59 цитат Орсона Скотта Карда, проверенных временем

Подборка из 59 цитат Орсона Скотта Карда: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Ты никогда не была к чему-то пригодной. Только это вовсе не значит, что ты не нужна. — Что ты имеешь в виду? — Счастье в одинаковой степени может зависеть как от полезных, так и совершенно ненужных вещей.

   — Ты никогда не была к чему-то пригодной. Только это вовсе не значит, что ты не нужна. — Что ты имеешь в виду? — Счастье в одинаковой степени может зависеть как от полезных, так и совершенно ненужных вещей.

   — Ксеноцид · книга
2. «

   — Вы убили больше народу, чем все тираны вместе взятые. — Моя мамочка всегда говорила мне: все, что делаешь, делай хорошо.

   — Вы убили больше народу, чем все тираны вместе взятые. — Моя мамочка всегда говорила мне: все, что делаешь, делай хорошо.

   — Голос тех, кого нет · книга
3. «

   В бою ничем нельзя пренебрегать. Появилось преимущество – действуй.

   В бою ничем нельзя пренебрегать. Появилось преимущество – действуй.

   — Эндрю «Эндер» Виггин · книга
4. «

   Все люди рождаются свободными, за исключением тех случаев, когда в них нуждается человечество.

   Все люди рождаются свободными, за исключением тех случаев, когда в них нуждается человечество.

   — полковник Хайрам Графф · книга
5. «

   — ... Даже если такого понятия, как собственная воля, в природе не существует, мы всё равно должны обращаться друг с другом так, будто она есть, чтобы сохранить общество, в котором живём. Потому что иначе каждый раз, когда кто-нибудь совершит нечто ужасное, ты не сможешь наказать его. Он ничего не мог с собой поделать — его гены, окружающая среда или сам Господь заставили его так поступить. И каждый раз, когда кто-то поступит благородно, ты не сможешь склониться перед ним, потому что и он всего марионетка. А если ты считаешь, что все вокруг марионетки, так чего ж с ними разговаривать? Зачем стремиться куда-то, что-то создавать, раз все твои замыслы, твои создания, мечты или грёзы — всего лишь сценарий, вложенный в тебя твоим кукольником. — Безнадёжность, — подвёл итог Миро. — Поэтому мы принимаем самих себя и всех окружающих за созданий, обладающих собственной волей. Мы обращаемся друг с другом, будто нами движет возникшее в уме намерение, а не какой-то неведомый творец. Мы наказываем преступников. Мы награждаем альтруистов. Мы строим планы на будущее и претворяем их в жизнь. Мы обещаем и ожидаем исполнения данного слова. Всё это шито белыми нитками, но, когда каждый уверует в то, что действия ближних — это результат свободного выбора, и будет соответственно относиться к правам и обязанностям, исходным результатом станет цивилизация.

   — ... Даже если такого понятия, как собственная воля, в природе не существует, мы всё равно должны обращаться друг с другом так, будто она есть, чтобы сохранить общество, в котором живём. Потому что иначе каждый раз, когда кто-нибудь совершит нечто ужасное, ты не сможешь наказать его. Он ничего не мог с собой поделать — его гены, окружающая среда или сам Господь заставили его так поступить. И каждый раз, когда кто-то поступит благородно, ты не сможешь склониться перед ним, потому что и он всего марионетка. А если ты считаешь, что все вокруг марионетки, так чего ж с ними разговаривать? Зачем стремиться куда-то, что-то создавать, раз все твои замыслы, твои создания, мечты или грёзы — всего лишь сценарий, вложенный в тебя твоим кукольником. — Безнадёжность, — подвёл итог Миро. — Поэтому мы принимаем самих себя и всех окружающих за созданий, обладающих собственной волей. Мы обращаемся друг с другом, будто нами движет возникшее в уме намерение, а не какой-то неведомый творец. Мы наказываем преступников. Мы награждаем альтруистов. Мы строим планы на будущее и претворяем их в жизнь. Мы обещаем и ожидаем исполнения данного слова. Всё это шито белыми нитками, но, когда каждый уверует в то, что действия ближних — это результат свободного выбора, и будет соответственно относиться к правам и обязанностям, исходным результатом станет цивилизация.

   — Миро · книга
6. «

   Возможно, то, что ты знаешь о своём безумии, не даст ему захватить тебя?

   Возможно, то, что ты знаешь о своём безумии, не даст ему захватить тебя?

   — Игра Эндера · книга
7. «

   Эндер приучил себя воспринимать ненависть как извращённую форму восхищения.

