— Да они ни в каком варианте не поверят. Ты не понимаешь, они мне не верят даже тогда, когда я говорю правду! — Удивишься, но когда я говорил правду, мне тоже не верили. Причем именно тогда, когда было нужнее всего... А потом один знакомый старец натолкнул меня на одну мысль. Дело не в том, говоришь ты правду или неправду, дело в том, насколько другие хотят или могут тебе поверить. Я расскажу то, во что они захотят сами поверить. У нас одно очень существенное преимущество — мы будем будем говорить первыми.

Моя литературная судьба очень любопытна. Мне никогда не удавалось соврать так, чтобы мне не поверили; когда я говорил правду, никто не желал мне верить.

В девятнадцать лет человек уже достаточно взрослый, чтобы понимать, что если он обрел что-то, дороже чего для него нет в целом свете, скорей всего, это у него отберут. И в шестнадцать понимаешь, по правде говоря. Я постоянно думаю об этом.

— Мне кажется, Портос, Вы достаточно богаты для того, чтобы снова искать приключений. — Да, я богат. Но человек уж так устроен, что ему всегда чего-то не хватает. — Чего же не хватает Вам? — Честно говоря, совсем немногого. Баронского титула. — Ах, правда, я и забыл.