54 цитаты Норы Робертса — подборка на все случаи

Подборка из 54 цитаты Норы Робертса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Каждое дело — совсем другое, и над каждым мы работаем по-своему. Но работаем, делаем свою работу и идем на риск, если она того требует. Вот и все.

   Каждое дело — совсем другое, и над каждым мы работаем по-своему. Но работаем, делаем свою работу и идем на риск, если она того требует. Вот и все.

   — Просто будь рядом · книга
2. «

   Никто не желает начинать все сызнова. И те, кто говорит, что желает этого, или врут, или находятся под влиянием иллюзии, но по большей части это лжецы. Люди просто хотят начать снова с того места, где они оступились, и пойти другим путем, не обременяя себя багажом прошлого. Те, которым это удается, счастливчики, потому что они способны отбросить прочь такую неудобную ношу. Как чувство вины или роковые последствия.

   Никто не желает начинать все сызнова. И те, кто говорит, что желает этого, или врут, или находятся под влиянием иллюзии, но по большей части это лжецы. Люди просто хотят начать снова с того места, где они оступились, и пойти другим путем, не обременяя себя багажом прошлого. Те, которым это удается, счастливчики, потому что они способны отбросить прочь такую неудобную ношу. Как чувство вины или роковые последствия.

   — Голос из прошлого · книга
3. «

   Лицо поэта и тело воина. Ни дать ни взять — падший ангел.

   Лицо поэта и тело воина. Ни дать ни взять — падший ангел.

   — Ева Даллас · книга
4. «

   Если не спросишь, ответственность всегда будет отрицательно мне.

   Если не спросишь, ответственность всегда будет отрицательно мне.
5. «

   Временами для получения желаемого результата приходится работать на два фронта — и сводить все вместе на третьем.

   Временами для получения желаемого результата приходится работать на два фронта — и сводить все вместе на третьем.

   — Рорк · книга
6. «

   Планируешь трахаться, покупаешь кружевные трусики.

   Планируешь трахаться, покупаешь кружевные трусики.

   — Ева Даллас · книга
7. «

   – Я придумала, что подарить тебе на Рождество – новенький, блестящий стальной штырь тебе в задницу. Тот, что ты носишь последние лет двадцать, небось уже весь истерся.

   – Я придумала, что подарить тебе на Рождество – новенький, блестящий стальной штырь тебе в задницу. Тот, что ты носишь последние лет двадцать, небось уже весь истерся.

   — Ева Даллас · книга
8. «

   — Что ты делаешь? — Очнись, Данбрук. Открываю для тебя дверцу, что же еще? — У меня что, рука сломана? — Это можно устроить.

   — Что ты делаешь? — Очнись, Данбрук. Открываю для тебя дверцу, что же еще? — У меня что, рука сломана? — Это можно устроить.

   — Колли Данбрук · книга
9. «

   Вам должно быть понятно, как человек может обманываться, уповая на собственные возможности. Я считала, что могу с этим справиться, что я достаточно мудра и сильна. Я ошибалась.

   Вам должно быть понятно, как человек может обманываться, уповая на собственные возможности. Я считала, что могу с этим справиться, что я достаточно мудра и сильна. Я ошибалась.

   — Жертвоприношение · книга
10. «

    Мало у кого остаются приятные воспоминания о средней школе. Это эпоха политических интриг и столкновений амбиций, подпитываемых бушующими гормонами.

    Мало у кого остаются приятные воспоминания о средней школе. Это эпоха политических интриг и столкновений амбиций, подпитываемых бушующими гормонами.

    — Картер · книга
11. «

    – Макси Грант, чем я могу вам помочь? – Лейтенант Даллас, Департамент полиции Нью-Йорка. – Нью-Йорк? Вы засиделись на работе, лейтенант. – А вы всегда сами отвечаете на звонки, мисс Грант? – Бывает, и притом частенько. Чем я могу помочь Нью-Йорку? – Труди Ломбард. Улыбку, искривившую губы Макси, никак нельзя было назвать дружеской. – Сделайте мне подарок к Рождеству. Скажите, что вы из отдела убийств и что сука лежит на плите в морге. – Именно это я и собираюсь вам сказать. – Серьезно? Ну тогда созывайте оркестр, я буду играть на геликоне.

    – Макси Грант, чем я могу вам помочь? – Лейтенант Даллас, Департамент полиции Нью-Йорка. – Нью-Йорк? Вы засиделись на работе, лейтенант. – А вы всегда сами отвечаете на звонки, мисс Грант? – Бывает, и притом частенько. Чем я могу помочь Нью-Йорку? – Труди Ломбард. Улыбку, искривившую губы Макси, никак нельзя было назвать дружеской. – Сделайте мне подарок к Рождеству. Скажите, что вы из отдела убийств и что сука лежит на плите в морге. – Именно это я и собираюсь вам сказать. – Серьезно? Ну тогда созывайте оркестр, я буду играть на геликоне.

