Нил Гейман: 717 высказываний о главном

Ниже 717 цитат Нила Геймана — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Все просто, если знаешь, как это делается.

   Все просто, если знаешь, как это делается.

   — Дым и зеркала · книга
2. «

   Таракана он оставил лежать, где был — из уважения к умершим.

   Таракана он оставил лежать, где был — из уважения к умершим.

   — Американские боги · книга
3. «

   Их спор не имел никакого смысла, и Коралина решила, что у каждой есть в этом споре некие доводы, старые и удобные, как кресло, аргументы, с которыми нельзя согласиться или оспорить, вечные аргументы, которые будут существовать до тех пор, пока этого обе хотят.

   Их спор не имел никакого смысла, и Коралина решила, что у каждой есть в этом споре некие доводы, старые и удобные, как кресло, аргументы, с которыми нельзя согласиться или оспорить, вечные аргументы, которые будут существовать до тех пор, пока этого обе хотят.

   — Коралина · книга
4. «

   В реальности мир состоит из тысяч и тысяч групп человек по пятьсот, и жизнь людей в этих группах уходит на то, чтобы натыкаться друг на друга, пытаться избежать друг друга или случайно обнаруживать друг друга в одном и том же кафе в Ванкувере.

   В реальности мир состоит из тысяч и тысяч групп человек по пятьсот, и жизнь людей в этих группах уходит на то, чтобы натыкаться друг на друга, пытаться избежать друг друга или случайно обнаруживать друг друга в одном и том же кафе в Ванкувере.

   — Сыновья Ананси · книга
5. «

   – Пойми же ты, – произнёс Кроули голосом, исполненным фаталистической мрачности. – Это противоборство не так-то легко остановить. Неужели ты думаешь, что все войны начинались только потому, что пристрелили какого-нибудь герцога, или один идиот отхватил ухо другому, или кто-то неверно выбрал местечко для размещения ракет. Ничего подобного. Всё это лишь… ну, в общем, это лишь повод, который не имеет ровным счётом никакого значения. На самом деле войны порождает ненависть, существующая между двумя сторонами, когда сила этой ненависти постепенно нарастает и, наконец, что-то переполняет чашу терпения. Любая мелочь.

   – Пойми же ты, – произнёс Кроули голосом, исполненным фаталистической мрачности. – Это противоборство не так-то легко остановить. Неужели ты думаешь, что все войны начинались только потому, что пристрелили какого-нибудь герцога, или один идиот отхватил ухо другому, или кто-то неверно выбрал местечко для размещения ракет. Ничего подобного. Всё это лишь… ну, в общем, это лишь повод, который не имеет ровным счётом никакого значения. На самом деле войны порождает ненависть, существующая между двумя сторонами, когда сила этой ненависти постепенно нарастает и, наконец, что-то переполняет чашу терпения. Любая мелочь.

   — Терри Пратчетт · книга
6. «

   Ты так полон дерьма, что странно, как это глаза у тебя не стали коричневыми.

   Ты так полон дерьма, что странно, как это глаза у тебя не стали коричневыми.

   — Американские боги · книга
7. «

   Он осторожно взял девушку на руки и подивился, какая она легкая. – Я отнесу ее к себе, Джесс. Нельзя же ее здесь оставить. Передай мистеру Стоктону мои извинения. Скажи, что случилось нечто непредвиденное. Уверен, он поймет. – Ричард Оливер Мэхью, если ты сейчас же не опустишь эту девицу на землю, я разрываю нашу помолвку! – ледяным тоном объявила Джессика. – Серьезно тебя предупреждаю! Чувствуя, как его рубашка становится мокрой и теплой от крови, Ричард вдруг понял, что иногда просто нет выбора. И ушел.

   Он осторожно взял девушку на руки и подивился, какая она легкая. – Я отнесу ее к себе, Джесс. Нельзя же ее здесь оставить. Передай мистеру Стоктону мои извинения. Скажи, что случилось нечто непредвиденное. Уверен, он поймет. – Ричард Оливер Мэхью, если ты сейчас же не опустишь эту девицу на землю, я разрываю нашу помолвку! – ледяным тоном объявила Джессика. – Серьезно тебя предупреждаю! Чувствуя, как его рубашка становится мокрой и теплой от крови, Ричард вдруг понял, что иногда просто нет выбора. И ушел.

