96 цитат Ольги Громыко: смешные цитаты — коротко и по делу

Ниже 96 цитат Ольги Громыко: смешные цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Я тебе в десятый раз повторяю! — Лучше в первый раз подумай.

   — Я тебе в десятый раз повторяю! — Лучше в первый раз подумай.

   — Ольга Громыко · книга
2. «

   Если хуже быть не может, значит можно смело надеется на лучшее.

   Если хуже быть не может, значит можно смело надеется на лучшее.

   — Ольга Громыко · книга
3. «

   В гневе вы смешны, тьфу, страшны...

   В гневе вы смешны, тьфу, страшны...

   — Ольга Громыко · книга
4. «

   (...но мы, переглянувшись, единогласно решили считать подвернувшийся ей под копыта сук перстом судьбы...) Как и сук, перст оказался весьма корявым. А вдобавок — злорадно оттопыренным средним.

   (...но мы, переглянувшись, единогласно решили считать подвернувшийся ей под копыта сук перстом судьбы...) Как и сук, перст оказался весьма корявым. А вдобавок — злорадно оттопыренным средним.

   — Ольга Громыко · книга
5. «

   – Откушай с нами, Василиса Еремеевна, укрась стол… – Я, – отвечаю, – не петрушка с укропом – стол вам украшать.

   – Откушай с нами, Василиса Еремеевна, укрась стол… – Я, – отвечаю, – не петрушка с укропом – стол вам украшать.

   — Ольга Громыко · книга
6. «

   Разумеется, Безник не настолько выжил из ума, чтобы приглашать в корчму тролльего менестреля. Его просто выгнать никто не мог. Возле правой руки могучего дарования, прямо поперек стола, лежал меч-полуторник, действующий на публику куда убедительнее магической силы искусства.

   Разумеется, Безник не настолько выжил из ума, чтобы приглашать в корчму тролльего менестреля. Его просто выгнать никто не мог. Возле правой руки могучего дарования, прямо поперек стола, лежал меч-полуторник, действующий на публику куда убедительнее магической силы искусства.

   — Ольга Громыко · книга
7. «

   Троллий народный инструмент напоминал обрубленное весло с четырьмя струнами и назывался «бздынн». Примерно такие звуки он и издавал.

   Троллий народный инструмент напоминал обрубленное весло с четырьмя струнами и назывался «бздынн». Примерно такие звуки он и издавал.

   — Ольга Громыко · книга
8. «

   Девица с таким гордым и презрительным видом восседала на сложенном вчетверо одеяле, что, не будь за её спиной привязанного к ней дуба, можно было бы подумать – это она всех похитила.

   Девица с таким гордым и презрительным видом восседала на сложенном вчетверо одеяле, что, не будь за её спиной привязанного к ней дуба, можно было бы подумать – это она всех похитила.

   — Ольга Громыко · книга
9. «

   – Чем вы тут без меня занимаетесь? – Дочищаю грузовое отделение! Не успел капитан приятно удивиться такой инициативе, как парень выпрямился и повернулся к нему лицом. Станислав вздрогнул и отшатнулся: – Оно что, отбивается?!

   – Чем вы тут без меня занимаетесь? – Дочищаю грузовое отделение! Не успел капитан приятно удивиться такой инициативе, как парень выпрямился и повернулся к нему лицом. Станислав вздрогнул и отшатнулся: – Оно что, отбивается?!

   — Ольга Громыко · книга
10. «

    Высадив Полину с Лансом, полицейский флайер немедленно сомкнул двери и улетел, словно опасаясь, что безумная парочка может шмыгнуть обратно. Станислав, увы, был лишен такой возможности.

    Высадив Полину с Лансом, полицейский флайер немедленно сомкнул двери и улетел, словно опасаясь, что безумная парочка может шмыгнуть обратно. Станислав, увы, был лишен такой возможности.

