67 мудрых мыслей Пола Марса

Ниже 67 цитат Пола Марса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Дайте мне порок, дайте мне скандал. Давайте мне мир, который изобрёл желание.

   Дайте мне порок, дайте мне скандал. Давайте мне мир, который изобрёл желание.

   — Сэм Джонс · книга
2. «

   Сэм спросила: — Почему вы все так боитесь Алой Императрицы? — Кто сказал, что мы боимся? — резко ответил он. Между его зубами были ниточки густой слюны. — Вы словно по стойке смирно становитесь, когда узнаёте, что она вас разыскивает. И говорите о ней с другой интонацией. — Я не боюсь, — сказал он.

   Сэм спросила: — Почему вы все так боитесь Алой Императрицы? — Кто сказал, что мы боимся? — резко ответил он. Между его зубами были ниточки густой слюны. — Вы словно по стойке смирно становитесь, когда узнаёте, что она вас разыскивает. И говорите о ней с другой интонацией. — Я не боюсь, — сказал он.

   — Сэм Джонс · книга
3. «

   — Почему ты попыталась убить Рассилона? Резкое изменение темы снова поставило Йайани в тупик, как и должно было. Её лицо потемнело. — Мне было одиноко. — И ты решила убить Лорда Президента Галлифрея из-за того, что тебе было не с кем поболтать?

   — Почему ты попыталась убить Рассилона? Резкое изменение темы снова поставило Йайани в тупик, как и должно было. Её лицо потемнело. — Мне было одиноко. — И ты решила убить Лорда Президента Галлифрея из-за того, что тебе было не с кем поболтать?

   — Каван Скотт · книга
4. «

   — Зачем вы пришли за мной? — перекрикивала шум мотора Айрис. — Чего ещё хочет эта ваша Императрица? Она мне не верит? Она думает, что я не доведу это до конца? Что ещё за коварство созрело в её старой, мерзкой, сморщенной голове? Хила толкнул её локтем: — Дай ему хоть слово вставить.

   — Зачем вы пришли за мной? — перекрикивала шум мотора Айрис. — Чего ещё хочет эта ваша Императрица? Она мне не верит? Она думает, что я не доведу это до конца? Что ещё за коварство созрело в её старой, мерзкой, сморщенной голове? Хила толкнул её локтем: — Дай ему хоть слово вставить.

   — Айрис · книга
5. «

   Вежливым быть не больно.

   Вежливым быть не больно.

   — Доктор кто: алая императрица · книга
6. «

   — Мне кажется, — сказал Хила, — что она хочет оставить нас тут. — О, — устало сказала Сэм. — Зачем? Почему ты всегда предполагаешь худшее? — Нам за всё это путешествие хоть раз попадался кто-нибудь, желавший нам добра? Сэм задумалась: — Вообще-то, нет.

   — Мне кажется, — сказал Хила, — что она хочет оставить нас тут. — О, — устало сказала Сэм. — Зачем? Почему ты всегда предполагаешь худшее? — Нам за всё это путешествие хоть раз попадался кто-нибудь, желавший нам добра? Сэм задумалась: — Вообще-то, нет.

   — Сэм Джонс · книга
7. «

   Почему у мужчин не может быть коровьего бешенства? Потому что все мужики свиньи!

   Почему у мужчин не может быть коровьего бешенства? Потому что все мужики свиньи!

   — Каван Скотт · книга
8. «

   — Она не такая, как я ожидала, — прошептала Айрис. — Всё всегда не такое, как мы ожидаем.

   — Она не такая, как я ожидала, — прошептала Айрис. — Всё всегда не такое, как мы ожидаем.

   — Доктор · книга
9. «

   — Я не Доктор, – прорычала Мисси, стоя нос к носу с высокомерным лицом голограммы. – Меня нельзя дразнить или пристыдить. Те, кто пытался, очень плохо закончили. Попробуй снова – и я вырву твои сердца. Напыщенный идиот улыбнулся, действительно улыбнулся. — Без ТАРДИС? Я бы на это посмотрел. Ты можешь, конечно, отказаться от нашего предложения... — Тогда я отказываюсь. — ...и провести остаток своих дней на этом незначительном тёмно-бордовом шаре грязи. Мисси перевела взгляд на Йайани. — Почему бы тогда вашей верной комнатной собачке не пристрелить меня? — И отказать Скарасенам в угощении? — Жаль вас расстраивать, но им можно сказать пока-пока.

