17 цитат-размышлений Петра Бормора

Подборка из 17 цитат Петра Бормора: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Миры каждый творит сам для себя и сам из себя. Больше не из чего.

   Миры каждый творит сам для себя и сам из себя. Больше не из чего.

   — Многобукаф. Книга для · книга
2. «

   — Так это что же… — карлик растерянно заморгал, — это, выходит, правда? Все, что Вы говорили? Насчет того, что жизнь — игра, и мы все обречены в ней… по кругу, без конца, без выбора… Вы не обманули этих… этих… — Обманул, конечно, — усмехнулся Властелин, и в его улыбке сквозило торжество. — Выбор всегда есть. Там же не одна надпись, а две. Можно начать игру заново, а можно… — Что? — Выйти из игры.

   — Так это что же… — карлик растерянно заморгал, — это, выходит, правда? Все, что Вы говорили? Насчет того, что жизнь — игра, и мы все обречены в ней… по кругу, без конца, без выбора… Вы не обманули этих… этих… — Обманул, конечно, — усмехнулся Властелин, и в его улыбке сквозило торжество. — Выбор всегда есть. Там же не одна надпись, а две. Можно начать игру заново, а можно… — Что? — Выйти из игры.

   — Многобукаф. Книга для · книга
3. «

   — Ты сам посмотри! Сколько я всего для людей сделал! Горы им воздвиг — раз! Степи расстелил — два! Леса насадил — три! А каких животных наплодил! И всё — ради их удовольствия. — А людей зачем сотворил? — Людей — для собственного удовольствия. Но все остальное — для них.

   — Ты сам посмотри! Сколько я всего для людей сделал! Горы им воздвиг — раз! Степи расстелил — два! Леса насадил — три! А каких животных наплодил! И всё — ради их удовольствия. — А людей зачем сотворил? — Людей — для собственного удовольствия. Но все остальное — для них.

   — Игры демиургов · книга
4. «

   Умение управлять и умение пробиваться наверх — это два совершенно разных таланта. И они очень редко сочетаются вместе.

   Умение управлять и умение пробиваться наверх — это два совершенно разных таланта. И они очень редко сочетаются вместе.

   — Темный Владыка · книга
5. «

   Костры. Десятки костров, в несколько рядов, и на каждом — корчится заживо сжигаемая ведьма. Горящие от брошенной спички леса. Объятые пламенем автомобили. Печи крематориев в концлагерях. Раскаленные щипцы в руках палача. Поля, затянутые пороховым дымом. Костры из рукописей. И многое, многое другое. — Но есть же и светлые стороны! — в отчаянии возражает Прометей. — Огонь — это тепло, это свет, это горячая еда. Огонь это прогресс! Орел не спеша заворачивает зеркало обратно в покрывало. Насмешливо каркает и улетает. — Лучше бы ты мне печень выклевывал…

   Костры. Десятки костров, в несколько рядов, и на каждом — корчится заживо сжигаемая ведьма. Горящие от брошенной спички леса. Объятые пламенем автомобили. Печи крематориев в концлагерях. Раскаленные щипцы в руках палача. Поля, затянутые пороховым дымом. Костры из рукописей. И многое, многое другое. — Но есть же и светлые стороны! — в отчаянии возражает Прометей. — Огонь — это тепло, это свет, это горячая еда. Огонь это прогресс! Орел не спеша заворачивает зеркало обратно в покрывало. Насмешливо каркает и улетает. — Лучше бы ты мне печень выклевывал…

   — Многобукаф. Книга для · книга
6. «

   Она живёт — и ждёт. Живёт — и надеется. Она умирает последней — и всё никак не умрёт. Ей нельзя умирать — потому что после неё придёт Ненависть. Надежда должна держаться до последнего.

   Она живёт — и ждёт. Живёт — и надеется. Она умирает последней — и всё никак не умрёт. Ей нельзя умирать — потому что после неё придёт Ненависть. Надежда должна держаться до последнего.