   — Ричард Мэхью · книга
8. «

   Удача мужчины — его дело и ничье больше.

   Удача мужчины — его дело и ничье больше.

   — Американские боги · книга
9. «

   Я не могла отвести тебя к океану, — пояснила она. — Но ничто не мешало мне принести океан к тебе.

   Я не могла отвести тебя к океану, — пояснила она. — Но ничто не мешало мне принести океан к тебе.

   — Океан в конце дороги · книга
10. «

    Учительница объяснила, что отсюда до подножия холма, на котором стоит замок, триста футов, и если бросить с верхней площадки монетку в один пенс, она может пробить человеческий череп как настоящая пуля. В ту ночь Ричард долго не мог уснуть. Он все представлял, как монетка падает, набирая скорость, и становится страшнее пули. Обычная безобидная монетка вдруг превращается в смертельное оружие...

    Учительница объяснила, что отсюда до подножия холма, на котором стоит замок, триста футов, и если бросить с верхней площадки монетку в один пенс, она может пробить человеческий череп как настоящая пуля. В ту ночь Ричард долго не мог уснуть. Он все представлял, как монетка падает, набирая скорость, и становится страшнее пули. Обычная безобидная монетка вдруг превращается в смертельное оружие...

    — Никогде · книга
11. «

    Время расплавилось, растянулось и изогнулось.

    Время расплавилось, растянулось и изогнулось.

    — Сыновья Ананси · книга
12. «

    Я достаточно разбирался во взрослых, чтобы понимать — если я всё-таки расскажу, мне вряд ли поверят. Мне и так не особо верили, даже когда я говорил правду. С чего бы им верить, когда на правду совсем не похоже?

    Я достаточно разбирался во взрослых, чтобы понимать — если я всё-таки расскажу, мне вряд ли поверят. Мне и так не особо верили, даже когда я говорил правду. С чего бы им верить, когда на правду совсем не похоже?

    — Океан в конце дороги · книга
13. «

    Юноша бессознательно перебирал пальцами мокрые волосы звезды. Он сидел и дивился, почему же ему понадобилось так много времени, чтобы понять, что он любит ее. Он спросил об этом — и она обозвала его идиотом, а он заявил, что ни один мужчина никогда не слышал от дамы слов прекраснее.

    Юноша бессознательно перебирал пальцами мокрые волосы звезды. Он сидел и дивился, почему же ему понадобилось так много времени, чтобы понять, что он любит ее. Он спросил об этом — и она обозвала его идиотом, а он заявил, что ни один мужчина никогда не слышал от дамы слов прекраснее.

    — Звёздная пыль · книга
14. «

    Маркиза Карабаса трудно было назвать хорошим человеком. Как и смельчаком – он и сам это знал. Ему давно стало ясно, что в этом мире – хоть Нижнем, хоть Верхнем – все только и мечтают быть обманутыми. Именно потому он позаимствовал имя у сказочного плута, выбрал такую одежду, манеру держаться, речь, чтобы все соответствовало образу. Он превратил свою жизнь в одну великолепную шутку.

    Маркиза Карабаса трудно было назвать хорошим человеком. Как и смельчаком – он и сам это знал. Ему давно стало ясно, что в этом мире – хоть Нижнем, хоть Верхнем – все только и мечтают быть обманутыми. Именно потому он позаимствовал имя у сказочного плута, выбрал такую одежду, манеру держаться, речь, чтобы все соответствовало образу. Он превратил свою жизнь в одну великолепную шутку.

    — Никогде · книга
15. «

    Старый Николас был старше, чем смертный грех, и борода у него была белее белого. Он хотел умереть. Малорослые обитатели арктических пещер на его языке не говорили, но лопотали на своем щебечущем наречии, совершали непонятные ритуалы, — когда не были заняты работой на фабриках. Один раз каждый год они, невзирая на рыдания и протесты, выгоняли его в Бесконечную Ночь. В своем путешествии он останавливался возле каждого на этом свете ребенка, оставлял у его кроватки какой-нибудь невидимый подарок малоросликов. Дети, застыв во времени, спали. Он завидовал Прометею и Локи, Сизифу и Иуде. Его наказание было суровее. Хо. Хо. Хо.