   — Я не Доктор, – прорычала Мисси, стоя нос к носу с высокомерным лицом голограммы. – Меня нельзя дразнить или пристыдить. Те, кто пытался, очень плохо закончили. Попробуй снова – и я вырву твои сердца. Напыщенный идиот улыбнулся, действительно улыбнулся. — Без ТАРДИС? Я бы на это посмотрел. Ты можешь, конечно, отказаться от нашего предложения... — Тогда я отказываюсь. — ...и провести остаток своих дней на этом незначительном тёмно-бордовом шаре грязи. Мисси перевела взгляд на Йайани. — Почему бы тогда вашей верной комнатной собачке не пристрелить меня? — И отказать Скарасенам в угощении? — Жаль вас расстраивать, но им можно сказать пока-пока.

   — Каван Скотт · книга
10. «

    Он пожалел, что его память была такой слабой. Иногда, когда он пытался вспомнить что-нибудь из своих предыдущих жизней, он словно вспоминал что-то, что ему рассказали или приснилось, или он прочёл об этом в книге. Из-за этого он чувствовал себя очень молодым. Очень маленьким на фоне величия своей жизни. Иногда не стоило утруждать свой разум, чтобы мысленно вернуться в какой-нибудь момент до Скаро, Лондона, Сан-Франциско, Лангбэрроу. Пускай прошлое приходит тогда, когда само того пожелает, — считал он. Так лучше всего. Потому что рано или поздно оно всё равно вернётся.

    Он пожалел, что его память была такой слабой. Иногда, когда он пытался вспомнить что-нибудь из своих предыдущих жизней, он словно вспоминал что-то, что ему рассказали или приснилось, или он прочёл об этом в книге. Из-за этого он чувствовал себя очень молодым. Очень маленьким на фоне величия своей жизни. Иногда не стоило утруждать свой разум, чтобы мысленно вернуться в какой-нибудь момент до Скаро, Лондона, Сан-Франциско, Лангбэрроу. Пускай прошлое приходит тогда, когда само того пожелает, — считал он. Так лучше всего. Потому что рано или поздно оно всё равно вернётся.

    — Сэм Джонс · книга
11. «

    — Ты сама на это напросилась! — вскрикнул Хила. — Если бы ты не украла... эту штуку! — Штуку?! — закричала Анджела и прижала банку к своему коренастому телу. — Хм, — вмешался Доктор, — не думаю, что Хила действительно хочет проявить неуважение... — Ещё как хочу, — пробормотал тот.

    — Ты сама на это напросилась! — вскрикнул Хила. — Если бы ты не украла... эту штуку! — Штуку?! — закричала Анджела и прижала банку к своему коренастому телу. — Хм, — вмешался Доктор, — не думаю, что Хила действительно хочет проявить неуважение... — Ещё как хочу, — пробормотал тот.

    — Доктор · книга
12. «

    И он рассказал им о слоне, который воровал тыквы на грядке, которая была единственным источником пропитания одной семьи. Это была африканская сказка. Один мальчик опорожнил одну из тыкв, залез вовнутрь, спрятался там. Когда слон-царь проглотил эту отборную тыкву целиком, мальчик дождался, когда окажется в самом животе, а затем разломал оранжевую оболочку и полез вверх, чтобы пронзить жадное розовое сердце слона. — Хорошо, — вскрикнула одна из экстравагантных птиц, похожая на попугая-ара. — Ты говоришь нам, что месть — это хорошо, а лучше всего, когда она беспощадная. Что угнетатели будут укрощены насилием. — Разве?

