Подборка · 26 цитат автора

26 цитат Петра Георгиевича Щедровицкого про любовь, время и выбор

Петр Георгиевич Щедровицкий — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 26 цитат: коротко, точно, без воды.

Другие размеры:10 15 20 24 25 27 28 30 40 50 все варианты

... рефлексию в принципе нельзя изучать; ее можно только осуществлять и демонстрировать.
Согласно «Очерку феноменологии права» (1943) А. Кожева, диалектика господина и раба, а точнее, тот риск, которым она сопровождается, и труд, к которому она ведет, является подлинным истоком человека в его историчности. Иными словами, диалектика господина и раба является лишь отображением диалектики природы и истории в человеческом существовании, а значит, и началом собственно человеческих права и морали.
Согласно «Очерку феноменологии права» (1943) А. Кожева, диалектика господина и раба, а точнее, тот риск, которым она сопровождается, и труд, к которому она ведет, является подлинным истоком человека в его историчности. Иными словами, диалектика господина и раба является лишь отображением диалектики природы и истории в человеческом существовании, а значит, и началом собственно человеческих права и морали.
В «Очерке феноменологии права» (1943) А. Кожев трактует «антропогенный акт», сопутствующий готовности идти на предельный риск в становлении человека человеком, в качестве необходимого условия образования морали и права и идеи долга как такового. Рискующее отрицание собственной наличной животности в борьбе предполагает различие между сущим и должным. Должное же предполагает и такая базовая форма специфически человеческой деятельности, как труд.
В «Очерке феноменологии права» (1943) А. Кожев трактует «антропогенный акт», сопутствующий готовности идти на предельный риск в становлении человека человеком, в качестве необходимого условия образования морали и права и идеи долга как такового. Рискующее отрицание собственной наличной животности в борьбе предполагает различие между сущим и должным. Должное же предполагает и такая базовая форма специфически человеческой деятельности, как труд.
Всякая совершенная наука дедуктивна, и в силу этого, как только нам удаётся выделить такие базовые элементы, то, дальше, любое самое сложное явление может быть описано как их комбинация. Но проблема как раз состоит в том, что подобные «простые элементы, которые установлены в математике и в отдельных разделах физики, не исследованы и не разъяснены ни в одной из наук о человеческом мышлении, чувствах и действиях, и в меньшей степени в социальных науках, настолько, чтобы можно было их использовать для умозаключений». «По моему субъективному ощущению — продолжает Шмоллер, — нужна наивность кабинетного ученого, чтобы увидеть в этом изменчивом мире конечные базовые элементы — в научном смысле этого слова — в проявлении человеческих потребностей и личного интереса. Если бы корыстный инстинкт или эгоизм были бы конечными элементами в строго научном смысле, то они должны бы в научной психологии быть четко отделены от других душевных сил. Но об этом нет и речи».
Всякая совершенная наука дедуктивна, и в силу этого, как только нам удаётся выделить такие базовые элементы, то, дальше, любое самое сложное явление может быть описано как их комбинация. Но проблема как раз состоит в том, что подобные «простые элементы, которые установлены в математике и в отдельных разделах физики, не исследованы и не разъяснены ни в одной из наук о человеческом мышлении, чувствах и действиях, и в меньшей степени в социальных науках, настолько, чтобы можно было их использовать для умозаключений». «По моему субъективному ощущению — продолжает Шмоллер, — нужна наивность кабинетного ученого, чтобы увидеть в этом изменчивом мире конечные базовые элементы — в научном смысле этого слова — в проявлении человеческих потребностей и личного интереса. Если бы корыстный инстинкт или эгоизм были бы конечными элементами в строго научном смысле, то они должны бы в научной психологии быть четко отделены от других душевных сил. Но об этом нет и речи».
Культурная политика призвана производить новые смыслы в коммуникации и понимании, создавать культурные гештальты, конструировать новые представления и за счёт этого — формировать пространства для возможных и допустимых в данных рамках поступков и действий. Освоение нового пространства требует изменения самого человека и способов организации его активности.
Культурная политика призвана производить новые смыслы в коммуникации и понимании, создавать культурные гештальты, конструировать новые представления и за счёт этого — формировать пространства для возможных и допустимых в данных рамках поступков и действий. Освоение нового пространства требует изменения самого человека и способов организации его активности.
