я смирился, любил людей такими, какими они хотели мне казаться.

    Это было моё правило — собирать людей, как камешки или бабочек, — всё равно отношений теснее, чем с камнями и бабочками, у меня не получалось из-за постоянных разъездов; я смирился, любил людей такими, какими они хотели мне казаться.

    — Арена · книга
13. «

    Но ты хороший отец; ты не боишься, что они станут необыкновенными....

    Но ты хороший отец; ты не боишься, что они станут необыкновенными....

    — Антуан · книга
14. «

    Ты влюблена: презренно и откровенно — накануне весны.

    Ты влюблена: презренно и откровенно — накануне весны.

    — Марьяна · книга
15. «

    Было несколько женщин, о которых я думал: с этой не составит труда быть счастливым, потому что она такая… такая… не стерва, в общем, не жадная, не капризная, аккуратная, нежная и смешливая, любит читать, собак и готовить, Моне и тебя… не меня, к сожалению; такие девушки всегда любят твоего лучшего друга или брата.

    Было несколько женщин, о которых я думал: с этой не составит труда быть счастливым, потому что она такая… такая… не стерва, в общем, не жадная, не капризная, аккуратная, нежная и смешливая, любит читать, собак и готовить, Моне и тебя… не меня, к сожалению; такие девушки всегда любят твоего лучшего друга или брата.

    — Арена · книга
16. «

    Парень, которого она любила тогда; «с которым она спала» — нельзя было сказать вот так просто, жестоко и цинично, будто знаешь жизнь; она правда их всех любила; тогда я считала, что это особая форма глупости, сейчас думаю, что это особый талант, необычный и трогательный...

    Парень, которого она любила тогда; «с которым она спала» — нельзя было сказать вот так просто, жестоко и цинично, будто знаешь жизнь; она правда их всех любила; тогда я считала, что это особая форма глупости, сейчас думаю, что это особый талант, необычный и трогательный...

    — Арена · книга