16 цитат Ольги Лукаса

Ниже 16 цитат Ольги Лукаса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   -«Нет» — это обидно. — Это не обидно. «Нет» означает «нет». Не «ты неудачница», не «ты некрасивая», не «ты недостойна любви вообще». Просто нет. Не здесь, не сейчас, не с этим человеком. «Нет» — это не про тебя. Это — про текущую ситуацию и про намерение собеседника.

   -«Нет» — это обидно. — Это не обидно. «Нет» означает «нет». Не «ты неудачница», не «ты некрасивая», не «ты недостойна любви вообще». Просто нет. Не здесь, не сейчас, не с этим человеком. «Нет» — это не про тебя. Это — про текущую ситуацию и про намерение собеседника.

   — Тринадцатая редакция. Напиток богов · книга
2. «

   Например, когда влюбишься — начинаешь делать всё неправильно. Чтобы не оставить себе шансов на взаимность. Не специально — просто слабому организму хочется съесть всё, что поставили на стол, если он голоден, выпить трёхлитровую банку воды, если его мучает жажда или заснуть на целые сутки, если он неделю не высыпался. А в случае, когда появляется подходящий объект для любви — за одну нелелю сжечь всё эмоциональное топливо, каким можно было бы отапливаться вдвоём в течение нескольких лет.

   Например, когда влюбишься — начинаешь делать всё неправильно. Чтобы не оставить себе шансов на взаимность. Не специально — просто слабому организму хочется съесть всё, что поставили на стол, если он голоден, выпить трёхлитровую банку воды, если его мучает жажда или заснуть на целые сутки, если он неделю не высыпался. А в случае, когда появляется подходящий объект для любви — за одну нелелю сжечь всё эмоциональное топливо, каким можно было бы отапливаться вдвоём в течение нескольких лет.

   — Тринадцатая редакция. Напиток богов · книга
3. «

   Понимаешь, мир любит всех. И тебя любит, и меня тоже. И даже эту кикимору сверху, которая нас заливает вечно.

   Понимаешь, мир любит всех. И тебя любит, и меня тоже. И даже эту кикимору сверху, которая нас заливает вечно.

   — Тринадцатая редакция. Найти и исполнить · книга
4. «

   Добренькая эволюция всех бестолковых парней снабжает бездной обаяния, чтобы окружающим было с ними, как минимум, забавно.

   Добренькая эволюция всех бестолковых парней снабжает бездной обаяния, чтобы окружающим было с ними, как минимум, забавно.

   — Виталик · книга
5. «

   Грустно мне становится. Думаю: может, менять что-то в жизни надо? Может, пол надо менять?

   Грустно мне становится. Думаю: может, менять что-то в жизни надо? Может, пол надо менять?

   — Андрей Степанов · книга
6. «

   Слишком долго Колобок пел медведю свою песенку, так что лиса устала его поджидать и отправилась на поиски более лёгкой добычи. Приходит Колобок на условленное место — а лисы нет. Сидит под деревом какой-то барсук, ну что такое барсук против лисы? Ушел от него Колобок. И от лося ушёл. И от кабана. И от африканского крокодила. И от полярной куропатки. Лиса тоже времени не теряла: от неё не ушел никто.

   Слишком долго Колобок пел медведю свою песенку, так что лиса устала его поджидать и отправилась на поиски более лёгкой добычи. Приходит Колобок на условленное место — а лисы нет. Сидит под деревом какой-то барсук, ну что такое барсук против лисы? Ушел от него Колобок. И от лося ушёл. И от кабана. И от африканского крокодила. И от полярной куропатки. Лиса тоже времени не теряла: от неё не ушел никто.

   — Золушки на грани · книга
7. «

   Один раз пошел в бар и все коктейли там вылакал по очереди. А у них список длинный был – штук тридцать. «Лонг-айленд» еще помню. «Голубая лагуна» уже как в тумане. «Секс на пляже» – без всякого удовольствия. А вот после «Оргазма» вынесли меня.

   Один раз пошел в бар и все коктейли там вылакал по очереди. А у них список длинный был – штук тридцать. «Лонг-айленд» еще помню. «Голубая лагуна» уже как в тумане. «Секс на пляже» – без всякого удовольствия. А вот после «Оргазма» вынесли меня.

