28 фраз Пола Марса, которые запоминаются

Ниже 28 цитат Пола Марса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Из-за тебя у меня теперь такое чувство, будто настоящего мира вообще нет. Только огромное множество общих заблуждений. Он улыбнулся ей. — Но это же невозможно! — возразила она. — Настоящие вещи происходят: может быть больно; Хила, к примеру, сломал тому татуированному человеку запястье. А пару дней назад ты сам потянул лодыжку!

   — Из-за тебя у меня теперь такое чувство, будто настоящего мира вообще нет. Только огромное множество общих заблуждений. Он улыбнулся ей. — Но это же невозможно! — возразила она. — Настоящие вещи происходят: может быть больно; Хила, к примеру, сломал тому татуированному человеку запястье. А пару дней назад ты сам потянул лодыжку!

   — Сэм Джонс · книга
2. «

   — Прошу прощения, если выгляжу полным дураком, но почему я привязан к этой железной дороге? Женщина рассмеялась. — Потому что я собираюсь выйти за тебя замуж.

   — Прошу прощения, если выгляжу полным дураком, но почему я привязан к этой железной дороге? Женщина рассмеялась. — Потому что я собираюсь выйти за тебя замуж.

   — Каван Скотт · книга
3. «

   Они могли бы быть «Малышами в лесу», заснувшими, укрывшись листьями, вот только один из них был покрыт чешуёй, а на другой была футболка с названием группы Blur. Они могли бы быть зачарованными возлюбленными из «Сна в летнюю ночь», если бы не действовали друг другу на нервы.

   Они могли бы быть «Малышами в лесу», заснувшими, укрывшись листьями, вот только один из них был покрыт чешуёй, а на другой была футболка с названием группы Blur. Они могли бы быть зачарованными возлюбленными из «Сна в летнюю ночь», если бы не действовали друг другу на нервы.

   — Сэм Джонс · книга
4. «

   А потом я подумала: «Какая нелепость. Мы сидим в стойле со свиньями, которых растит на убой раса чёртовых попугаев, а я думаю о мужчине, которого люблю уже сотни лет».

   А потом я подумала: «Какая нелепость. Мы сидим в стойле со свиньями, которых растит на убой раса чёртовых попугаев, а я думаю о мужчине, которого люблю уже сотни лет».

   — Айрис · книга
5. «

   — Во что ты впуталась, Айрис? — без злости спросил Доктор. — Тебе лучше не знать. — Я должен знать. Ты уже впутала в это и меня, и Сэм.

   — Во что ты впуталась, Айрис? — без злости спросил Доктор. — Тебе лучше не знать. — Я должен знать. Ты уже впутала в это и меня, и Сэм.

   — Доктор · книга
6. «

   Он пожалел, что его память была такой слабой. Иногда, когда он пытался вспомнить что-нибудь из своих предыдущих жизней, он словно вспоминал что-то, что ему рассказали или приснилось, или он прочёл об этом в книге. Из-за этого он чувствовал себя очень молодым. Очень маленьким на фоне величия своей жизни. Иногда не стоило утруждать свой разум, чтобы мысленно вернуться в какой-нибудь момент до Скаро, Лондона, Сан-Франциско, Лангбэрроу. Пускай прошлое приходит тогда, когда само того пожелает, — считал он. Так лучше всего. Потому что рано или поздно оно всё равно вернётся.

   Он пожалел, что его память была такой слабой. Иногда, когда он пытался вспомнить что-нибудь из своих предыдущих жизней, он словно вспоминал что-то, что ему рассказали или приснилось, или он прочёл об этом в книге. Из-за этого он чувствовал себя очень молодым. Очень маленьким на фоне величия своей жизни. Иногда не стоило утруждать свой разум, чтобы мысленно вернуться в какой-нибудь момент до Скаро, Лондона, Сан-Франциско, Лангбэрроу. Пускай прошлое приходит тогда, когда само того пожелает, — считал он. Так лучше всего. Потому что рано или поздно оно всё равно вернётся.

   — Сэм Джонс · книга
7. «

   О, благослови вас всех господь. Только лишь дураки доверяют тому, что им скажут.

   О, благослови вас всех господь. Только лишь дураки доверяют тому, что им скажут.