    Старый Николас был старше, чем смертный грех, и борода у него была белее белого. Он хотел умереть. Малорослые обитатели арктических пещер на его языке не говорили, но лопотали на своем щебечущем наречии, совершали непонятные ритуалы, — когда не были заняты работой на фабриках. Один раз каждый год они, невзирая на рыдания и протесты, выгоняли его в Бесконечную Ночь. В своем путешествии он останавливался возле каждого на этом свете ребенка, оставлял у его кроватки какой-нибудь невидимый подарок малоросликов. Дети, застыв во времени, спали. Он завидовал Прометею и Локи, Сизифу и Иуде. Его наказание было суровее. Хо. Хо. Хо.

    — Дым и зеркала · книга
16. «

    С течением времени Кроули все труднее и труднее становилось сделать что-то демоническое и при этом выделяющееся на фоне человеческих гадостей. За прошедшее тысячелетие он не раз подумывал о том, чтобы послать Вниз письмо со словами типа: «Слушайте, мы прямо сейчас можем сдаться, закрыть Дис, Пандемонеум и все прочие места и придти сюда, мы не сможем сделать с ними ничего такого, чего они сами с собой не могут сделать». А они частенько делают такое, о чем мы и подумать не могли – в основном с помощью электродов. У них есть изобретательность. И, само собой, электричество. Один из них это написал, верно?… «Ад пуст, и здесь все черти» . Кроули хвалили за Испанскую Инквизицию. Он был тогда в Испании, в основном шлялся в приятных местах вокруг кантин, и ничего об Инквизиции даже не слышал, пока не прибыла похвала. Он сходил посмотреть, вернулся и целую неделю не выходил из запоя…

    С течением времени Кроули все труднее и труднее становилось сделать что-то демоническое и при этом выделяющееся на фоне человеческих гадостей. За прошедшее тысячелетие он не раз подумывал о том, чтобы послать Вниз письмо со словами типа: «Слушайте, мы прямо сейчас можем сдаться, закрыть Дис, Пандемонеум и все прочие места и придти сюда, мы не сможем сделать с ними ничего такого, чего они сами с собой не могут сделать». А они частенько делают такое, о чем мы и подумать не могли – в основном с помощью электродов. У них есть изобретательность. И, само собой, электричество. Один из них это написал, верно?… «Ад пуст, и здесь все черти» . Кроули хвалили за Испанскую Инквизицию. Он был тогда в Испании, в основном шлялся в приятных местах вокруг кантин, и ничего об Инквизиции даже не слышал, пока не прибыла похвала. Он сходил посмотреть, вернулся и целую неделю не выходил из запоя…

    — Терри Пратчетт · книга
17. «

    — ... Сразу вспоминаешь пацанов, что скидывали башмаки в момент, когда у них на шее затягивали петлю, — только потому, что кто-то когда-то сказал, что они сдохнут, не сняв ботинок. Типа, не в своей постели. — Это что, юмор такой? — спросил Тень. — А ты как думал. Юмор висельников. Самый лучший юмор на свете.

    — ... Сразу вспоминаешь пацанов, что скидывали башмаки в момент, когда у них на шее затягивали петлю, — только потому, что кто-то когда-то сказал, что они сдохнут, не сняв ботинок. Типа, не в своей постели. — Это что, юмор такой? — спросил Тень. — А ты как думал. Юмор висельников. Самый лучший юмор на свете.

    — Американские боги · книга
18. «

    Времени у него не было. Ехать ему было некуда. И он поехал куда-нибудь.

    Времени у него не было. Ехать ему было некуда. И он поехал куда-нибудь.

    — Терри Пратчетт · книга
19. «

    — Подумай о своей скучной, однообразной жизни. Это не жизнь, а подделка, — ни любви, ни радости, ни счастья. У тебя даже друзей нет. — У меня есть ты. — Я всегда считал тебя полным придурком. Настоящим кретином.

    — Подумай о своей скучной, однообразной жизни. Это не жизнь, а подделка, — ни любви, ни радости, ни счастья. У тебя даже друзей нет. — У меня есть ты. — Я всегда считал тебя полным придурком. Настоящим кретином.

    — Ричард Мэхью · книга
20. «

    – Да ладно. Не мог же я тебя там бросить. – Мог, – отозвалась Дверь. – Но не бросил.

    – Да ладно. Не мог же я тебя там бросить. – Мог, – отозвалась Дверь. – Но не бросил.

    — Ричард Мэхью · книга