   — Андрей Степанов · книга
8. «

   Люди коллекционируют города: получают визу, фотографируются на фоне достопримечательностей, едут дальше. Города коллекционируют людей: хватают зазевавшихся на фоне достопримечательностей туристов за сердце и уже никогда от себя не отпускают.

   Люди коллекционируют города: получают визу, фотографируются на фоне достопримечательностей, едут дальше. Города коллекционируют людей: хватают зазевавшихся на фоне достопримечательностей туристов за сердце и уже никогда от себя не отпускают.

   — Поребрик из бордюрного камня · книга
9. «

   Зима – это такое время года, когда природа подкрадывается к человеку совсем близко.

   Зима – это такое время года, когда природа подкрадывается к человеку совсем близко.

   — Тринадцатая редакция. Найти и исполнить · книга
10. «

    Счастливым можно быть в любое время года. Счастье — это вообще такой особый пятый сезон, который наступает, не обращая внимания на даты, календари и всё такое прочее. Оно как вечная весна, которая всегда с тобой, за тонкой стеклянной стенкой оранжереи. Только стенка эта так странно устроена, что иногда её непрошибить и из пулемёта, а иногда она исчезает — и ты проваливаешься в эту оранжерею, в это счастье, в эту вечную весну. Но стоит тебе забыться, как приходит сторож — и выдворяет тебя на улицу. А на улице все строго по календарю. Зима — так зима. Осень — так осень. Обычная весна с авитаминозом и заморозками — так обычная весна. Но оранжерея-то никуда не исчезла, в неё можно вернуться в любой момент, главное — поверить в то, что стеклянная стенка исчезла, без притворства, без показной бодрости и долгой подготовки, непроизвольно, чтобы она и в самом деле исчезла.

    Счастливым можно быть в любое время года. Счастье — это вообще такой особый пятый сезон, который наступает, не обращая внимания на даты, календари и всё такое прочее. Оно как вечная весна, которая всегда с тобой, за тонкой стеклянной стенкой оранжереи. Только стенка эта так странно устроена, что иногда её непрошибить и из пулемёта, а иногда она исчезает — и ты проваливаешься в эту оранжерею, в это счастье, в эту вечную весну. Но стоит тебе забыться, как приходит сторож — и выдворяет тебя на улицу. А на улице все строго по календарю. Зима — так зима. Осень — так осень. Обычная весна с авитаминозом и заморозками — так обычная весна. Но оранжерея-то никуда не исчезла, в неё можно вернуться в любой момент, главное — поверить в то, что стеклянная стенка исчезла, без притворства, без показной бодрости и долгой подготовки, непроизвольно, чтобы она и в самом деле исчезла.

    — Тринадцатая редакция. Модель событий · книга
11. «

    Можно завести сколько угодно деловых партнеров, и они не только не будут ревновать друг к другу, но ещё и смогут стать партнёрами межу собой. Деловой партнёр может быть любого пола, возраста, обладать любой внешностью и комплекцией. С ним можно поддерживать отношения по переписке без ущерба для этих самых отношений. Ты можешь вообще никогда не видеть человека, и при этом гордо говорить о нём: «Это – Иван Иваныч, мой деловой партнёр». Деловой партнёр не требует, чтобы ты обедал с его истеричной мамашей. Ваши отношения четко регламентированы. Вы можете заключить договор о серьёзных отношениях на год или даже на месяц, и никого это не шокирует. Деловому партнёру всегда звонят по делу, столько раз, сколько потребуется, и не нужно заниматься самоедством из серии «я звонил ей уже пять раз, а она мне – только три»…

    Можно завести сколько угодно деловых партнеров, и они не только не будут ревновать друг к другу, но ещё и смогут стать партнёрами межу собой. Деловой партнёр может быть любого пола, возраста, обладать любой внешностью и комплекцией. С ним можно поддерживать отношения по переписке без ущерба для этих самых отношений. Ты можешь вообще никогда не видеть человека, и при этом гордо говорить о нём: «Это – Иван Иваныч, мой деловой партнёр». Деловой партнёр не требует, чтобы ты обедал с его истеричной мамашей. Ваши отношения четко регламентированы. Вы можете заключить договор о серьёзных отношениях на год или даже на месяц, и никого это не шокирует. Деловому партнёру всегда звонят по делу, столько раз, сколько потребуется, и не нужно заниматься самоедством из серии «я звонил ей уже пять раз, а она мне – только три»…