   — Каван Скотт · книга
8. «

   — Забавно, что высокоскоростные поезда должны ехать по прямой линии. Это и делает их высокоскоростными, – женщина громко зевнула. – Поезда! Мне скучно от самой себя, но это правда. Прямая линия равняется «вухуу!». А эта железная дорога идет по чудесной прямой из пункта А в пункт Б как никогда быстро. Кроме этого места, где она совершает странный небольшой объезд вокруг казначейского округа. Очень забавно, – она поднялась и отряхнулась от пыли. – Она идет прямо через луга, поля, полные белок и жаб, и церковь бедного Сент-Джона. И это вызывает небольшую проблему, к которой мы вернемся через секунду. Бобо извивался в веревках. — Миссис Би, я бы сказал, что сейчас самое время развязать меня. Вы обещали, в конце концов. Жена Бобо вскинула бровь. — Я думаю, ты обнаружишь, что я не давала никаких обещаний – фокус, которому я научилась у тебя, милый. А теперь, когда я вышла за тебя, маленький документ, который я недавно заверила у твоей слегка истерзанной и травмированной команды юристов, гласит – большими, даже заглавными буквами – что все твои деньги теперь принадлежат мне. Если я отпущу тебя, ты будешь следить и пытаться сказать, чтобы я не потратила это все на таксидермию и сахарную вату.

   — Забавно, что высокоскоростные поезда должны ехать по прямой линии. Это и делает их высокоскоростными, – женщина громко зевнула. – Поезда! Мне скучно от самой себя, но это правда. Прямая линия равняется «вухуу!». А эта железная дорога идет по чудесной прямой из пункта А в пункт Б как никогда быстро. Кроме этого места, где она совершает странный небольшой объезд вокруг казначейского округа. Очень забавно, – она поднялась и отряхнулась от пыли. – Она идет прямо через луга, поля, полные белок и жаб, и церковь бедного Сент-Джона. И это вызывает небольшую проблему, к которой мы вернемся через секунду. Бобо извивался в веревках. — Миссис Би, я бы сказал, что сейчас самое время развязать меня. Вы обещали, в конце концов. Жена Бобо вскинула бровь. — Я думаю, ты обнаружишь, что я не давала никаких обещаний – фокус, которому я научилась у тебя, милый. А теперь, когда я вышла за тебя, маленький документ, который я недавно заверила у твоей слегка истерзанной и травмированной команды юристов, гласит – большими, даже заглавными буквами – что все твои деньги теперь принадлежат мне. Если я отпущу тебя, ты будешь следить и пытаться сказать, чтобы я не потратила это все на таксидермию и сахарную вату.

   — Каван Скотт · книга
9. «

   — Ты не видишь, как они подавляют тебя. Ты такой ребёнок. Ты говоришь правду, ты говоришь всем своим разумом и своим телом, и ты веришь, что они говорят правду. Ты сама рассеянность, ты не сосредоточена. Ты кидаешь своё тело в пустоту и считаешь, что тебе не будет никакого вреда.

   — Ты не видишь, как они подавляют тебя. Ты такой ребёнок. Ты говоришь правду, ты говоришь всем своим разумом и своим телом, и ты веришь, что они говорят правду. Ты сама рассеянность, ты не сосредоточена. Ты кидаешь своё тело в пустоту и считаешь, что тебе не будет никакого вреда.

   — Доктор кто: алая императрица · книга
10. «

    — Манипулятор Временной Воронки? – нахмурилась Йайани. – Кто в здравом уме станет его использовать? — Ты разве не слышала, глупышка? Я никогда и не была в здравом уме.

    — Манипулятор Временной Воронки? – нахмурилась Йайани. – Кто в здравом уме станет его использовать? — Ты разве не слышала, глупышка? Я никогда и не была в здравом уме.

    — Каван Скотт · книга
11. «

    — Хисперо — и город, и планета — живут по своим законам. Не следует так пренебрежительно относиться к тёмным силам, которые некоторым удалось тут обуздать, Хила. — Да ладно тебе, Доктор, — сказала Сэм. — Ты же не хочешь сказать, что ты веришь в колдовство и чёрную магию? Уж кто-кто, но ты?! — О книге по обёртке не судят, Сэм, — сказал он. — Это ещё как понимать? — Это значит, что были когда-то времена, когда я считал, что рациональность — это всё. Что можно понять что угодно, если с ясной головой применить логику и не поддаваться суевериям. Я считал всё это ерундой. Но сейчас... — он вздохнул. — Я бы сказал, что я этнометодологист. Это всё ещё наука. Но она о том, чтобы настроить себя на параметры общества, которое посещаешь. Думать с их точки зрения. Видеть их утешительные мифы и идеи изнутри. Теперь я не тороплюсь отбрасывать всё загадочное, похожее на волшебство. Возьмём, к примеру, вампиров, Сэм. Ты выросла с мыслью о том, что вампиры существуют только в фильмах ужасов и в старых легендах. Но ты их встречала: они настоящие. Они существуют на собственных условиях. Они такие же сказочные и обычные, как и мы с тобой.