    И он рассказал им о слоне, который воровал тыквы на грядке, которая была единственным источником пропитания одной семьи. Это была африканская сказка. Один мальчик опорожнил одну из тыкв, залез вовнутрь, спрятался там. Когда слон-царь проглотил эту отборную тыкву целиком, мальчик дождался, когда окажется в самом животе, а затем разломал оранжевую оболочку и полез вверх, чтобы пронзить жадное розовое сердце слона. — Хорошо, — вскрикнула одна из экстравагантных птиц, похожая на попугая-ара. — Ты говоришь нам, что месть — это хорошо, а лучше всего, когда она беспощадная. Что угнетатели будут укрощены насилием. — Разве?

    — Доктор · книга
13. «

    Это слова настоящей Императрицы. Ты не можешь себе позволить иметь друзей, не так ли? Не можешь ни с кем сблизиться, не можешь никому довериться. Я бы на твоём месте тоже не смог. Я бы очень не хотел иметь такую власть, как у тебя, — он указал на разбитое тело Алой Императрицы. — Или такую, которую всего несколько минут назад имела она. Такая власть изымает своего обладателя из обычной жизни. Обычная жизнь — это сплошная борьба, и всё, что ты можешь — стараться изо всех сил. А таким, как ты, нужно лишь щёлкнуть пальцами — и это уже вопрос жизни и смерти. Ужасно.

    Это слова настоящей Императрицы. Ты не можешь себе позволить иметь друзей, не так ли? Не можешь ни с кем сблизиться, не можешь никому довериться. Я бы на твоём месте тоже не смог. Я бы очень не хотел иметь такую власть, как у тебя, — он указал на разбитое тело Алой Императрицы. — Или такую, которую всего несколько минут назад имела она. Такая власть изымает своего обладателя из обычной жизни. Обычная жизнь — это сплошная борьба, и всё, что ты можешь — стараться изо всех сил. А таким, как ты, нужно лишь щёлкнуть пальцами — и это уже вопрос жизни и смерти. Ужасно.

    — Доктор · книга
14. «

    — Курение – такая отвратительная привычка. – заявила Мисси подлетев к ним. – Рано или поздно она тебя убьет. Если только злая Фелисити, – тут Мисси повысила голос и наклонила голову к всхлипывающей жертве, – не заставит Геральда сделать это раньше, его длинным и, давайте будем честными, переоцененным объективом камеры.

    — Курение – такая отвратительная привычка. – заявила Мисси подлетев к ним. – Рано или поздно она тебя убьет. Если только злая Фелисити, – тут Мисси повысила голос и наклонила голову к всхлипывающей жертве, – не заставит Геральда сделать это раньше, его длинным и, давайте будем честными, переоцененным объективом камеры.

    — Каван Скотт · книга
15. «

    О, благослови вас всех господь. Только лишь дураки доверяют тому, что им скажут.

    О, благослови вас всех господь. Только лишь дураки доверяют тому, что им скажут.

    — Каван Скотт · книга
16. «

    — А он тебе не рассказывал о том, как мы с ним наткнулись в Париже на Уайльда? После того, как Уайльд из тюрьмы вышел? Сэм покачала головой: — Он мало мне рассказывает о прошлом. — Мы познакомились с ним, одним из лучших умов твоей эры... Моей эры? — подумала Сэм. — И они просидели весь день, попивая абсент и разговаривая о том, где они заказывают себе рубашки, — Айрис покачала головой.

    — А он тебе не рассказывал о том, как мы с ним наткнулись в Париже на Уайльда? После того, как Уайльд из тюрьмы вышел? Сэм покачала головой: — Он мало мне рассказывает о прошлом. — Мы познакомились с ним, одним из лучших умов твоей эры... Моей эры? — подумала Сэм. — И они просидели весь день, попивая абсент и разговаривая о том, где они заказывают себе рубашки, — Айрис покачала головой.

    — Сэм Джонс · книга
17. «

    Она свистнула ему: — Слезай, Доктор! А то всё пропустишь! Она услышала его грустный смех. Он встал, зевнул, потянулся и опустил Аджа'иб в свой вместительный карман. — Скажи мне, Сэм, — сказал его тёмный силуэт. — Ты нас, часом, не впутала во что-то опасное? Она широко улыбнулась: — И что бы ты сказал, если бы впутала? — Я бы сказал: молодец!