А. Кожев анализирует различные аргументы в пользу отказа философа от политического действия и находит их неудовлетворительными. Не более удовлетворительны, согласно статье «Тирания и мудрость» (1950), философские аргументы в пользу политической вовлеченности философа. Кожев утверждает невозможность однозначного решения данной проблемы исключительно в плоскости дискуссии и, опираясь на Гегеля, тематизирует метод «исторической верификации» как возможный (хотя и всегда временный) способ выхода из указанного противоречия. Подобную историческую верификацию Кожев трактует как «активный диалог», который предполагает различение победы в чисто «словесном диалоге» и убедительного критерия истины.
А. Кожев анализирует различные аргументы в пользу отказа философа от политического действия и находит их неудовлетворительными. Не более удовлетворительны, согласно статье «Тирания и мудрость» (1950), философские аргументы в пользу политической вовлеченности философа. Кожев утверждает невозможность однозначного решения данной проблемы исключительно в плоскости дискуссии и, опираясь на Гегеля, тематизирует метод «исторической верификации» как возможный (хотя и всегда временный) способ выхода из указанного противоречия. Подобную историческую верификацию Кожев трактует как «активный диалог», который предполагает различение победы в чисто «словесном диалоге» и убедительного критерия истины.
В «Диалектике реального и феноменологическом методе у Гегеля» (1947) А. Кожев связывает диалектический характер тотальности бытия и реальности с присутствием в ней отрицающего начала, то есть осуществляемой человеком свободы. Кожев говорит так: Свобода, которая реализуется и обнаруживается в качестве диалектического или отрицающего Действия, есть, вследствие этого, и по самой своей сущности, творчество. Ведь отрицать данное не переходя в ничто – это значит творить нечто, до сих пор не существовавшее; это именно то, что называется “творчеством”. Иными словами, действительно заниматься творчеством можно лишь отрицая реально данное
В «Диалектике реального и феноменологическом методе у Гегеля» (1947) А. Кожев связывает диалектический характер тотальности бытия и реальности с присутствием в ней отрицающего начала, то есть осуществляемой человеком свободы. Кожев говорит так: Свобода, которая реализуется и обнаруживается в качестве диалектического или отрицающего Действия, есть, вследствие этого, и по самой своей сущности, творчество. Ведь отрицать данное не переходя в ничто – это значит творить нечто, до сих пор не существовавшее; это именно то, что называется “творчеством”. Иными словами, действительно заниматься творчеством можно лишь отрицая реально данное
Онтология — это прежде всего фиксации и трансляции проблем и проблематизированных смыслов. Всякая схема, претендующая на статус онтологической, характеризуется прежде всего той совокупностью проблем, которые она фиксирует и собирает (фокусирует) на себе. При этом онтологическая схема выполняет вторую важнейшую функцию — освобождение мыслящего агента от результатов предыдущего мышления и деятельности.
Онтология — это прежде всего фиксации и трансляции проблем и проблематизированных смыслов. Всякая схема, претендующая на статус онтологической, характеризуется прежде всего той совокупностью проблем, которые она фиксирует и собирает (фокусирует) на себе. При этом онтологическая схема выполняет вторую важнейшую функцию — освобождение мыслящего агента от результатов предыдущего мышления и деятельности.
Образовательная политика не может быть оторвана от региональной политики и промышленной политики и разворачиваться отдельно от них. Инвестиции в систему подготовки не могут быть отделены от трансформации системы «здравостроительства», экологической и культурной политики. При этом главным приоритетом политики развития является формирование институтов поддержки циклов жизни знаний.
Образовательная политика не может быть оторвана от региональной политики и промышленной политики и разворачиваться отдельно от них. Инвестиции в систему подготовки не могут быть отделены от трансформации системы «здравостроительства», экологической и культурной политики. При этом главным приоритетом политики развития является формирование институтов поддержки циклов жизни знаний.
В современной системе государственного управления России только президентская власть способна вырабатывать стратегическое видение ситуации и осуществлять стратегическое политическое управление. Правительство, Госдума и система судов фактически определили себя как технические институты. Именно поэтому — на фоне усложнения мировой экономической и политической ситуации — возрастает роль и ответственность президентской власти.