    — Хисперо — и город, и планета — живут по своим законам. Не следует так пренебрежительно относиться к тёмным силам, которые некоторым удалось тут обуздать, Хила. — Да ладно тебе, Доктор, — сказала Сэм. — Ты же не хочешь сказать, что ты веришь в колдовство и чёрную магию? Уж кто-кто, но ты?! — О книге по обёртке не судят, Сэм, — сказал он. — Это ещё как понимать? — Это значит, что были когда-то времена, когда я считал, что рациональность — это всё. Что можно понять что угодно, если с ясной головой применить логику и не поддаваться суевериям. Я считал всё это ерундой. Но сейчас... — он вздохнул. — Я бы сказал, что я этнометодологист. Это всё ещё наука. Но она о том, чтобы настроить себя на параметры общества, которое посещаешь. Думать с их точки зрения. Видеть их утешительные мифы и идеи изнутри. Теперь я не тороплюсь отбрасывать всё загадочное, похожее на волшебство. Возьмём, к примеру, вампиров, Сэм. Ты выросла с мыслью о том, что вампиры существуют только в фильмах ужасов и в старых легендах. Но ты их встречала: они настоящие. Они существуют на собственных условиях. Они такие же сказочные и обычные, как и мы с тобой.

    — Доктор · книга
12. «

    Она была женщиной, привыкшей к одиночеству. Многие годы она путешествовала одна, считая саму себя отличной компанией, лучшей, на которою она могла рассчитывать. Её собственные шутки казались ей смешными, у неё был чудесный вкус относительно музыки, искусства, одежды, еды, вин, поэзии, прозы и мест, её комментарии всегда были уместны, она всегда могла выдать подходящую случаю цитату. Ни один из потенциальных спутников не имел ни единого шанса в сравнении с теми качествами, которые она видела в себе самой. Раз или два она пробовала путешествовать со спутником, чтобы было с кем разделить затраты и нервное напряжение, чтобы облегчить духовную и психологическую нагрузку долгих странствий в пространстве и времени. Но эти люди, которых она приглашала в свою ТАРДИС, в конечном итоге лишь действовали ей на нервы.

    Она была женщиной, привыкшей к одиночеству. Многие годы она путешествовала одна, считая саму себя отличной компанией, лучшей, на которою она могла рассчитывать. Её собственные шутки казались ей смешными, у неё был чудесный вкус относительно музыки, искусства, одежды, еды, вин, поэзии, прозы и мест, её комментарии всегда были уместны, она всегда могла выдать подходящую случаю цитату. Ни один из потенциальных спутников не имел ни единого шанса в сравнении с теми качествами, которые она видела в себе самой. Раз или два она пробовала путешествовать со спутником, чтобы было с кем разделить затраты и нервное напряжение, чтобы облегчить духовную и психологическую нагрузку долгих странствий в пространстве и времени. Но эти люди, которых она приглашала в свою ТАРДИС, в конечном итоге лишь действовали ей на нервы.

    — Айрис · книга
13. «

    ПРОФИЛЬ СПЕЙСБУК ИМЯ: Мистресс РАБОТА: Добренькая сверкающая счастливая феечка в веселом-веселом и милом Хранилище у Доктора. НИКНЕЙМ: Мисси ДРУГИЕ ИМЕНА: Профессор Таскалес, полковник Мастерс, Преподобный Магистр, сэр Жиль Эстрам, мистер Саксон. Слушайте, если бы я назвалась «Реджи» или, скажем, «Дейв», даже у Доктора не хватило бы хамства заподозрить, что это я. Раньше я часто беспокоилась о том, чтобы замаскироваться от него, но, в конце-концов, что такого в том, что я хочу немного внимания? МЕСТО ПРОЖИВАНИЯ: Бристоль. У меня, кстати, нет абсолютно никаких планов стереть его с лица Земли тактическим ядерным ударом, и любое подлое подозрение в обратном не более чем ложь, ложь, в печень нож. ОТНОШЕНИЯ: Понятия не имею что это такое. ЛЮБИМАЯ ЦИТАТА: «Мне от вас нужно только две вещи: подчинение и послушание» ВАЖНЫЕ СОБЫТИЯ: Родился, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, взял тело какого-то типа, опять умер, и снова умер, как всегда умер, стал человеком, прекратил быть человеком, умер, умер, стал женщиной, круто!