    — Ольга Громыко · книга
11. «

    Разумеется, друзья меня тут же заметили, но демонстративно проигнорировали, не подходя и замолкая при моем приближении. Увы, если таким образом мне надеялись выразить общественное порицание, то общество здорово просчиталось.

    Разумеется, друзья меня тут же заметили, но демонстративно проигнорировали, не подходя и замолкая при моем приближении. Увы, если таким образом мне надеялись выразить общественное порицание, то общество здорово просчиталось.

    — Ольга Громыко · книга
12. «

    — Ну как успехи? — потянувшись, жизнерадостно поинтересовался пилот. Команда посмотрела на него с ненавистью. Сейчас все дружно корпели над формой №72 — «Прошение о разрешении не заполнять форму №23». Полина робко заикнулась, не проще ли заполнить собственно двадцать третью, но вокруг предостерегающе зашикали, а Станислав полушутя-полувсерьёз сообщил, что даже в космофлоте такие смельчаки на его памяти нашлись только единожды, и в процессе заполнения вызвали два истерических припадка, инсульт и дьявола.

    — Ну как успехи? — потянувшись, жизнерадостно поинтересовался пилот. Команда посмотрела на него с ненавистью. Сейчас все дружно корпели над формой №72 — «Прошение о разрешении не заполнять форму №23». Полина робко заикнулась, не проще ли заполнить собственно двадцать третью, но вокруг предостерегающе зашикали, а Станислав полушутя-полувсерьёз сообщил, что даже в космофлоте такие смельчаки на его памяти нашлись только единожды, и в процессе заполнения вызвали два истерических припадка, инсульт и дьявола.

    — Ольга Громыко · книга
13. «

    ... Как ты прекрасно знаешь, дракон – существо огнедышащее. А конопля в жаркий летний денек очень даже охотно горит. Так что когда мы, глупо хихикая, уже под вечер в обнимку выбрались из дыма, кто из нас дракон, кто рыцарь, а кто его лошадь, вспоминалось с большим трудом. По-моему, мы с ним даже поклялись друг другу в вечной дружбе и страшно вспомнить о чем еще, ибо наутро проснулись на постоялом дворе в одной постели.

    ... Как ты прекрасно знаешь, дракон – существо огнедышащее. А конопля в жаркий летний денек очень даже охотно горит. Так что когда мы, глупо хихикая, уже под вечер в обнимку выбрались из дыма, кто из нас дракон, кто рыцарь, а кто его лошадь, вспоминалось с большим трудом. По-моему, мы с ним даже поклялись друг другу в вечной дружбе и страшно вспомнить о чем еще, ибо наутро проснулись на постоялом дворе в одной постели.

    — Ольга Громыко · книга
14. «

    Горюшко моё неподъёмное - Тёща у меня неуёмная! Не видал её никто доброю! Дал бы ей клыки – была б коброю! Пилит целый день распроклятая! Дать бы крылья ей – была б гарпией! Кто б помог унять бабу вредную! Дать бы ей метлу – была б ведьмою! В жизни не сыскать тёщи гадостней! Дать бы ей по зад – было б радости!!!

    Горюшко моё неподъёмное - Тёща у меня неуёмная! Не видал её никто доброю! Дал бы ей клыки – была б коброю! Пилит целый день распроклятая! Дать бы крылья ей – была б гарпией! Кто б помог унять бабу вредную! Дать бы ей метлу – была б ведьмою! В жизни не сыскать тёщи гадостней! Дать бы ей по зад – было б радости!!!

    — Ольга Громыко · книга
15. «

    — Ну что, попробуем тортик? — предложил Теодор, когда все осушили бокалы. Тортик был на его совести, и, вспоминая процесс готовки, пилот слегка нервничал. — Будем надеяться, что он съедобный. Потому что мы вообще-то собирались испечь «Триумф Дарта Вейдера», но благодаря кое-кому… — Я честно предупредил, что не умею готовить! — отбивался Дэн, чья авангардная методика отделения желтков от белков произвела на Теда неизгладимое впечатление. — Но ты не говорил, что тебя, похоже, вообще никогда на кухню не пускали! — Пускали, — с достоинством возразил рыжий. — Посуду мыть.