    — Тринадцатая редакция. Модель событий · книга
12. «

    Для того, чтобы москвич (и даже самый нелюдимый) не растерял свои контакты, человечеством изобретены социальные сети, блоги, ICQ, мобильные телефоны и электронная почта. Над устройством, которое само бы поддерживало за нас наши контакты: ходило в кафе поболтать с другими такими же устройствами, гуляло по улицам, пересекалось на встречах и показах — учёные пока ещё размышляют.

    Для того, чтобы москвич (и даже самый нелюдимый) не растерял свои контакты, человечеством изобретены социальные сети, блоги, ICQ, мобильные телефоны и электронная почта. Над устройством, которое само бы поддерживало за нас наши контакты: ходило в кафе поболтать с другими такими же устройствами, гуляло по улицам, пересекалось на встречах и показах — учёные пока ещё размышляют.

    — Поребрик из бордюрного камня · книга
13. «

    Поезда: пригородные и дальнего следования. Уж они-то никогда не были пленниками человека. Наоборот — пленником поезда становился сам человек, решившийся на далёкое путешествие. Ведь стоило ему сделать что-то не так — и его могли высадить в метель и буран на маленькой платформе в степи. Вокруг — ни души, только волки воют. И когда поезд скроется, станет понятно: это никакая не степь, а другая планета. И выбраться отсюда не поможет даже другой поезд — потому что не ходят здесь поезда, только космолёты летают: приземляется один, раз в сто лет, из него выходит бригада ремонтников, поправляет никому не нужные рельсы и шпалы, подновляет платформу — и поскорее покидает это неприветливое, пустынное небесное тело.

    Поезда: пригородные и дальнего следования. Уж они-то никогда не были пленниками человека. Наоборот — пленником поезда становился сам человек, решившийся на далёкое путешествие. Ведь стоило ему сделать что-то не так — и его могли высадить в метель и буран на маленькой платформе в степи. Вокруг — ни души, только волки воют. И когда поезд скроется, станет понятно: это никакая не степь, а другая планета. И выбраться отсюда не поможет даже другой поезд — потому что не ходят здесь поезда, только космолёты летают: приземляется один, раз в сто лет, из него выходит бригада ремонтников, поправляет никому не нужные рельсы и шпалы, подновляет платформу — и поскорее покидает это неприветливое, пустынное небесное тело.

    — Тринадцатая редакция. Напиток богов · книга
14. «

    Белая ночь — пятое время суток, известное только жителям избранных широт. Это кофе с молоком, коньяком и мороженым, да ещё с бенгальским огнём, воткнутым в чашку.

    Белая ночь — пятое время суток, известное только жителям избранных широт. Это кофе с молоком, коньяком и мороженым, да ещё с бенгальским огнём, воткнутым в чашку.

    — Тринадцатая редакция. Напиток богов · книга
15. «

    Я тебе рассказываю историю, и ничего мне за это не надо, даже веры в мои слова. А шарлатаны тоже вроде как истории рассказывают, и привирают не меньше моего – но требуют, чтобы им платили не за сказки как таковые, а за веру в их подлинность.

    Я тебе рассказываю историю, и ничего мне за это не надо, даже веры в мои слова. А шарлатаны тоже вроде как истории рассказывают, и привирают не меньше моего – но требуют, чтобы им платили не за сказки как таковые, а за веру в их подлинность.

    — Тринадцатая редакция. Найти и исполнить · книга
16. «

    В идеале ты должен быть счастлив уже от того, что ты – это ты. А общение с писателями, книжки и фильмы, чай-кофе, друзья, девушки и прочие так называемые радости жизни могут быть, а могут и не быть. Но они ничего принципиально не изменят на твоём персональном небосклоне.

    В идеале ты должен быть счастлив уже от того, что ты – это ты. А общение с писателями, книжки и фильмы, чай-кофе, друзья, девушки и прочие так называемые радости жизни могут быть, а могут и не быть. Но они ничего принципиально не изменят на твоём персональном небосклоне.

    — Тринадцатая редакция. Найти и исполнить · книга