30 цитат Ольги Громыко: жизненные цитаты для тех, кто любит думать

Подборка из 30 цитат Ольги Громыко: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Моя память хранила тысячи заклинаний, но самым эффективным из них было, есть и будет слово «деньги». Оно воскрешает мертвых, исцеляет живых и является сильнейшим противоядием категорическому «нет».

   Моя память хранила тысячи заклинаний, но самым эффективным из них было, есть и будет слово «деньги». Оно воскрешает мертвых, исцеляет живых и является сильнейшим противоядием категорическому «нет».

   — Ольга Громыко · книга
2. «

   На тот свет всегда успеешь, а этот лежачих не любит.

   На тот свет всегда успеешь, а этот лежачих не любит.

   — Ольга Громыко · книга
3. «

   Если дама о чем-то настойчиво просит, заставлять её повторять просьбу – моветон.

   Если дама о чем-то настойчиво просит, заставлять её повторять просьбу – моветон.

   — Ольга Громыко · книга
4. «

   Некоторые идеи в момент прихода в голову кажутся идеальными, без сучка и задоринки проходят стадию разработки и блестяще проваливаются уже на первой секунде осуществления.

   Некоторые идеи в момент прихода в голову кажутся идеальными, без сучка и задоринки проходят стадию разработки и блестяще проваливаются уже на первой секунде осуществления.

   — Ольга Громыко · книга
5. «

   – Роджер, у нас проблемы. Очень нужна твоя помощь. Судя по лицу Сакаи, изначально сонному и блаженному, адреналина ему впрыснула уже первая, ключевая, фраза, а вторая стала контрольным в голову. Когда помощи просит сам капитан «мозгоедов», катастрофа приобретает вселенский размах!

   – Роджер, у нас проблемы. Очень нужна твоя помощь. Судя по лицу Сакаи, изначально сонному и блаженному, адреналина ему впрыснула уже первая, ключевая, фраза, а вторая стала контрольным в голову. Когда помощи просит сам капитан «мозгоедов», катастрофа приобретает вселенский размах!

   — Ольга Громыко · книга
6. «

   Менестрель, слагающий песню о великой битве по рассказам очевидцев, подобен живописцу, рисующему море с утиного пруда за окном. Для тех, кто только пруд и видел, оно, может, и сойдет. Но те, кто завтра будут штурмовать стены, высекать искры из мечей, натягивать луки и подставлять щиты стрелам, проливая свою и чужую кровь, выставят меня на посмешище. И будут совершенно правы.

   Менестрель, слагающий песню о великой битве по рассказам очевидцев, подобен живописцу, рисующему море с утиного пруда за окном. Для тех, кто только пруд и видел, оно, может, и сойдет. Но те, кто завтра будут штурмовать стены, высекать искры из мечей, натягивать луки и подставлять щиты стрелам, проливая свою и чужую кровь, выставят меня на посмешище. И будут совершенно правы.

   — Ольга Громыко · книга
7. «

   Парень не то чтобы был трусоват — скорее предпочитал не ходить туда, где, возможно, придётся струсить.

   Парень не то чтобы был трусоват — скорее предпочитал не ходить туда, где, возможно, придётся струсить.

   — Ольга Громыко · книга
8. «

   Надо уважать чужие пороки, а то своими насладиться не дадут.

   Надо уважать чужие пороки, а то своими насладиться не дадут.

   — Ольга Громыко · книга
9. «

   – Станислав Федотович, у нас проблема. Капитан похолодел. В устах Полины сия трагическая фраза еще не сулила большой беды. Теодор в этом плане был куда опаснее, потому что сперва пытался решить проблему своими силами, взывая к капитану, только когда она грозила перерасти в катастрофу. А уж когда эти пять слов виновато произносил Дэн – все, пиши пропало. Переросла.

   – Станислав Федотович, у нас проблема. Капитан похолодел. В устах Полины сия трагическая фраза еще не сулила большой беды. Теодор в этом плане был куда опаснее, потому что сперва пытался решить проблему своими силами, взывая к капитану, только когда она грозила перерасти в катастрофу. А уж когда эти пять слов виновато произносил Дэн – все, пиши пропало. Переросла.

   — Ольга Громыко · книга
10. «

    Но принцип «победителей не судят» обычно вызывает у этих самых победителей чувство вседозволенности, а в следующий раз им может и не повезти.

    Но принцип «победителей не судят» обычно вызывает у этих самых победителей чувство вседозволенности, а в следующий раз им может и не повезти.

    — Ольга Громыко · книга
11. «

    Снег...он ухитряется залететь даже в сны...даже в лето, потому что зима мне почему-то никогда не снится.

    Снег...он ухитряется залететь даже в сны...даже в лето, потому что зима мне почему-то никогда не снится.

    — Ольга Громыко · книга
12. «

    Самостоятельно принимать решения, конечно, интересно и почетно, но иногда это жутко выматывает.

    Самостоятельно принимать решения, конечно, интересно и почетно, но иногда это жутко выматывает.