    Она свистнула ему: — Слезай, Доктор! А то всё пропустишь! Она услышала его грустный смех. Он встал, зевнул, потянулся и опустил Аджа'иб в свой вместительный карман. — Скажи мне, Сэм, — сказал его тёмный силуэт. — Ты нас, часом, не впутала во что-то опасное? Она широко улыбнулась: — И что бы ты сказал, если бы впутала? — Я бы сказал: молодец!

    — Сэм Джонс · книга
18. «

    — Никаких регенераций, бедняжка. Зато тебя легче убить. Женщина фыркнула, выдавая свою нервность. — Ты действительно думаешь, что это случится? — О, да, – улыбнулась Мисси. – Вы вторглись в мою ТАРДИС и направили на меня пушку. Я убивала людей за то, что они забывали зашнуровать обувь. Ты действительно думаешь, что я позволю тебе жить?

    — Никаких регенераций, бедняжка. Зато тебя легче убить. Женщина фыркнула, выдавая свою нервность. — Ты действительно думаешь, что это случится? — О, да, – улыбнулась Мисси. – Вы вторглись в мою ТАРДИС и направили на меня пушку. Я убивала людей за то, что они забывали зашнуровать обувь. Ты действительно думаешь, что я позволю тебе жить?

    — Каван Скотт · книга
19. «

    Отложив свиток с данными, он встал, подойдя к окну. Где она? Он остановился, заметив что-то у ног. Генерал посмотрел вниз и почувствовал, как его желудок сжался. Какая-то фигурка лежала на полу, не больше куклы: кожа была тёмной, волосы белокурыми, а из одежды – кожаная куртка, идеально обработанный ремень для пистолета, перекинутый через бёдра, сверкающий в свете солнц Галлифрея. Повелитель Времени мог разглядеть золотое кольцо на безымянном пальце правой руки. Генерал сглотнул, полностью осознавая, что будет, если он, осмотрев миниатюрное тело, найдет татуировку на её запястье. Крест на данных ещё одного из его лучших агентов. Он сделал шаг назад, заметив клочок бумаги под телом. Его доспехи заскрипели, когда он присел, осторожно вытаскивая записку. Генерал застыл, когда перевернул её. Почерк был знакомым, послание – точным. Три слова, написанные свежими зелеными чернилами: Не твоя марионетка.

    Отложив свиток с данными, он встал, подойдя к окну. Где она? Он остановился, заметив что-то у ног. Генерал посмотрел вниз и почувствовал, как его желудок сжался. Какая-то фигурка лежала на полу, не больше куклы: кожа была тёмной, волосы белокурыми, а из одежды – кожаная куртка, идеально обработанный ремень для пистолета, перекинутый через бёдра, сверкающий в свете солнц Галлифрея. Повелитель Времени мог разглядеть золотое кольцо на безымянном пальце правой руки. Генерал сглотнул, полностью осознавая, что будет, если он, осмотрев миниатюрное тело, найдет татуировку на её запястье. Крест на данных ещё одного из его лучших агентов. Он сделал шаг назад, заметив клочок бумаги под телом. Его доспехи заскрипели, когда он присел, осторожно вытаскивая записку. Генерал застыл, когда перевернул её. Почерк был знакомым, послание – точным. Три слова, написанные свежими зелеными чернилами: Не твоя марионетка.

    — Каван Скотт · книга
20. «

    — Ты говоришь немножечко как твоё предыдущее воплощение. Напыщенный малыш, который считал, что все мрачнейшие секреты мира у него в шляпе. Защитник секретов времени, тоже мне. Страж Вечности. Рыцарь Времени, мать его так. Ты был тогда очень надменным, Доктор, и если честно, действовал мне на нервы.

    — Ты говоришь немножечко как твоё предыдущее воплощение. Напыщенный малыш, который считал, что все мрачнейшие секреты мира у него в шляпе. Защитник секретов времени, тоже мне. Страж Вечности. Рыцарь Времени, мать его так. Ты был тогда очень надменным, Доктор, и если честно, действовал мне на нервы.

    — Айрис · книга