   — Многобукаф. Книга для · книга
7. «

   В средней школе будущего Темного Властелина, тогда еще подростка, учили: «Когда наступит час решающей битвы, спроси, что главный герой имеет против тебя лично. Обязательно окажется, что ты убил его отца, или дядю, или наставника, или лучшего друга. И тогда ты должен горько рассмеяться и сказать, что ты и есть его отец/дядя/наставник/друг. Положительные герои в данном плане очень доверчивы».

   В средней школе будущего Темного Властелина, тогда еще подростка, учили: «Когда наступит час решающей битвы, спроси, что главный герой имеет против тебя лично. Обязательно окажется, что ты убил его отца, или дядю, или наставника, или лучшего друга. И тогда ты должен горько рассмеяться и сказать, что ты и есть его отец/дядя/наставник/друг. Положительные герои в данном плане очень доверчивы».

   — Многобукаф. Книга для · книга
8. «

   Кроме того, его пророчества всегда неприятно поражали обилием конкретных подробностей. Настоящие пророки так не пишут. Пророчества должны выглядеть туманными и неоднозначными, а излагать их надлежит архаическим языком, лучше в стихах — этим стилем Афанасий так и не смог овладеть.

   Кроме того, его пророчества всегда неприятно поражали обилием конкретных подробностей. Настоящие пророки так не пишут. Пророчества должны выглядеть туманными и неоднозначными, а излагать их надлежит архаическим языком, лучше в стихах — этим стилем Афанасий так и не смог овладеть.

   — Многобукаф. Книга для · книга
9. «

   — Идея — сказал наконец Мазукта, покачивая на ладони плод. — Мертворожденная. Вот что бывает, когда насилуют Истину. Всегда.

   — Идея — сказал наконец Мазукта, покачивая на ладони плод. — Мертворожденная. Вот что бывает, когда насилуют Истину. Всегда.

   — демиург Мазукта · книга
10. «

    Люди гораздо больше ценят не то, что лучше, а то, что труднее достать.

    Люди гораздо больше ценят не то, что лучше, а то, что труднее достать.

    — демиург Мазукта · книга
11. «

    Гингема критически оглядела свалившийся с неба фургон. — Этот домик, — сказала она, — меня просто убивает!

    Гингема критически оглядела свалившийся с неба фургон. — Этот домик, — сказала она, — меня просто убивает!

    — Запасная книжка · книга
12. «

    — Кукушка, кукушка, сколько мне лет осталось? — Издеваешься? — нахмурилась кукушка. — Да где уж мне... — вздохнул Агасфер.

    — Кукушка, кукушка, сколько мне лет осталось? — Издеваешься? — нахмурилась кукушка. — Да где уж мне... — вздохнул Агасфер.

    — Книга на третье · книга
13. «

    — В моем мире, — ласково улыбнулся Мазукта, — я на такие вопросы отвечаю очень просто: «А в лоб?» — Это не довод, — человек опасливо подался назад. — Зато работает, — осклабился Мазукта. — Спор всегда прекращается. А значит, довод, и притом убойной силы.

    — В моем мире, — ласково улыбнулся Мазукта, — я на такие вопросы отвечаю очень просто: «А в лоб?» — Это не довод, — человек опасливо подался назад. — Зато работает, — осклабился Мазукта. — Спор всегда прекращается. А значит, довод, и притом убойной силы.

    — Мазукта · книга
14. «

    У одного индуса жили три обезьяны: слепая, глухая и немая. Однажды в дом забрался вор, увидел обезьян и собрался их убить, чтобы не оставлять свидетелей. — Ничего не вижу! — поспешно сказала слепая обезьяна. — Ничего не слышу! — добавила глухая. А немая только руками развела: она, мол, и рада бы что-то сказать, да вот не может. Вор успокоился, собрал всякое добро в мешок и убежал. Утром хозяин обнаружил пропажу и вызвал полицию. — Я всё видела! — сказала глухая обезьяна. — Я всё слышала! — добавила слепая. «А я записала номер машины», — показала знаками немая и протянула листок. Как часто нас подводят стереотипы!

