12 мыслей Николая Давидовича Бурлюка без воды

Ниже 12 цитат Николая Давидовича Бурлюка — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   С легким вздохом тихим шагом Через сумрак смутных дней По равнинам и оврагам Древней родины моей, По ее лесным цветам, По невспаханным полям, По шуршащим очеретам, По ручьям и болотам, Каждый вечер ходит кто-то Утомленный и больной В голубых глазах дремота Греет вещей теплотой. И в плаще ночей широком, Плещет, плещет на реке, Оставляя ненароком След копыта на песке.

   С легким вздохом тихим шагом Через сумрак смутных дней По равнинам и оврагам Древней родины моей, По ее лесным цветам, По невспаханным полям, По шуршащим очеретам, По ручьям и болотам, Каждый вечер ходит кто-то Утомленный и больной В голубых глазах дремота Греет вещей теплотой. И в плаще ночей широком, Плещет, плещет на реке, Оставляя ненароком След копыта на песке.
2. «

   Я вновь живу как накануне чуда. Дней скорлупой пусть жизнь мне строит козни; Печалей, радостей бессмысленная груда — Мне только плен коварнопоздний.

   Я вновь живу как накануне чуда. Дней скорлупой пусть жизнь мне строит козни; Печалей, радостей бессмысленная груда — Мне только плен коварнопоздний.
3. «

   И опустевшие поляны Не поят яркость облаков, Зажили огненные раны Небесных радужных песков. Ушел садовник раскаленный, Пастух угнал стада цветов, И сад ветрил опустошенный К ночной бездонности готов.

   И опустевшие поляны Не поят яркость облаков, Зажили огненные раны Небесных радужных песков. Ушел садовник раскаленный, Пастух угнал стада цветов, И сад ветрил опустошенный К ночной бездонности готов.
4. «

   И если я в веках бездневных На миг случайно заблужусь, Мне ель хвоей ветвей черевных Покажет щель в большеглазую Русь.

   И если я в веках бездневных На миг случайно заблужусь, Мне ель хвоей ветвей черевных Покажет щель в большеглазую Русь.
5. «

   Запоминай в пути приметы: На поле утренний туман, А в полдень туч перистый стан. А ввечеру огонь кометы.

   Запоминай в пути приметы: На поле утренний туман, А в полдень туч перистый стан. А ввечеру огонь кометы.
6. «

   Как после этого не молвить, Что тихой осени рука Так нежно гладит паука, Желая тайный долг исполнить, Как после этого не вянуть Цветам и маленькой траве, Когда в невольной синеве Так облака готовы кануть. Как после этого не стынуть Слезами смоченным устам, Когда колеблешься ты сам, Пугаясь смерти жребий вынуть.

   Как после этого не молвить, Что тихой осени рука Так нежно гладит паука, Желая тайный долг исполнить, Как после этого не вянуть Цветам и маленькой траве, Когда в невольной синеве Так облака готовы кануть. Как после этого не стынуть Слезами смоченным устам, Когда колеблешься ты сам, Пугаясь смерти жребий вынуть.
7. «

   В глубоких снах. Меня прельстила Прозрачным взглядом синих льдов И маленький цветок носила Под говор медленных годов, Теперь же я и сух и пылен В гербариях полночных лиц Твою тропу ищу бессилен На улицах пустых столиц.

   В глубоких снах. Меня прельстила Прозрачным взглядом синих льдов И маленький цветок носила Под говор медленных годов, Теперь же я и сух и пылен В гербариях полночных лиц Твою тропу ищу бессилен На улицах пустых столиц.
8. «

   Я мальчик маленький – не боле, А может быть, лишь внук детей И только чувствую острей Пустынность горестного поля.

   Я мальчик маленький – не боле, А может быть, лишь внук детей И только чувствую острей Пустынность горестного поля.
9. «

   Я изнемог, и смутно реет В пустой груди язык чудес… Я, отрок вечера, вознес Твой факел ночь, и он чуть тлеет,

   Я изнемог, и смутно реет В пустой груди язык чудес… Я, отрок вечера, вознес Твой факел ночь, и он чуть тлеет,
10. «

    Я осужден последним отпаденьем Чреватостью несбыточных часов И жизнь искомканных дней бденьем Не заглушит безумный, дикий зов.

    Я осужден последним отпаденьем Чреватостью несбыточных часов И жизнь искомканных дней бденьем Не заглушит безумный, дикий зов.
11. «

    Мы воду пьем — кто из стакана, А кто прильнув к струе устами, В пути и в хижине желанна Она прозрачными перстами. Весной – разлившейся рекою Гнет затопленные деревья, И, изогнувшись за лукою Стремится непреклонность девья.

    Мы воду пьем — кто из стакана, А кто прильнув к струе устами, В пути и в хижине желанна Она прозрачными перстами. Весной – разлившейся рекою Гнет затопленные деревья, И, изогнувшись за лукою Стремится непреклонность девья.
12. «

    Как станет все необычайно И превратится в мир чудес, Когда почувствую случайно Как беспределен свод небес. Смотрю ль на голубей и галок Из окон дома моего, Дивлюся более всего Их видом зябнущих гадалок. Иль выйду легкою стопой На Петербургский тротуар Спешу вдохнуть квартир угар. Смущаясь тихою толпой.

    Как станет все необычайно И превратится в мир чудес, Когда почувствую случайно Как беспределен свод небес. Смотрю ль на голубей и галок Из окон дома моего, Дивлюся более всего Их видом зябнущих гадалок. Иль выйду легкою стопой На Петербургский тротуар Спешу вдохнуть квартир угар. Смущаясь тихою толпой.