    — Ольга Громыко · книга
13. «

    Такая наша жизнь земная, постоянно чем-то жертвовать приходится, чтобы дальше по дороге идти.

    Такая наша жизнь земная, постоянно чем-то жертвовать приходится, чтобы дальше по дороге идти.

    — Ольга Громыко · книга
14. «

    Какой же ерундой кажутся все наши проблемы перед лицом самой последней. Когда важным становится лишь то, что ты не сделал и не досказал...

    Какой же ерундой кажутся все наши проблемы перед лицом самой последней. Когда важным становится лишь то, что ты не сделал и не досказал...

    — Ольга Громыко · книга
15. «

    Есть вещи, которые просто нельзя делать, пока числишь себя человеком, а не придатком к бластеру.

    Есть вещи, которые просто нельзя делать, пока числишь себя человеком, а не придатком к бластеру.

    — Ольга Громыко · книга
16. «

    …Работа — лучшее лекарство от тяжких мыслей.

    …Работа — лучшее лекарство от тяжких мыслей.

    — Ольга Громыко · книга
17. «

    Ты прав, Мрак. Ты недостоин, и это лучшая отговорка. Никто не посмеет тебя переубеждать, ибо эта тема не подлежит обсуждению. Никто не сможет обвинить тебя в трусости, потому что ты уже вроде как сам себя обвиняешь, и добавить к этому нечего. Что ж, гхыр с тобой, поищем достойного. Эй! Достойные! Ау! А что, если никто не откликнется, а, Мрак? Покивают друг на друга, зажмурят глаза и, затаив дыхание, будут ждать Великого Героя, который совершит искомый подвиг одной левой. А когда откроют, вокруг окажется выжженная земля, запах падали и кружащее в небе воронье. Потому что кто-то менее достойный точно так же понадеялся на них...

    Ты прав, Мрак. Ты недостоин, и это лучшая отговорка. Никто не посмеет тебя переубеждать, ибо эта тема не подлежит обсуждению. Никто не сможет обвинить тебя в трусости, потому что ты уже вроде как сам себя обвиняешь, и добавить к этому нечего. Что ж, гхыр с тобой, поищем достойного. Эй! Достойные! Ау! А что, если никто не откликнется, а, Мрак? Покивают друг на друга, зажмурят глаза и, затаив дыхание, будут ждать Великого Героя, который совершит искомый подвиг одной левой. А когда откроют, вокруг окажется выжженная земля, запах падали и кружащее в небе воронье. Потому что кто-то менее достойный точно так же понадеялся на них...

    — Ольга Громыко · книга
18. «

    С двенадцати лет я мечтала о красивом, сильном, благородном рыцаре, способном уложить моих обидчиков в аккуратный штабель. К пятнадцати годам я более-менее поднаторела в оборонной магии, и необходимость в защитнике отпала. Зачем нужен мужчина, если ты сама можешь дать достойный отпор? Совершенно зря. Никогда не представляла, что это так приятно – стоять за спиной мужчины, который сражается за тебя. Стоять и хихикать, уверенная в его победе.

    С двенадцати лет я мечтала о красивом, сильном, благородном рыцаре, способном уложить моих обидчиков в аккуратный штабель. К пятнадцати годам я более-менее поднаторела в оборонной магии, и необходимость в защитнике отпала. Зачем нужен мужчина, если ты сама можешь дать достойный отпор? Совершенно зря. Никогда не представляла, что это так приятно – стоять за спиной мужчины, который сражается за тебя. Стоять и хихикать, уверенная в его победе.

    — Ольга Громыко · книга
19. «

    Пока не смиришься с поражением – не сможешь идти дальше.

    Пока не смиришься с поражением – не сможешь идти дальше.

    — Ольга Громыко · книга
20. «

    Благодаря младшей сестре у Туда был иммунитет к женским слезам. Не в смысле, что пилот мог равнодушно на них смотреть, просто они не мешали ему докапываться до их причины. Которой с равной вероятностью могли оказаться и сломанный ноготь, и сломанный нога, и «просто почему-то захотелось поплакать». Если орать в ответ: «Возьми себя в руки, рева-корова!», как любил отец, или растерянно топтаться рядом, это только ухудшилось дело. Женщины хотят, чтобы в руки их взял кто-то другой, кто не боится этой жестокой жизни и за кем можно от неё спрятаться.

    Благодаря младшей сестре у Туда был иммунитет к женским слезам. Не в смысле, что пилот мог равнодушно на них смотреть, просто они не мешали ему докапываться до их причины. Которой с равной вероятностью могли оказаться и сломанный ноготь, и сломанный нога, и «просто почему-то захотелось поплакать». Если орать в ответ: «Возьми себя в руки, рева-корова!», как любил отец, или растерянно топтаться рядом, это только ухудшилось дело. Женщины хотят, чтобы в руки их взял кто-то другой, кто не боится этой жестокой жизни и за кем можно от неё спрятаться.

    — Ольга Громыко · книга