   Эндер приучил себя воспринимать ненависть как извращённую форму восхищения.

   — Игра Эндера · книга
8. «

   Валентина закончила за нее предложение, когда она замолчала: — Потому что ты не могла вынести мысли, что он покинет тебя первым. Ты сама это понимаешь, ведь так? Ты уже тогда чувствовала, что он умирает. Ты знала, что ему пора уходить, завершить свою жизнь, и ты не могла вынести, что придется позволить ему покинуть тебя, потому-то и покинула его первой. — Возможно, — сказала Новинья устало. — В любом случае все это только вымысел. Сначала мы делаем то, что делаем, а потом, задним числом, выдумываем объяснения своим поступкам, только они никогда не бывают истинными — истинные всегда ускользают.

   Валентина закончила за нее предложение, когда она замолчала: — Потому что ты не могла вынести мысли, что он покинет тебя первым. Ты сама это понимаешь, ведь так? Ты уже тогда чувствовала, что он умирает. Ты знала, что ему пора уходить, завершить свою жизнь, и ты не могла вынести, что придется позволить ему покинуть тебя, потому-то и покинула его первой. — Возможно, — сказала Новинья устало. — В любом случае все это только вымысел. Сначала мы делаем то, что делаем, а потом, задним числом, выдумываем объяснения своим поступкам, только они никогда не бывают истинными — истинные всегда ускользают.

   — Валентина Виггин · книга
9. «

   Наверняка эта нормальность была несколько натянутой. Только Валентина по собственному опыту знала, что нормальность всегда в чем-то притворна, и люди беспрерывно играют роли, которые, по их мнению, они обязаны играть.

   Наверняка эта нормальность была несколько натянутой. Только Валентина по собственному опыту знала, что нормальность всегда в чем-то притворна, и люди беспрерывно играют роли, которые, по их мнению, они обязаны играть.

   — Валентина Виггин · книга
10. «

    Только ты его не любишь. Ты не умеешь любить людей. Ты можешь ими только владеть. А поскольку они никогда не ведут себя точно так, как хотелось бы тебе, мама, то тебе всегда кажется, что тебе изменяют. А поскольку каждый, в конце концов, умирает, ты всегда чувствуешь себя обманутой. Только ты обманываешь сама, мама. Используешь нашу любовь к тебе, чтобы править нами.

    Только ты его не любишь. Ты не умеешь любить людей. Ты можешь ими только владеть. А поскольку они никогда не ведут себя точно так, как хотелось бы тебе, мама, то тебе всегда кажется, что тебе изменяют. А поскольку каждый, в конце концов, умирает, ты всегда чувствуешь себя обманутой. Только ты обманываешь сама, мама. Используешь нашу любовь к тебе, чтобы править нами.

    — Ксеноцид · книга
11. «

    — Да, — кивнул Ольхадо, — но только одна из целей. А другая — это настоящий момент, сегодня. А еще одна — создать сеть связей. Связей от души к душе. Если бы целью жизни было просто ее продление, то ничто другое вообще не имело бы значения, потому что в таком случае «сегодня» всегда было бы только предвкушением и подготовкой к «завтра». Но ведь существуют сбывшиеся надежды, Грего. Существует счастье, которое у нас уже есть. Счастье каждого мгновения. Конец нашей жизни, даже если не осталось ничего, чтобы продолжить ее, если нет никаких последователей или потомков, конец жизни не стирает ее начала.

    — Да, — кивнул Ольхадо, — но только одна из целей. А другая — это настоящий момент, сегодня. А еще одна — создать сеть связей. Связей от души к душе. Если бы целью жизни было просто ее продление, то ничто другое вообще не имело бы значения, потому что в таком случае «сегодня» всегда было бы только предвкушением и подготовкой к «завтра». Но ведь существуют сбывшиеся надежды, Грего. Существует счастье, которое у нас уже есть. Счастье каждого мгновения. Конец нашей жизни, даже если не осталось ничего, чтобы продолжить ее, если нет никаких последователей или потомков, конец жизни не стирает ее начала.

    — Ольхадо · книга
12. «

    Как отличить людей хороших от плохих, раз всем злым каким-то образом дается убедить себя, что они поступают хорошо, пусть даже делают нечто ужасно? А вот добрые люди могут поверить в то, что они плохие, даже если делают добро?

    Как отличить людей хороших от плохих, раз всем злым каким-то образом дается убедить себя, что они поступают хорошо, пусть даже делают нечто ужасно? А вот добрые люди могут поверить в то, что они плохие, даже если делают добро?

