190 цитат Нила Геймана для поста и дневника

Ниже 190 цитат Нила Геймана — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Слушай, Гарри, – начал Ричард, – ты никогда не спрашивал себя, неужели реальность ограничивается вот этим? – он сделал неопределенный жест, будто обводил все вокруг. – Работа. Дом. Паб. Знакомства с девушками. Жизнь в городе. Жизнь. Это все, что есть?

   — Слушай, Гарри, – начал Ричард, – ты никогда не спрашивал себя, неужели реальность ограничивается вот этим? – он сделал неопределенный жест, будто обводил все вокруг. – Работа. Дом. Паб. Знакомства с девушками. Жизнь в городе. Жизнь. Это все, что есть?

   — Никогде · книга
2. «

   — Что она хочет от меня? — спросила Коралина кота. — Почему она делает всё, чтобы оставить меня здесь? — Я думаю, ей нужно кого-то любить.

   — Что она хочет от меня? — спросила Коралина кота. — Почему она делает всё, чтобы оставить меня здесь? — Я думаю, ей нужно кого-то любить.

   — Коралина · книга
3. «

   — Не надо бояться темноты. — Я и не боюсь. Я боюсь людей в темноте.

   — Не надо бояться темноты. — Я и не боюсь. Я боюсь людей в темноте.

   — Тень · книга
4. «

   Если живешь бездумно, всё кажется чудесным.

   Если живешь бездумно, всё кажется чудесным.

   — Сыновья Ананси · книга
5. «

   Приключения весьма хороши, когда они в меру.

   Приключения весьма хороши, когда они в меру.

   — Звёздная пыль · книга
6. «

   ...пути Господни исключительно неисповедимы, и даже более того — крайне окольны. Бог играет со Вселенной вовсе не в кости; нет, Он ведет непостижимую игру собственного изобретения, с точки зрения остальных игроков, больше всего похожую на очень сложный и запутанный вариант покера, причем партия разыгрывается в совершенно темной комнате, на картах нет ни одной картинки, ставки бесконечно велики, а правила известны только Раздающему, который все время улыбается.

   ...пути Господни исключительно неисповедимы, и даже более того — крайне окольны. Бог играет со Вселенной вовсе не в кости; нет, Он ведет непостижимую игру собственного изобретения, с точки зрения остальных игроков, больше всего похожую на очень сложный и запутанный вариант покера, причем партия разыгрывается в совершенно темной комнате, на картах нет ни одной картинки, ставки бесконечно велики, а правила известны только Раздающему, который все время улыбается.

   — Терри Пратчетт · книга
7. «

   Много нас здесь, посмотри, Много нас, и мы малы. Смотрим мы, как ты растёшь. Будем здесь, когда умрёшь.

   Много нас здесь, посмотри, Много нас, и мы малы. Смотрим мы, как ты растёшь. Будем здесь, когда умрёшь.

   — Чёрные тени · книга
8. «

   В коробке был пушистый черный котенок непонятного пола, он тут же получил имя Пушок и всю мою любовь без остатка.

   В коробке был пушистый черный котенок непонятного пола, он тут же получил имя Пушок и всю мою любовь без остатка.

   — Океан в конце дороги · книга
9. «

   Люди думают, что главное — ударить посильнее. Но это неверно. Чтобы было больно, необязательно бить сильно. Главное — знать, куда бить.

   Люди думают, что главное — ударить посильнее. Но это неверно. Чтобы было больно, необязательно бить сильно. Главное — знать, куда бить.

   — мистер Круп · книга
10. «

    Просто нелепо разрушать мир до основания ради того, чтобы понять, правильно ли он устроен.

    Просто нелепо разрушать мир до основания ради того, чтобы понять, правильно ли он устроен.

    — Терри Пратчетт · книга
11. «

    Не только счастливых концов не существует, концов вообще не существует.

    Не только счастливых концов не существует, концов вообще не существует.

    — Американские боги · книга
12. «

    Адам выглядел озадаченным. В прочитанных им номерах «Вестника Водолея» ничего не говорилось о китах. Видимо, издатели полагали, что желание спасти китов столь же естественно для читателей, как дыхание и прямохождение.

    Адам выглядел озадаченным. В прочитанных им номерах «Вестника Водолея» ничего не говорилось о китах. Видимо, издатели полагали, что желание спасти китов столь же естественно для читателей, как дыхание и прямохождение.

    — Терри Пратчетт · книга
13. «

    Зеркалам никогда нельзя доверять.

    Зеркалам никогда нельзя доверять.

    — Коралина · книга
14. «

    Я был обычным ребёнком. То есть я был эгоистом и несколько сомневался в существовании того, что «не-я», зато верил, твёрдо верил, непоколебимо, что важнее меня нет ничего на свете. Ничего важнее, чем я сам, для меня не существовало.

    Я был обычным ребёнком. То есть я был эгоистом и несколько сомневался в существовании того, что «не-я», зато верил, твёрдо верил, непоколебимо, что важнее меня нет ничего на свете. Ничего важнее, чем я сам, для меня не существовало.

    — Океан в конце дороги · книга
15. «

    Писать — все равно, что летать во сне. Когда вспоминаешь. Когда можешь. Когда получается. Это легко.

    Писать — все равно, что летать во сне. Когда вспоминаешь. Когда можешь. Когда получается. Это легко.

    — Дым и зеркала · книга
16. «

    Знаешь, как это бывает, когда кого-нибудь любишь? И что самое трудное, самое поганое, даже хуже чем «Шоу Джерри Спрингера» : если действительно любишь кого-то, то уже не перестаешь его любить. Какой-то кусочек этого человека навсегда остается в сердце.

    Знаешь, как это бывает, когда кого-нибудь любишь? И что самое трудное, самое поганое, даже хуже чем «Шоу Джерри Спрингера» : если действительно любишь кого-то, то уже не перестаешь его любить. Какой-то кусочек этого человека навсегда остается в сердце.

    — Странные Девочки · книга
17. «

    Репутация создается всю жизнь, рушится за несколько секунд.

    Репутация создается всю жизнь, рушится за несколько секунд.

    — Звёздная пыль · книга
18. «

    В книге моей жизни на каждой странице будет написано «см. выше», год за годом.

    В книге моей жизни на каждой странице будет написано «см. выше», год за годом.

    — Терри Пратчетт · книга
19. «

    Люди разное говорят, и вряд ли хотя бы половина пересудов заслуживает внимания.

    Люди разное говорят, и вряд ли хотя бы половина пересудов заслуживает внимания.

    — Звёздная пыль · книга
20. «

    Сказки — как пауки: у них длинные ноги. Сказки — как паутина, в которой запутывается человек, но которая так красива, когда рассматриваешь, как изящно сплетаются ниточки над листком, как драгоценными каплями блестит на них утренняя роса.

    Сказки — как пауки: у них длинные ноги. Сказки — как паутина, в которой запутывается человек, но которая так красива, когда рассматриваешь, как изящно сплетаются ниточки над листком, как драгоценными каплями блестит на них утренняя роса.

    — Сыновья Ананси · книга