28 цитат Николая Александровича Бердяева, которые цепляют

Подборка из 28 цитат Николая Александровича Бердяева: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Моя жизнь бессмысленна, если она окончательно кончается смертью.

   Моя жизнь бессмысленна, если она окончательно кончается смертью.

   — Опыт эсхатологической метафизики. Творчество и объективация · книга
2. «

   Забвение приходит как освобождение и облегчение. Человек постоянно хочет забыться, забыть о прошлом и будущем.

   Забвение приходит как освобождение и облегчение. Человек постоянно хочет забыться, забыть о прошлом и будущем.
3. «

   Падение человека возможно лишь с высоты, и само падение человека есть знак его величия.

   Падение человека возможно лишь с высоты, и само падение человека есть знак его величия.
4. «

   Ничто так не искажает человеческую природу, как маниакальные идеи. Если человеком овладевает идея, что всё мировое зло в евреях, масонах, большевиках, еретиках и буржуазии и т. д., то самый добрый человек превращается в дикого зверя.

   Ничто так не искажает человеческую природу, как маниакальные идеи. Если человеком овладевает идея, что всё мировое зло в евреях, масонах, большевиках, еретиках и буржуазии и т. д., то самый добрый человек превращается в дикого зверя.
5. «

   Любовь — взлёт вверх, к вечности, и опускание вниз, во время, где она подвергается тлению и смерти.

   Любовь — взлёт вверх, к вечности, и опускание вниз, во время, где она подвергается тлению и смерти.

   — О назначении человека · книга
6. «

   Христианство есть религия Креста, оно признаёт смысл страдания. <...> Осуществление Царства Божьего на земле, земного счастья и земной справедливости без креста и страдания есть великая ложь для христианского сознания, есть один из соблазнов, отвергнутых Христом в пустыне, когда Ему показано было Царство мира сего и предложено поклониться ему. Христианство совсем и не обещает необходимого своего осуществления и торжества на земле.

   Христианство есть религия Креста, оно признаёт смысл страдания. <...> Осуществление Царства Божьего на земле, земного счастья и земной справедливости без креста и страдания есть великая ложь для христианского сознания, есть один из соблазнов, отвергнутых Христом в пустыне, когда Ему показано было Царство мира сего и предложено поклониться ему. Христианство совсем и не обещает необходимого своего осуществления и торжества на земле.

   — О достоинстве христианства и недостоинстве христиан · книга
7. «

   Семья — взаимное несение тягот и школа жертвенности.

   Семья — взаимное несение тягот и школа жертвенности.
8. «

   У женщин есть необыкновенная способность порождать иллюзии — быть не такими, каковы они на самом деле.

   У женщин есть необыкновенная способность порождать иллюзии — быть не такими, каковы они на самом деле.
9. «

   Нет ничего более злого, чем стремление осуществить во что бы то ни стало благо.

   Нет ничего более злого, чем стремление осуществить во что бы то ни стало благо.
10. «

    Бога отрицают или потому, что мир так плох, или потому, что мир так хорош.

    Бога отрицают или потому, что мир так плох, или потому, что мир так хорош.
11. «

    Жизнь христианина есть самораспятие.

    Жизнь христианина есть самораспятие.
12. «

    Человек — раб потому, что свобода трудна, рабство же легко.

    Человек — раб потому, что свобода трудна, рабство же легко.
13. «

    Люди легче замечают дурное, чем хорошее, более восприимчивы к внешней стороне жизни, чем к жизни внутренней.

    Люди легче замечают дурное, чем хорошее, более восприимчивы к внешней стороне жизни, чем к жизни внутренней.

    — О достоинстве христианства и недостоинстве христиан · книга
14. «

    Личность есть неизменность в изменении. Субъект изменения остается одним и тем же лицом. Для личности разрушительно, если она застывает, останавливается в своем развитии, не возрастает, не обогащается, не творит новой жизни. И так же разрушительно для нее, если изменение в ней есть измена, если она перестает быть самой собой, если лица человеческого больше нельзя узнать.

    Личность есть неизменность в изменении. Субъект изменения остается одним и тем же лицом. Для личности разрушительно, если она застывает, останавливается в своем развитии, не возрастает, не обогащается, не творит новой жизни. И так же разрушительно для нее, если изменение в ней есть измена, если она перестает быть самой собой, если лица человеческого больше нельзя узнать.

    — Проблема человека · книга
15. «

    Экономика — лишь условие и средство человеческой жизни, но не цель её, не высшая ценность и не определяющая причина.

    Экономика — лишь условие и средство человеческой жизни, но не цель её, не высшая ценность и не определяющая причина.
16. «

    Мир не есть мысль, как думают философы. Мир есть страсть. Охлаждение страсти даёт обыденность.

    Мир не есть мысль, как думают философы. Мир есть страсть. Охлаждение страсти даёт обыденность.

    — Самопознание · книга
17. «

    Течение времени безнадежно печально. Печален взгляд человека на уходящее время.

    Течение времени безнадежно печально. Печален взгляд человека на уходящее время.
18. «

    Личность может быть понята лишь как акт, она противоположна пассивности, она всегда означает творческое сопротивление. Акт всегда есть творческий акт, нетворческий акт, есть пассивность. Акт не может быть повторением, он всегда несет с собой новизну. В акт всегда превходит свобода, которая и несет эту новизну.

    Личность может быть понята лишь как акт, она противоположна пассивности, она всегда означает творческое сопротивление. Акт всегда есть творческий акт, нетворческий акт, есть пассивность. Акт не может быть повторением, он всегда несет с собой новизну. В акт всегда превходит свобода, которая и несет эту новизну.

    — Проблема человека · книга
19. «

    Смысл консерватизма не в том, чтобы замедлить движение вперед и вверх, но чтобы предотвратить скатывание назад и вниз, в хаос и тьму первобытного общества.

    Смысл консерватизма не в том, чтобы замедлить движение вперед и вверх, но чтобы предотвратить скатывание назад и вниз, в хаос и тьму первобытного общества.
20. «

    Нет более горькой и унизительной зависимости, чем зависимость от воли человеческой, от произвола равных себе.

    Нет более горькой и унизительной зависимости, чем зависимость от воли человеческой, от произвола равных себе.