    — Ева Даллас · книга
12. «

    – Добрый день, сэр! – Пибоди одарила его жизнерадостной улыбкой, и он побледнел как полотно. – И что привело вас сегодня в это славное заведение? Он вскочил, бормоча, что у него дела, и был таков. Пока он делал ноги, из-за стола поднялась женщина. Так как она была на добрых шесть дюймов выше Пибоди, лицо детектива оказалось примерно на одном уровне с ее впечатляющим бюстом. – Какого хрена? Я тут работаю! Все еще улыбаясь, Пибоди вытащила блокнот. – Ваше имя, пожалуйста? – Какого хрена? – Мисс Какого Хрена, я хочу взглянуть на вашу лицензию. – Бык! – Нет, серьезно. Просто проверка. – Бык. – Женщина повернулась всем телом к вышибале, и ее внушительные груди всколыхнулись. – Эта сука легавая отшила моего папика. – Извините, я хотела бы взглянуть на вашу лицензию компаньонки. Если все в порядке, я позволю вам вернуться к работе. Грандиозные груди – везет ей сегодня на мощные туши, подумала Ева, – опять повернулись к Пибоди, надвинулись на нее, и бедная Пибоди стала похожа на тонкий кусок ветчины, зажатый между двумя булками хлеба.

    – Добрый день, сэр! – Пибоди одарила его жизнерадостной улыбкой, и он побледнел как полотно. – И что привело вас сегодня в это славное заведение? Он вскочил, бормоча, что у него дела, и был таков. Пока он делал ноги, из-за стола поднялась женщина. Так как она была на добрых шесть дюймов выше Пибоди, лицо детектива оказалось примерно на одном уровне с ее впечатляющим бюстом. – Какого хрена? Я тут работаю! Все еще улыбаясь, Пибоди вытащила блокнот. – Ваше имя, пожалуйста? – Какого хрена? – Мисс Какого Хрена, я хочу взглянуть на вашу лицензию. – Бык! – Нет, серьезно. Просто проверка. – Бык. – Женщина повернулась всем телом к вышибале, и ее внушительные груди всколыхнулись. – Эта сука легавая отшила моего папика. – Извините, я хотела бы взглянуть на вашу лицензию компаньонки. Если все в порядке, я позволю вам вернуться к работе. Грандиозные груди – везет ей сегодня на мощные туши, подумала Ева, – опять повернулись к Пибоди, надвинулись на нее, и бедная Пибоди стала похожа на тонкий кусок ветчины, зажатый между двумя булками хлеба.

    — Проститутка · книга
13. «

    Надежда не добавит ни хвороста в очаг, ни пищи в котел.

    Надежда не добавит ни хвороста в очаг, ни пищи в котел.

    — Зимняя роза · книга
14. «

    Холод не может породить любовь. Даже если это произойдет, чувство будет эгоистичным. Это будет не любовь, а примитивная похоть.

    Холод не может породить любовь. Даже если это произойдет, чувство будет эгоистичным. Это будет не любовь, а примитивная похоть.

    — Зимняя роза · книга
15. «

    Магия существует. Кто усомнится, когда есть радуга и луговые цветы, музыка ветра, молчание звезд? Каждого полюбившего коснулась магия. Это очень простая и самая удивительная часть нашей жизни.

    Магия существует. Кто усомнится, когда есть радуга и луговые цветы, музыка ветра, молчание звезд? Каждого полюбившего коснулась магия. Это очень простая и самая удивительная часть нашей жизни.

    — Очарованные · книга
16. «

    — Извините <...>, мне придется попросить вас следить за своим языком. Мой коллега — человек очень впечатлительный. — Вот поди и трахни его! — Да я, собственно, уже. И знаете, это было совсем неплохо. Но к делу отношения не имеет.

    — Извините <...>, мне придется попросить вас следить за своим языком. Мой коллега — человек очень впечатлительный. — Вот поди и трахни его! — Да я, собственно, уже. И знаете, это было совсем неплохо. Но к делу отношения не имеет.

    — Остин · книга
17. «

    Если бы она перестала стесняться в выражении своих чувств, вокруг нее уже лежали бы штабеля изуродованных тел.

    Если бы она перестала стесняться в выражении своих чувств, вокруг нее уже лежали бы штабеля изуродованных тел.

    — Ева Даллас · книга
18. «

    Она чувствовала дурноту — в сердце, в желудке, в голове. И чувствовала, как в ней растет злоба. И слава богу. Злость придавала ей сил.

    Она чувствовала дурноту — в сердце, в желудке, в голове. И чувствовала, как в ней растет злоба. И слава богу. Злость придавала ей сил.

    — Ева Даллас · книга
19. «

    Ой, ради всего святого! Хоть дверь закрой, если собираешься реветь. Думаешь, мне будет приятно, если парни из «загона» услышат, как тут кто-то плачет? Они еще подумают, что это я.

    Ой, ради всего святого! Хоть дверь закрой, если собираешься реветь. Думаешь, мне будет приятно, если парни из «загона» услышат, как тут кто-то плачет? Они еще подумают, что это я.

    — Ева Даллас · книга
20. «

    Есть люди, которые проводят вместе всю жизнь не только ради привычки, удобства или боязни перемен, а в первую очередь ради любви.

    Есть люди, которые проводят вместе всю жизнь не только ради привычки, удобства или боязни перемен, а в первую очередь ради любви.

    — Объятия смерти · книга