    ПРОФИЛЬ СПЕЙСБУК ИМЯ: Мистресс РАБОТА: Добренькая сверкающая счастливая феечка в веселом-веселом и милом Хранилище у Доктора. НИКНЕЙМ: Мисси ДРУГИЕ ИМЕНА: Профессор Таскалес, полковник Мастерс, Преподобный Магистр, сэр Жиль Эстрам, мистер Саксон. Слушайте, если бы я назвалась «Реджи» или, скажем, «Дейв», даже у Доктора не хватило бы хамства заподозрить, что это я. Раньше я часто беспокоилась о том, чтобы замаскироваться от него, но, в конце-концов, что такого в том, что я хочу немного внимания? МЕСТО ПРОЖИВАНИЯ: Бристоль. У меня, кстати, нет абсолютно никаких планов стереть его с лица Земли тактическим ядерным ударом, и любое подлое подозрение в обратном не более чем ложь, ложь, в печень нож. ОТНОШЕНИЯ: Понятия не имею что это такое. ЛЮБИМАЯ ЦИТАТА: «Мне от вас нужно только две вещи: подчинение и послушание» ВАЖНЫЕ СОБЫТИЯ: Родился, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, умер, взял тело какого-то типа, опять умер, и снова умер, как всегда умер, стал человеком, прекратил быть человеком, умер, умер, стал женщиной, круто!

    — Каван Скотт · книга
14. «

    Лишь мужское эго считает, что может всё изменить, потянув за несколько ниточек.

    Лишь мужское эго считает, что может всё изменить, потянув за несколько ниточек.

    — Айрис · книга
15. «

    — Курение – такая отвратительная привычка. – заявила Мисси подлетев к ним. – Рано или поздно она тебя убьет. Если только злая Фелисити, – тут Мисси повысила голос и наклонила голову к всхлипывающей жертве, – не заставит Геральда сделать это раньше, его длинным и, давайте будем честными, переоцененным объективом камеры.

    — Курение – такая отвратительная привычка. – заявила Мисси подлетев к ним. – Рано или поздно она тебя убьет. Если только злая Фелисити, – тут Мисси повысила голос и наклонила голову к всхлипывающей жертве, – не заставит Геральда сделать это раньше, его длинным и, давайте будем честными, переоцененным объективом камеры.

    — Каван Скотт · книга
16. «

    — А что я получаю вместо благодарности? – сказала Мисси, делая вид что плачет, – Непослушных детей. Невнимательных детей. Грубых детей. — Прости нас, Мисси, – сказал Джек, – нам очень стыдно, что мы сбегали ради приключений в центре Земли и на Луне. — И на Марсе, – она щёлкнула пальцами, – вы вынудили меня проделать неблизкий путь до самого Марса, помните? Чтобы спасти вас из дворца того дурацкого короля-лобстера, или как его там. Мне пришлось победить того огромного осьминога на королевской арене просто ради того, чтобы спасти ваши шкуры. И это полностью испортило все мои выходные. – она оглядела свой темное вельветовое пальто и скривилась, – а теперь, я ещё и в Лунной Пыли с головы до пят.

    — А что я получаю вместо благодарности? – сказала Мисси, делая вид что плачет, – Непослушных детей. Невнимательных детей. Грубых детей. — Прости нас, Мисси, – сказал Джек, – нам очень стыдно, что мы сбегали ради приключений в центре Земли и на Луне. — И на Марсе, – она щёлкнула пальцами, – вы вынудили меня проделать неблизкий путь до самого Марса, помните? Чтобы спасти вас из дворца того дурацкого короля-лобстера, или как его там. Мне пришлось победить того огромного осьминога на королевской арене просто ради того, чтобы спасти ваши шкуры. И это полностью испортило все мои выходные. – она оглядела свой темное вельветовое пальто и скривилась, – а теперь, я ещё и в Лунной Пыли с головы до пят.

    — Каван Скотт · книга
17. «

    Ослепнув, она думала, что не будет скучать по солнечному свету, но она ошиблась.

    Ослепнув, она думала, что не будет скучать по солнечному свету, но она ошиблась.

    — Доктор кто: алая императрица · книга
18. «

    Спокойные моменты всегда забываются.

    Спокойные моменты всегда забываются.

    — Доктор · книга
19. «

    — Зачем вы пришли за мной? — перекрикивала шум мотора Айрис. — Чего ещё хочет эта ваша Императрица? Она мне не верит? Она думает, что я не доведу это до конца? Что ещё за коварство созрело в её старой, мерзкой, сморщенной голове? Хила толкнул её локтем: — Дай ему хоть слово вставить.

    — Зачем вы пришли за мной? — перекрикивала шум мотора Айрис. — Чего ещё хочет эта ваша Императрица? Она мне не верит? Она думает, что я не доведу это до конца? Что ещё за коварство созрело в её старой, мерзкой, сморщенной голове? Хила толкнул её локтем: — Дай ему хоть слово вставить.

    — Айрис · книга
20. «

    — Она не такая, как я ожидала, — прошептала Айрис. — Всё всегда не такое, как мы ожидаем.

    — Она не такая, как я ожидала, — прошептала Айрис. — Всё всегда не такое, как мы ожидаем.

    — Доктор · книга