274 цитат Оноре де Бальзака, которые цепляют

Подборка из 274 цитаты Оноре де Бальзака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Женщина — это то, чем ни одно живое существо не может быть по отношению к другому.

   Женщина — это то, чем ни одно живое существо не может быть по отношению к другому.
2. «

   — Преступление… — Вот слово, высокое, как виселица, и глубокое, как Сена, — заметил Рафаэль.

   — Преступление… — Вот слово, высокое, как виселица, и глубокое, как Сена, — заметил Рафаэль.

   — Рафаэль · книга
3. «

   Ты трудишься? Ну, так ты никогда ничего не добьёшься. Я мастер на все руки, но ни на что не годен, лентяй из лентяев, а всё-таки добьюсь всего! Я пролезаю, толкаюсь – мне уступают дорогу, я хвастаю – мне верят, я делаю долги – их платят!

   Ты трудишься? Ну, так ты никогда ничего не добьёшься. Я мастер на все руки, но ни на что не годен, лентяй из лентяев, а всё-таки добьюсь всего! Я пролезаю, толкаюсь – мне уступают дорогу, я хвастаю – мне верят, я делаю долги – их платят!

   — Растиньяк · книга
4. «

   Воля может и должна быть предметом гордости гораздо больше, нежели талант. Если талант – это развитие природных склонностей, то твердая воля – это ежеминутно одерживаемая победа над инстинктами, над влечениями...

   Воля может и должна быть предметом гордости гораздо больше, нежели талант. Если талант – это развитие природных склонностей, то твердая воля – это ежеминутно одерживаемая победа над инстинктами, над влечениями...
5. «

   Ключом ко всякой науке является вопросительный знак.

   Ключом ко всякой науке является вопросительный знак.

   — Шагреневая кожа · книга
6. «

   Страсть никогда не просчитывается.

   Страсть никогда не просчитывается.

   — Отец Горио · книга
7. «

   Порядочная женщина — та, которую любовник боится скомпрометировать.

   Порядочная женщина — та, которую любовник боится скомпрометировать.

   — Физиология брака · книга
8. «

   Да, в наше время искусство правления заключается в том, чтобы предоставить власть общественному мнению.

   Да, в наше время искусство правления заключается в том, чтобы предоставить власть общественному мнению.

   — Шагреневая кожа · книга
9. «

   Я считаю вас самой великой среди женщин, но если я соглашусь выполнять при вас роль ширмы или занавеса, вы первая станете меня презирать.

   Я считаю вас самой великой среди женщин, но если я соглашусь выполнять при вас роль ширмы или занавеса, вы первая станете меня презирать.

   — Клод · книга
10. «

    Осознав свою слабость, человек черпает в этом силу.

    Осознав свою слабость, человек черпает в этом силу.

    — Шагреневая кожа · книга
11. «

    Пути провидения неисповедимы, они испытывают сердца и чресла наши.

    Пути провидения неисповедимы, они испытывают сердца и чресла наши.

    — Вотрен · книга
12. «

    Адюльтер приносит больше зла, чем брак — добра.

    Адюльтер приносит больше зла, чем брак — добра.

    — Физиология брака · книга
13. «

    Знаете ли, мне представляется, что брак в наши дни — это узаконенная проституция.

    Знаете ли, мне представляется, что брак в наши дни — это узаконенная проституция.

    — маркиза Жюли д’Эглемон · книга
14. «

    За каждым богатством кроется преступление.

    За каждым богатством кроется преступление.
15. «

    Я несчастна. Золотые цепи самые тяжелые.

    Я несчастна. Золотые цепи самые тяжелые.

    — Госпожа де Нусинген · книга
16. «

    Женщины всегда ненавидят тех, перед кем им приходится краснеть.

    Женщины всегда ненавидят тех, перед кем им приходится краснеть.

    — Дервиль · книга
17. «

    Он был добр, но держался так замкнуто, что слыл суровым и высокомерным. Люди охотно позволяют возвышаться над ними, но никогда не прощают тех, кто не опускается до их уровня. Поэтому к чувству восхищения, которое вызывают в них сильные натуры, всегда примешана доля ненависти и страха. В безудержном благородстве люди всегда видят молчаливое порицание себе и никогда не простят этого ни живым, ни мёртвым.

    Он был добр, но держался так замкнуто, что слыл суровым и высокомерным. Люди охотно позволяют возвышаться над ними, но никогда не прощают тех, кто не опускается до их уровня. Поэтому к чувству восхищения, которое вызывают в них сильные натуры, всегда примешана доля ненависти и страха. В безудержном благородстве люди всегда видят молчаливое порицание себе и никогда не простят этого ни живым, ни мёртвым.

    — Герцогиня де Ланже · книга
18. «

    Есть близкие, которых мы предаем земле, но есть особенно дорогие нам существа, которых мы погребаем в своём сердце и воспоминания о них сливаются с каждым его биением; мысли о них постоянны, как наше дыхание, они живут в нас...

    Есть близкие, которых мы предаем земле, но есть особенно дорогие нам существа, которых мы погребаем в своём сердце и воспоминания о них сливаются с каждым его биением; мысли о них постоянны, как наше дыхание, они живут в нас...

    — Лилия долины · книга
19. «

    Продажность — всюду, талант — редкость.

    Продажность — всюду, талант — редкость.

    — Вотрен · книга
20. «

    Пустыня — это Бог без людей.

    Пустыня — это Бог без людей.