Что говорил Николай Гоголь: 70 цитат

Подборка из 70 цитат Николая Гоголя: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Нет ничего приятнее, как быть обязанным во всем самому себе.

   Нет ничего приятнее, как быть обязанным во всем самому себе.
2. «

   Ей я столько же дорог, как перержавевшая подкова.

   Ей я столько же дорог, как перержавевшая подкова.

   — Вакула · книга
3. «

   Едва ли есть высшее из наслаждений, как наслаждение творить.

   Едва ли есть высшее из наслаждений, как наслаждение творить.
4. «

   О! насчет врачеванья мы с Христианом Ивановичем взяли свои меры: чем ближе к натуре, тем лучше, — лекарств дорогих мы не употребляем. Человек простой: если умрет, то и так умрет; если выздоровеет, то и так выздоровеет.

   О! насчет врачеванья мы с Христианом Ивановичем взяли свои меры: чем ближе к натуре, тем лучше, — лекарств дорогих мы не употребляем. Человек простой: если умрет, то и так умрет; если выздоровеет, то и так выздоровеет.

   — Артемий Филипович Земляника · книга
5. «

   Что же сильнее над нами: страсть или привычка? Или все сильные порывы, весь вихорь наших желаний и кипящих страстей — есть только следствие нашего яркого возраста и только по тому одному кажутся глубоки и сокрушительны?

   Что же сильнее над нами: страсть или привычка? Или все сильные порывы, весь вихорь наших желаний и кипящих страстей — есть только следствие нашего яркого возраста и только по тому одному кажутся глубоки и сокрушительны?

   — Старосветские помещики · книга
6. «

   Оно, конечно, Александр Македонский герой, но зачем же стулья ломать?

   Оно, конечно, Александр Македонский герой, но зачем же стулья ломать?

   — Городничий · книга
7. «

   Неужели вы полагаете, что я стану брать деньги за души, которые в некотором роде окончили своё существование?

   Неужели вы полагаете, что я стану брать деньги за души, которые в некотором роде окончили своё существование?

   — Манилов · книга
8. «

   Чудно блещет месяц! Трудно рассказать, как хорошо потолкаться в такую ночь между кучею хохочущих и поющих девушек и между парубками, готовыми на все шутки и выдумки, какие может только внушить весело смеющаяся ночь. Под плотным кожухом тепло; от мороза еще живее горят щеки; а на шалости сам лукавый подталкивает сзади...

   Чудно блещет месяц! Трудно рассказать, как хорошо потолкаться в такую ночь между кучею хохочущих и поющих девушек и между парубками, готовыми на все шутки и выдумки, какие может только внушить весело смеющаяся ночь. Под плотным кожухом тепло; от мороза еще живее горят щеки; а на шалости сам лукавый подталкивает сзади...

   — Ночь перед Рождеством · книга
9. «

   Не будьте мёртвыми душами, но живыми. Есть только одна дверь к жизни, и эта дверь — Иисус Христос.

   Не будьте мёртвыми душами, но живыми. Есть только одна дверь к жизни, и эта дверь — Иисус Христос.
10. «

    В самом деле, никогда жалость так сильно не овладевает нами, как при виде красоты, тронутой тлетворным дыханием разврата.

    В самом деле, никогда жалость так сильно не овладевает нами, как при виде красоты, тронутой тлетворным дыханием разврата.

    — Невский проспект · книга
11. «

    Архитектура — тоже летопись мира, она говорит тогда, когда молчат и песни и предания и когда уже ничто не говорит о погибшем народе.

    Архитектура — тоже летопись мира, она говорит тогда, когда молчат и песни и предания и когда уже ничто не говорит о погибшем народе.
12. «

    Горе мира не в том, что много грехов, а в том, что в добре добра нет.

    Горе мира не в том, что много грехов, а в том, что в добре добра нет.
13. «

    Легкомысленно непроницательны люди, и человек в другом кафтане кажется им другим человеком.

    Легкомысленно непроницательны люди, и человек в другом кафтане кажется им другим человеком.

    — Мёртвые души · книга
14. «

    Кто увлечен красотами, тот не видит недостатков и прощает всё; но кто озлоблен, тот постарается выкопать в нас всю дрянь и выставить её так ярко внаружу, что поневоле её увидишь.

    Кто увлечен красотами, тот не видит недостатков и прощает всё; но кто озлоблен, тот постарается выкопать в нас всю дрянь и выставить её так ярко внаружу, что поневоле её увидишь.
15. «

    Это уже известно всему свету, что когда Англия нюхает табак, то Франция чихает.

    Это уже известно всему свету, что когда Англия нюхает табак, то Франция чихает.

    — Записки сумасшедшего · книга
16. «

    Я тебя породил, я тебя и убью!

    Я тебя породил, я тебя и убью!

    — Тарас Бульба · книга
17. «

    Но на свете нет ничего долговременного, а потому и радость в следующую минуту за первою уже не так жива; в третью минуту она становится еще слабее и наконец незаметно сливается с обыкновенным положением души, как на воде круг, рожденный падением камешка, наконец сливается с гладкою поверхностью.

    Но на свете нет ничего долговременного, а потому и радость в следующую минуту за первою уже не так жива; в третью минуту она становится еще слабее и наконец незаметно сливается с обыкновенным положением души, как на воде круг, рожденный падением камешка, наконец сливается с гладкою поверхностью.

    — Нос · книга
18. «

    Все мы имеем маленькую слабость немножко пощадить себя, а постараемся лучше приискать какого-нибудь ближнего, на ком бы выместить свою досаду.

    Все мы имеем маленькую слабость немножко пощадить себя, а постараемся лучше приискать какого-нибудь ближнего, на ком бы выместить свою досаду.

    — Мёртвые души · книга
19. «

    <...> как много в человеке бесчеловечья, как много скрыто свирепой грубости в утончённой, образованной светскости и, боже! даже в том человеке, которого свет признаёт благородным и честным...

    <...> как много в человеке бесчеловечья, как много скрыто свирепой грубости в утончённой, образованной светскости и, боже! даже в том человеке, которого свет признаёт благородным и честным...

    — Шинель · книга
20. «

    Нет, ум великая вещь. В свете нужна тонкость. Я смотрю на жизнь совершенно с другой точки. Этак прожить, как дурак проживет, это не штука, но прожить с тонкостью, с искусством, обмануть всех и не быть обмануту самому — вот настоящая задача и цель.

    Нет, ум великая вещь. В свете нужна тонкость. Я смотрю на жизнь совершенно с другой точки. Этак прожить, как дурак проживет, это не штука, но прожить с тонкостью, с искусством, обмануть всех и не быть обмануту самому — вот настоящая задача и цель.

    — Ихарев · книга