    — Ну что, попробуем тортик? — предложил Теодор, когда все осушили бокалы. Тортик был на его совести, и, вспоминая процесс готовки, пилот слегка нервничал. — Будем надеяться, что он съедобный. Потому что мы вообще-то собирались испечь «Триумф Дарта Вейдера», но благодаря кое-кому… — Я честно предупредил, что не умею готовить! — отбивался Дэн, чья авангардная методика отделения желтков от белков произвела на Теда неизгладимое впечатление. — Но ты не говорил, что тебя, похоже, вообще никогда на кухню не пускали! — Пускали, — с достоинством возразил рыжий. — Посуду мыть.

    — Ольга Громыко · книга
16. «

    – О боги, Вольха, когда же в тебе проснется взрослая женщина? – Неужели вам так мешает ее храп?

    – О боги, Вольха, когда же в тебе проснется взрослая женщина? – Неужели вам так мешает ее храп?

    — Ольга Громыко · книга
17. «

    — А вы кто?! Грех было не выступить перед таким благодарным слушателем. — Две скромные послушницы из монастыря Святой Валины Смиренницы, пожранной драконом прямо у порога ее кельи, но через год и три дня явившейся своим сестрам для божественного откровения. Добровольно отрекшись от всего мирского, мы пять лет провели в монастырских стенах, молясь и в меру своих скромных сил помогая страждущим, а теперь паломничаем, понимаете ли, по дорогам, изыскивая любую возможность принестись в жертву, ибо в этом и состоит наша священная цель — добровольно скормиться драконам, василискам, кракенам и прочим гадам, из чьих желудков мы вознесемся прямиком на небеса. — Я благочинно сложила ладони перед лицом, возведя глаза к вожделенному приюту. Противоположное направление Вересового взгляда говорило о том, что он с куда большим удовольствием провалился бы к мракобесам, лишь бы не слышать, что я несу. — Итак, где гнусный ящер?

    — А вы кто?! Грех было не выступить перед таким благодарным слушателем. — Две скромные послушницы из монастыря Святой Валины Смиренницы, пожранной драконом прямо у порога ее кельи, но через год и три дня явившейся своим сестрам для божественного откровения. Добровольно отрекшись от всего мирского, мы пять лет провели в монастырских стенах, молясь и в меру своих скромных сил помогая страждущим, а теперь паломничаем, понимаете ли, по дорогам, изыскивая любую возможность принестись в жертву, ибо в этом и состоит наша священная цель — добровольно скормиться драконам, василискам, кракенам и прочим гадам, из чьих желудков мы вознесемся прямиком на небеса. — Я благочинно сложила ладони перед лицом, возведя глаза к вожделенному приюту. Противоположное направление Вересового взгляда говорило о том, что он с куда большим удовольствием провалился бы к мракобесам, лишь бы не слышать, что я несу. — Итак, где гнусный ящер?

    — Ольга Громыко · книга
18. «

    Уснуть-то капитан уснул, но грохот обрушившейся полки с консервами призвал его в кладовую успешнее, чем пентаграмма — разъярённого демона.

    Уснуть-то капитан уснул, но грохот обрушившейся полки с консервами призвал его в кладовую успешнее, чем пентаграмма — разъярённого демона.

    — Ольга Громыко · книга
19. «

    — Вот он — храм науки, в котором мы будем двигать ее во благо человечества! — Что ж, подвигай-подвигай и положи на место...

    — Вот он — храм науки, в котором мы будем двигать ее во благо человечества! — Что ж, подвигай-подвигай и положи на место...

    — Ольга Громыко · книга
20. «

    Да его, видать, повивальная бабка не просто вниз головой уронила, а с размаху башкой о стенку шмякнула.

    Да его, видать, повивальная бабка не просто вниз головой уронила, а с размаху башкой о стенку шмякнула.

    — Ольга Громыко · книга