    — Ксеноцид · книга
13. «

    — Я боялся, что все ещё люблю тебя. — Я надеялась на то же. — Мой страх, твоё желание сбылись.

    — Я боялся, что все ещё люблю тебя. — Я надеялась на то же. — Мой страх, твоё желание сбылись.

    — Эндрю «Эндер» Виггин · книга
14. «

    Политиканы боятся тебя, но им не удастся запачкать твою репутацию. Пока. Это произойдет только лет через тридцать, когда тобой займутся историки.

    Политиканы боятся тебя, но им не удастся запачкать твою репутацию. Пока. Это произойдет только лет через тридцать, когда тобой займутся историки.

    — Мэйзер Рэкхем · книга
15. «

    Видимо, что-то остается в человеке, даже после того, как сомек стирает все воспоминания. Эта частица постоянно твердит тебе: «Вот так бы я мог поступить. А вот так — никогда». Эта частица определяет твою сущность. Это твоя душа. Твоя воля.

    Видимо, что-то остается в человеке, даже после того, как сомек стирает все воспоминания. Эта частица постоянно твердит тебе: «Вот так бы я мог поступить. А вот так — никогда». Эта частица определяет твою сущность. Это твоя душа. Твоя воля.

    — Язон Вортинг · книга
16. «

    Если мы все погибнем, на биосферу это никак не повлияет, природа просто перейдет на другую ступень эволюции. Но человечество не хочет умирать. Как вид, оно развивалось, чтобы выжить. А выживаем мы только благодаря тому, что создаем гениев. Мы стараемся, стараемся, и вот раз в несколько поколений такой гений рождается среди нас. И изобретает колесо. И огонь. И поднимается в воздух, создаёт империю.

    Если мы все погибнем, на биосферу это никак не повлияет, природа просто перейдет на другую ступень эволюции. Но человечество не хочет умирать. Как вид, оно развивалось, чтобы выжить. А выживаем мы только благодаря тому, что создаем гениев. Мы стараемся, стараемся, и вот раз в несколько поколений такой гений рождается среди нас. И изобретает колесо. И огонь. И поднимается в воздух, создаёт империю.

    — полковник Хайрам Графф · книга
17. «

    Ведут ли разговоры Боги различных народов? Общаются ли боги китайских городов С предками японцев? С повелителями Ксибальбы? С Аллахом? С Яхве? С Вишну? Существует ли у них собрание, Где они могут встретиться И похвалиться друг перед другом своими верующими? «Мои склоняются к полу, — скажет один, — И прослеживают в дереве жилки во славу мне». «А моих животных приносят в жертву», — ответит другой. «А мои убьют любого, кто оскорбит меня», — Похвастается третий. И вот вопрос, который я чаще всего задаю: Найдётся среди божеств хоть один, Кто честно признаться сможет: «Почитающие меня люди исправно Повинуются моим справедливым законам, Обращаются друг с другом честно И ведут простую, щедрую жизнь»?

    Ведут ли разговоры Боги различных народов? Общаются ли боги китайских городов С предками японцев? С повелителями Ксибальбы? С Аллахом? С Яхве? С Вишну? Существует ли у них собрание, Где они могут встретиться И похвалиться друг перед другом своими верующими? «Мои склоняются к полу, — скажет один, — И прослеживают в дереве жилки во славу мне». «А моих животных приносят в жертву», — ответит другой. «А мои убьют любого, кто оскорбит меня», — Похвастается третий. И вот вопрос, который я чаще всего задаю: Найдётся среди божеств хоть один, Кто честно признаться сможет: «Почитающие меня люди исправно Повинуются моим справедливым законам, Обращаются друг с другом честно И ведут простую, щедрую жизнь»?

    — Хань Цин-Чжао · книга
18. «

    Он верил, но зерно сомнения было посеяно в его душе, осталось там и проросло, изменив всё. Оно заставило Эндера оценивать намерения людей, а не их слова. Оно сделало его мудрее.

    Он верил, но зерно сомнения было посеяно в его душе, осталось там и проросло, изменив всё. Оно заставило Эндера оценивать намерения людей, а не их слова. Оно сделало его мудрее.

    — Игра Эндера · книга
19. «

    Когда носишь маску, она рано или поздно прирастает к лицу.

    Когда носишь маску, она рано или поздно прирастает к лицу.

    — Валентина Виггин · книга
20. «

    Первое, чему мы научились, — убивать. И хорошо, что научились, а то бы нас не было, а землей владели бы тигры.

    Первое, чему мы научились, — убивать. И хорошо, что научились, а то бы нас не было, а землей владели бы тигры.

    — Валентина Виггин · книга