В современной системе государственного управления России только президентская власть способна вырабатывать стратегическое видение ситуации и осуществлять стратегическое политическое управление. Правительство, Госдума и система судов фактически определили себя как технические институты. Именно поэтому — на фоне усложнения мировой экономической и политической ситуации — возрастает роль и ответственность президентской власти.
Большая часть специалистов (как представители теории управления, так и историки) относит факт зарождения организационно-управленческой мыследеятельности к последней четверти ХIХ века. Именно в этот период происходит объединение двух линий развития мысли: линии, связанной с общественными науками (теорией государства и права, социологией и социальной психологией, историей), и линии, связанной с экспансией практического интеллекта (в сфере политики, административного права, формирования крупной промышленности).
Большая часть специалистов (как представители теории управления, так и историки) относит факт зарождения организационно-управленческой мыследеятельности к последней четверти ХIХ века. Именно в этот период происходит объединение двух линий развития мысли: линии, связанной с общественными науками (теорией государства и права, социологией и социальной психологией, историей), и линии, связанной с экспансией практического интеллекта (в сфере политики, административного права, формирования крупной промышленности).
... для более широкого распространения любые идеи нуждаются не только, и даже не столько в героических «подвижниках», сколько в философском и научно-теоретическим обосновании. Именно философия и теория, выявляя и описывая «картину мира», онтологию с её причинно-следственными связями или » закономерностями» через одно-два поколения влияет на самоопределение более широких групп людей – профессиональные и родительские сообщества, представителей государственных органов управления, да и на самих педагогов, в конце концов.
... для более широкого распространения любые идеи нуждаются не только, и даже не столько в героических «подвижниках», сколько в философском и научно-теоретическим обосновании. Именно философия и теория, выявляя и описывая «картину мира», онтологию с её причинно-следственными связями или » закономерностями» через одно-два поколения влияет на самоопределение более широких групп людей – профессиональные и родительские сообщества, представителей государственных органов управления, да и на самих педагогов, в конце концов.
Термин «организация» в системомыследеятельном подходе имеет, по крайней мере, два различных смысла: один раз мы говорим о деятельном отношении, а второй раз – о некоторой конструкции или форме. Оба эти момента должны быть учтены и органически связаны в одном деятельностном представлении.
Термин «организация» в системомыследеятельном подходе имеет, по крайней мере, два различных смысла: один раз мы говорим о деятельном отношении, а второй раз – о некоторой конструкции или форме. Оба эти момента должны быть учтены и органически связаны в одном деятельностном представлении.
Практически все экспертные сообщества и группы, независимо от политических пристрастий и культурной принадлежности, согласны, что в мире происходят кардинальные изменения. В последнее десятилетие ХХ века предпринимались попытки осмыслить направление и масштаб событий — ведь от правильного ответа на вопрос о сути происходящих макропроцессов зависит наша способность подготовиться к изменениям и приспособиться к ним. Мы исходим из гипотезы, что производство нововведений и превращение этой сферы в хозяйственно-экономический и социокультурный уклад современного мирового развития задает основные направления изменений в начале столетия. От экономики производства товаров и услуг массового спроса человечество переходит к экономике производства и расширенного воспроизводства нововведений.
Практически все экспертные сообщества и группы, независимо от политических пристрастий и культурной принадлежности, согласны, что в мире происходят кардинальные изменения. В последнее десятилетие ХХ века предпринимались попытки осмыслить направление и масштаб событий — ведь от правильного ответа на вопрос о сути происходящих макропроцессов зависит наша способность подготовиться к изменениям и приспособиться к ним. Мы исходим из гипотезы, что производство нововведений и превращение этой сферы в хозяйственно-экономический и социокультурный уклад современного мирового развития задает основные направления изменений в начале столетия. От экономики производства товаров и услуг массового спроса человечество переходит к экономике производства и расширенного воспроизводства нововведений.