    У одного индуса жили три обезьяны: слепая, глухая и немая. Однажды в дом забрался вор, увидел обезьян и собрался их убить, чтобы не оставлять свидетелей. — Ничего не вижу! — поспешно сказала слепая обезьяна. — Ничего не слышу! — добавила глухая. А немая только руками развела: она, мол, и рада бы что-то сказать, да вот не может. Вор успокоился, собрал всякое добро в мешок и убежал. Утром хозяин обнаружил пропажу и вызвал полицию. — Я всё видела! — сказала глухая обезьяна. — Я всё слышала! — добавила слепая. «А я записала номер машины», — показала знаками немая и протянула листок. Как часто нас подводят стереотипы!

    — Книга на третье · книга
15. «

    Весь мир — театр, у каждого в нем свою роль, и все реплики распределены заранее. Но эти сволочи все время импровизируют!

    Весь мир — театр, у каждого в нем свою роль, и все реплики распределены заранее. Но эти сволочи все время импровизируют!

    — Игры демиургов · книга
16. «

    — Ну и зачем всё это было нужно? — поинтересовался наблюдавший за операцией через стекло демиург Мазукта. — Ты имеешь в виду, зачем нужны были боль, кровь и страдания? — Именно. Насколько я понимаю, тебе не составило бы труда провернуть все быстро и безболезненно. Так зачем же..? — Понимаешь… — задумчиво протянул Шамбамбукли, ополаскивая руки после операции, — оно ведь как все должно было быть? Вот захотел человеку бабу. Попросил творца её сделать. Творец вколол ему снотворное, уложил баиньки, трах-тибидох! — а когда человек проснулся, ему подводят уже готовую женщину и говорят «на, мол, пользуйся». И как после этого он станет к ней относиться? Мазукта почесал за ухом и протянул: «поня-а-атно…» — Ну вот. А так… может, он хоть немного будет её ценить? — с надеждой произнёс Шамбамбукли.

    — Ну и зачем всё это было нужно? — поинтересовался наблюдавший за операцией через стекло демиург Мазукта. — Ты имеешь в виду, зачем нужны были боль, кровь и страдания? — Именно. Насколько я понимаю, тебе не составило бы труда провернуть все быстро и безболезненно. Так зачем же..? — Понимаешь… — задумчиво протянул Шамбамбукли, ополаскивая руки после операции, — оно ведь как все должно было быть? Вот захотел человеку бабу. Попросил творца её сделать. Творец вколол ему снотворное, уложил баиньки, трах-тибидох! — а когда человек проснулся, ему подводят уже готовую женщину и говорят «на, мол, пользуйся». И как после этого он станет к ней относиться? Мазукта почесал за ухом и протянул: «поня-а-атно…» — Ну вот. А так… может, он хоть немного будет её ценить? — с надеждой произнёс Шамбамбукли.

    — демиург Мазукта · книга
17. «

    Дракон поднялся и, прихрамывая, пошел в пещеру. Через некоторое время он появился снова, ведя за руку принцессу. — На. Вот твой выигрыш. — Ты что, смеешься??? — завопил рыцарь. — Что мне делать с этой бабой??? Я же тамплиер, служитель церкви!! Где Святой Грааль?? — А я почем знаю? — А кто должен знать? Дракон пожал плечами и охнул, когда левое плечо отозвалось болью. — Парень, это уже твои проблемы. Берешь ее? — Тьфу на тебя! Рыцарь грязно выругался, собрал свое оружие, сел на коня и уехал. — А если бы он пришел за мной? — спросила принцесса. — Ну, тогда я бы вынес ему грааль, — хмыкнул дракон.

    Дракон поднялся и, прихрамывая, пошел в пещеру. Через некоторое время он появился снова, ведя за руку принцессу. — На. Вот твой выигрыш. — Ты что, смеешься??? — завопил рыцарь. — Что мне делать с этой бабой??? Я же тамплиер, служитель церкви!! Где Святой Грааль?? — А я почем знаю? — А кто должен знать? Дракон пожал плечами и охнул, когда левое плечо отозвалось болью. — Парень, это уже твои проблемы. Берешь ее? — Тьфу на тебя! Рыцарь грязно выругался, собрал свое оружие, сел на коня и уехал. — А если бы он пришел за мной? — спросила принцесса. — Ну, тогда я бы вынес ему грааль, — хмыкнул дракон.

    — Многобукаф. Книга для · книга