130 афоризмов Нила Геймана

Ниже 130 цитат Нила Геймана — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В домике пахло пылью и сыростью и чём-то смутно сладким, будто тут обитали призраки давно мёртвого печенья.

   В домике пахло пылью и сыростью и чём-то смутно сладким, будто тут обитали призраки давно мёртвого печенья.

   — Американские боги · книга
2. «

   Мне всегда нравились кладбища. Там так спокойно!

   Мне всегда нравились кладбища. Там так спокойно!

   — История с кладбищем · книга
3. «

   Есть реальность, а есть реальность, и какие-то вещи оказываются реальнее других.

   Есть реальность, а есть реальность, и какие-то вещи оказываются реальнее других.

   — Сыновья Ананси · книга
4. «

   Она не читает книг, не смотрит телевизор, не занимается любовью. Она слушает музыку. Встречается с друзьями. Она любит «русские горки», но никогда не кричит, когда вагончик несется вниз, и кренится, грозя опрокинуться, и переворачивается колесами вверх. Если ты скажешь, что куртка – твоя, она просто пожмет плечами и отдаст куртку тебе. Ей все равно, абсолютно все равно.

   Она не читает книг, не смотрит телевизор, не занимается любовью. Она слушает музыку. Встречается с друзьями. Она любит «русские горки», но никогда не кричит, когда вагончик несется вниз, и кренится, грозя опрокинуться, и переворачивается колесами вверх. Если ты скажешь, что куртка – твоя, она просто пожмет плечами и отдаст куртку тебе. Ей все равно, абсолютно все равно.

   — Странные Девочки · книга
5. «

   Многие явления — войны, эпидемии, внеплановые проверки налоговой инспекции — считаются доказательствами неявного вмешательства Сатаны в дела человеческие.

   Многие явления — войны, эпидемии, внеплановые проверки налоговой инспекции — считаются доказательствами неявного вмешательства Сатаны в дела человеческие.

   — Терри Пратчетт · книга
6. «

   Зрителям вообще безразлично, что каждая иллюзия реальна.

   Зрителям вообще безразлично, что каждая иллюзия реальна.

   — Дым и зеркала · книга
7. «

   – Я не боюсь упасть, – сказал он самому себе. – Я боюсь того, когда перестаешь падать и наступает смерть. Впрочем, он знал, что лжет. Боялся он самого падения… тщетного размахивания руками, кувыркания в воздухе, сознания того, что он ничего не может поделать, что никакое чудо его не спасет…

   – Я не боюсь упасть, – сказал он самому себе. – Я боюсь того, когда перестаешь падать и наступает смерть. Впрочем, он знал, что лжет. Боялся он самого падения… тщетного размахивания руками, кувыркания в воздухе, сознания того, что он ничего не может поделать, что никакое чудо его не спасет…

   — Ричард Мэхью · книга
8. «

   Страх — заразная штука. Он передаётся другим. Иногда достаточно сказать «боюсь», чтобы страх стал ощутимым.

   Страх — заразная штука. Он передаётся другим. Иногда достаточно сказать «боюсь», чтобы страх стал ощутимым.

   — История с кладбищем · книга
9. «

   Мир, может, и остался прежним, зато обои поменялись, верно?

   Мир, может, и остался прежним, зато обои поменялись, верно?

   — Сыновья Ананси · книга
10. «

    «Опасность?» — подумала Коралина. Звучит потрясающе. И совсем не страшно. Страшно, но не совсем.

    «Опасность?» — подумала Коралина. Звучит потрясающе. И совсем не страшно. Страшно, но не совсем.

    — Коралина · книга
11. «

    Его яростный расизм был вполне безадресным: Шедвелл просто ненавидел всех и вся в этом мире, невзирая на положение в обществе, цвет кожи или вероисповедание, и не собирался делать исключений для кого бы то ни было.

    Его яростный расизм был вполне безадресным: Шедвелл просто ненавидел всех и вся в этом мире, невзирая на положение в обществе, цвет кожи или вероисповедание, и не собирался делать исключений для кого бы то ни было.

    — Терри Пратчетт · книга
12. «

    О ее красоту разбилось не одно сердце.

    О ее красоту разбилось не одно сердце.

    — Звёздная пыль · книга
13. «

    Тьма — это много больше, чем просто отсутствие света.

    Тьма — это много больше, чем просто отсутствие света.

    — Никогде · книга
14. «

    — Прошу прощения, — сказал он. — Я знаю, это очень личный вопрос. Но вы клинический психопат? — Возможно, но весьма маловероятно. А в чем дело? — Ну, — сказал Ричард. — Один из нас точно тяжело болен.

    — Прошу прощения, — сказал он. — Я знаю, это очень личный вопрос. Но вы клинический психопат? — Возможно, но весьма маловероятно. А в чем дело? — Ну, — сказал Ричард. — Один из нас точно тяжело болен.

    — Никогде · книга
15. «

    Когда не знаешь, куда идти, дорога всегда кажется длиннее, не замечали? Первый раз идешь будто целую вечность, а потом хоп — и уже на месте.

    Когда не знаешь, куда идти, дорога всегда кажется длиннее, не замечали? Первый раз идешь будто целую вечность, а потом хоп — и уже на месте.

    — Американские боги · книга
16. «

    Тень слишком часто слышал, как люди говорили друг другу, мол, не следует подавлять свои чувства, мол, надо дать волю эмоциям, отпустить боль. Тень подумал, что многое можно сказать в пользу того, чтобы держать все в себе. Если делать это достаточно долго или поглубже загнать боль внутрь, рано или поздно вообще перестанешь что-либо чувствовать.

    Тень слишком часто слышал, как люди говорили друг другу, мол, не следует подавлять свои чувства, мол, надо дать волю эмоциям, отпустить боль. Тень подумал, что многое можно сказать в пользу того, чтобы держать все в себе. Если делать это достаточно долго или поглубже загнать боль внутрь, рано или поздно вообще перестанешь что-либо чувствовать.

    — Американские боги · книга
17. «

    — А то придёт серенький волчок и укусит за бочок, — пропела старуха. — Я не переживу это пророчество, — угрюмо подумал Один.

    — А то придёт серенький волчок и укусит за бочок, — пропела старуха. — Я не переживу это пророчество, — угрюмо подумал Один.

    — Американские боги · книга
18. «

    А испуганные коты могут начать драться и царапаться, если дать им малейший повод, даже если они на вашей стороне.

    А испуганные коты могут начать драться и царапаться, если дать им малейший повод, даже если они на вашей стороне.

    — Коралина · книга
19. «

    Азирафаил. Конечно же, Враг. Но враг уже шесть тысяч лет — скорее друг.

    Азирафаил. Конечно же, Враг. Но враг уже шесть тысяч лет — скорее друг.

    — Терри Пратчетт · книга
20. «

    Перевод: Очень сильно помогает в понимание людских дел, осознание того, что большинство величайших триумфов и трагедий в истории произошли, не потому что люди по существу своему хорошие или плохие, а потому что они по существу своему люди.

    Перевод: Очень сильно помогает в понимание людских дел, осознание того, что большинство величайших триумфов и трагедий в истории произошли, не потому что люди по существу своему хорошие или плохие, а потому что они по существу своему люди.

    — Терри Пратчетт · книга