Человек — это система, для которого то, чего нет, будущее, более реально чем то, что есть. Человек — это проектное существо. Эта проектность по всей видимости лежит настолько в глубоких этажах нашего психо-физиологического устройства и сознания, что мы до сих пор не понимаем, как оно там работает. Последние исследования психофизиологических процессов показали следующую вещь: для сознания без разницы виртуальный или реальный мир. Сознание воспринимает виртуальность как реальность. Т.е. те же самые нейроны задействуются и структурируются в те же самые трассы движения импульсов как и при взаимодействии с тем, что мы считаем реальностью. То же самое лежит в механизме времЕнности действия, например планирования. Сам момент, что материя времени структурируется в некие фазы, этапы, которые соотносятся с некими фазами жизни, и приобретают некий личностный смысл, это глубинный механизм. И именно эту сторону мы, как представители методологической школы, рисуем в схеме шага развития. В этой схеме есть некая ситуация прошлого, некая ситуация будущего, и есть переход из прошлого в будущее, которое суть настоящее, которое работает с образами прошлого и образами будущего. Соединяя и переконфигурируя их в некоторые структуры. Теперь надо сказать еще одну фразу. По всей видимости таким предметом, который фиксирует устремленность человека в будущее, когда-то психологи и философы назвали смыслом. Мы говорим, что человек действует осмысленно. Или наоборот — он потерял смысл. Или — нужно восстановить смысл. Смысл есть такая организованность человеческой мыследеятельности, которая привязана к этому горизонту действия.
Человек — это система, для которого то, чего нет, будущее, более реально чем то, что есть. Человек — это проектное существо. Эта проектность по всей видимости лежит настолько в глубоких этажах нашего психо-физиологического устройства и сознания, что мы до сих пор не понимаем, как оно там работает. Последние исследования психофизиологических процессов показали следующую вещь: для сознания без разницы виртуальный или реальный мир. Сознание воспринимает виртуальность как реальность. Т.е. те же самые нейроны задействуются и структурируются в те же самые трассы движения импульсов как и при взаимодействии с тем, что мы считаем реальностью. То же самое лежит в механизме времЕнности действия, например планирования. Сам момент, что материя времени структурируется в некие фазы, этапы, которые соотносятся с некими фазами жизни, и приобретают некий личностный смысл, это глубинный механизм. И именно эту сторону мы, как представители методологической школы, рисуем в схеме шага развития. В этой схеме есть некая ситуация прошлого, некая ситуация будущего, и есть переход из прошлого в будущее, которое суть настоящее, которое работает с образами прошлого и образами будущего. Соединяя и переконфигурируя их в некоторые структуры. Теперь надо сказать еще одну фразу. По всей видимости таким предметом, который фиксирует устремленность человека в будущее, когда-то психологи и философы назвали смыслом. Мы говорим, что человек действует осмысленно. Или наоборот — он потерял смысл. Или — нужно восстановить смысл. Смысл есть такая организованность человеческой мыследеятельности, которая привязана к этому горизонту действия.
Промышленная политика как самостоятельный государственный инструмент управления окончательно оформилась только в индустриальном обществе. Она зиждется на вере в способность решения экономических и социальных задач за счет технико-технологических мероприятий, реализации инженерных решений.
Промышленная политика как самостоятельный государственный инструмент управления окончательно оформилась только в индустриальном обществе. Она зиждется на вере в способность решения экономических и социальных задач за счет технико-технологических мероприятий, реализации инженерных решений.
«Совершенно очевидна ошибочность мнения — пишет Вебер, — согласно которому «свобода» воления, как бы ее не понимать, идентична «иррациональности» поведения или что последняя обусловлена первой. Специфические «не поддающиеся учету действия», равные «слепым природным силам» — привилегия сумасшедшего. Напротив, наивысшую степень эмпирической свободы мы связываем именно с теми действиями, которые осознаём как рациональные, то есть совершаемые без физического и психического «принуждения», не под властью страстей, «аффектов», «случайного» омрачения ясности суждения; с теми действиями, посредством которых мы преследуем ясно осознанную нами цель, применяя самые адекватные, в меру нашего знания, то есть в соотвествии с эмпирическими правилами, средства».
«Совершенно очевидна ошибочность мнения — пишет Вебер, — согласно которому «свобода» воления, как бы ее не понимать, идентична «иррациональности» поведения или что последняя обусловлена первой. Специфические «не поддающиеся учету действия», равные «слепым природным силам» — привилегия сумасшедшего. Напротив, наивысшую степень эмпирической свободы мы связываем именно с теми действиями, которые осознаём как рациональные, то есть совершаемые без физического и психического «принуждения», не под властью страстей, «аффектов», «случайного» омрачения ясности суждения; с теми действиями, посредством которых мы преследуем ясно осознанную нами цель, применяя самые адекватные, в меру нашего знания, то есть в соотвествии с эмпирическими правилами, средства».
В философии и методологии знание о незнании называется «проблемой». Поэтому три ключевых технологических момента любого управления — проблематизация, выявление «зоны незнания»; выделение проблем и их фиксация; переход к проектированию. Любой проект — оборотная сторона проблемы.
В философии и методологии знание о незнании называется «проблемой». Поэтому три ключевых технологических момента любого управления — проблематизация, выявление «зоны незнания»; выделение проблем и их фиксация; переход к проектированию. Любой проект — оборотная сторона проблемы.
Человек может действовать (трудиться и бороться), руководствуясь даже ошибкой и заблуждением. Он в силах некоторое время удерживать ее в «природе» (как минимум, в реальности своего мышления, мотивации), но именно в таком удержании ошибки обнаруживается, что ложное не абсолютно ничтожно. Рассогласование с реальностью само вполне реально, а потому участвует в судьбе человека (например, в качестве идеала, замысла, проекта). Всякое заблуждение предполагает свой уникальный путь исправления и некое позитивное содержание. Труд и борьба направлены на «исправление» ошибки, то есть к утверждению истины, чем они обеспечивают качественные сдвиги в истории.
Человек может действовать (трудиться и бороться), руководствуясь даже ошибкой и заблуждением. Он в силах некоторое время удерживать ее в «природе» (как минимум, в реальности своего мышления, мотивации), но именно в таком удержании ошибки обнаруживается, что ложное не абсолютно ничтожно. Рассогласование с реальностью само вполне реально, а потому участвует в судьбе человека (например, в качестве идеала, замысла, проекта). Всякое заблуждение предполагает свой уникальный путь исправления и некое позитивное содержание. Труд и борьба направлены на «исправление» ошибки, то есть к утверждению истины, чем они обеспечивают качественные сдвиги в истории.
Расскажу курьёзную историю. Когда в 1980 или 1981 году Георгий Петрович (Щедровицкий) делал доклад в НИИ ОПП о методе ОДИ, на него случайно попала американская делегация. Среди них был советник Буша-старшего по вопросам образования. Прослушав первую часть доклада, он вдруг достал из кармана калькулятор и стал что-то считать. По завершении он спросил ГП: «Правильно ли я понял, что в игре принимает участие 100-120 специалистов и она длится 7/8 дней? Скажите, а кто Вас финансирует». ГП ему отвечает: «Никто. Люди берут отгулы или отпуск за свой счёт. Едут через всю страну для того чтобы принять участие в игре. Заказчик предоставляет пансионат или зал для проведения мероприятий. Команда работает бесплатно». «Я все понял — сказал американец. Вы не можете говорить. Но я понял. Есть только две организации в мире которые могут позволить себе такие расходы. Пентагон и Министерство обороны СССР. Спасибо!».
Расскажу курьёзную историю. Когда в 1980 или 1981 году Георгий Петрович (Щедровицкий) делал доклад в НИИ ОПП о методе ОДИ, на него случайно попала американская делегация. Среди них был советник Буша-старшего по вопросам образования. Прослушав первую часть доклада, он вдруг достал из кармана калькулятор и стал что-то считать. По завершении он спросил ГП: «Правильно ли я понял, что в игре принимает участие 100-120 специалистов и она длится 7/8 дней? Скажите, а кто Вас финансирует». ГП ему отвечает: «Никто. Люди берут отгулы или отпуск за свой счёт. Едут через всю страну для того чтобы принять участие в игре. Заказчик предоставляет пансионат или зал для проведения мероприятий. Команда работает бесплатно». «Я все понял — сказал американец. Вы не можете говорить. Но я понял. Есть только две организации в мире которые могут позволить себе такие расходы. Пентагон и Министерство обороны СССР. Спасибо!».

20 из 26