42 фразы Полины Дашковы для статуса

Полина Дашкова — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 42 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Михаил Владимирович особенно любил это время суток, сумерки, когда все затихает, природа молчит, словно задумалась глубоко или беззвучно молится перед сном.

   Михаил Владимирович особенно любил это время суток, сумерки, когда все затихает, природа молчит, словно задумалась глубоко или беззвучно молится перед сном.

   — Михаил Владимирович Свешников · книга
2. «

   Анализируя самые странные, бескорыстные на первый взгляд и вроде бы необъяснимые поступки совершенно разных людей, всегда рано или поздно приходишь к одной из этих отправных точек: корысть, инстинкт самосохранения, тщеславие. Ничего иного человеку не дано. Всегда утыкаешься носом в рыхлое дерьмо человеческих страстей и страстишек, подёрнутое тонким слоем так называемой морали.

   Анализируя самые странные, бескорыстные на первый взгляд и вроде бы необъяснимые поступки совершенно разных людей, всегда рано или поздно приходишь к одной из этих отправных точек: корысть, инстинкт самосохранения, тщеславие. Ничего иного человеку не дано. Всегда утыкаешься носом в рыхлое дерьмо человеческих страстей и страстишек, подёрнутое тонким слоем так называемой морали.

   — Образ врага · книга
3. «

   В науке женщина – досадное недоразумение, хуже, чем негр в Америке или еврей в Германии. Даже не второй, а десятый сорт.

   В науке женщина – досадное недоразумение, хуже, чем негр в Америке или еврей в Германии. Даже не второй, а десятый сорт.

   — Соотношение сил · книга
4. «

   Благодарность — сложное чувство. От нее смертельно устаешь.

   Благодарность — сложное чувство. От нее смертельно устаешь.

   — Чеченская марионетка или продажные твари · книга
5. «

   Даже в ад никого не тащат насильно. Всегда есть выбор.

   Даже в ад никого не тащат насильно. Всегда есть выбор.

   — Источник счастья. Небо над бездной · книга
6. «

   В сказках злу противостоит добро, это очень удобно. В жизни злу противостоит еще более отвратительное зло, и ты, жалкий микроб, ничего изменить не можешь.

   В сказках злу противостоит добро, это очень удобно. В жизни злу противостоит еще более отвратительное зло, и ты, жалкий микроб, ничего изменить не можешь.

   — Пакт · книга
7. «

   Нехорошо так думать, злые мысли отравляют душу, тело от них заживо гниёт.

   Нехорошо так думать, злые мысли отравляют душу, тело от них заживо гниёт.

   — князь Нижерадзе · книга
8. «

   Лишь избранные, философы, учёные, художники, способны ценить покой, стремиться к нему. Суета, страх и бытовая неустроенность мешают собраться с мыслями. Но масса, толпа, у которой собственностых мыслей нет, долго в покое и сытости пребывать не может. Чем примитивней человек, тем больше ему требуется внешних раздражителей и потрясений.

   Лишь избранные, философы, учёные, художники, способны ценить покой, стремиться к нему. Суета, страх и бытовая неустроенность мешают собраться с мыслями. Но масса, толпа, у которой собственностых мыслей нет, долго в покое и сытости пребывать не может. Чем примитивней человек, тем больше ему требуется внешних раздражителей и потрясений.

   — Матвей Леонидович Белкин · книга
9. «

   Петра Борисовича не устраивало то, что было доступно всем, навязывалось при помощи известных и набивших оскомину коммерческих технологий. Он имел достаточно серьезный опыт в бизнесе, чтобы понимать: чем активней реклама, тем сомнительный ценность предлагаемого товара

   Петра Борисовича не устраивало то, что было доступно всем, навязывалось при помощи известных и набивших оскомину коммерческих технологий. Он имел достаточно серьезный опыт в бизнесе, чтобы понимать: чем активней реклама, тем сомнительный ценность предлагаемого товара

   — Источник счастья. Misterium tremendum · книга
10. «

    Во многом знании много печали.

    Во многом знании много печали.

    — Дассам · книга
11. «

    Великий Человек ставит перед собой великие цели, а ничтожеств использует как расходный материал.

    Великий Человек ставит перед собой великие цели, а ничтожеств использует как расходный материал.

    — Горлов тупик · книга
12. «

    — Софи, я хочу внуков — Думаешь, если я причешусь и накрашу ресницы, это поможет? — Во всяком случае, не помешает.

    — Софи, я хочу внуков — Думаешь, если я причешусь и накрашу ресницы, это поможет? — Во всяком случае, не помешает.

    — Софья Лукьянова · книга
13. «

    Вообще нормальные человеческие чувства — непозволительная роскошь для террориста. Хочешь быть бандитом — изволь жить по законам ненависти, не суйся на другую территорию. Там тебя не ждут. Ничего, кроме неприятностей, ты за свой красивый порыв не поимеешь.

    Вообще нормальные человеческие чувства — непозволительная роскошь для террориста. Хочешь быть бандитом — изволь жить по законам ненависти, не суйся на другую территорию. Там тебя не ждут. Ничего, кроме неприятностей, ты за свой красивый порыв не поимеешь.

    — Образ врага · книга
14. «

    Влюбленность — это поэзия, а быт — грязная неблагодарная проза.

    Влюбленность — это поэзия, а быт — грязная неблагодарная проза.

    — Место под солнцем · книга
15. «

    Параноидальный бред заразен, вполне здоровые люди легко поддаются внушению. Чем примитивней бредовые идеи, тем быстрей распространяется психическая эпидемия.

    Параноидальный бред заразен, вполне здоровые люди легко поддаются внушению. Чем примитивней бредовые идеи, тем быстрей распространяется психическая эпидемия.

    — Соотношение сил · книга
16. «

    - Самый счастливый день — это когда Сталин умер? — спросил Иван Анатольевич. - Мг м. Потом, конечно, было девятое число, жуткие похороны, тысячи искалеченных, раздавленных насмерть. Бездна приоткрылась, чтобы принять назад свое исчадье, вздулся гигантский пузырь темной энергии, не могло обойтись без жертв.

    - Самый счастливый день — это когда Сталин умер? — спросил Иван Анатольевич. - Мг м. Потом, конечно, было девятое число, жуткие похороны, тысячи искалеченных, раздавленных насмерть. Бездна приоткрылась, чтобы принять назад свое исчадье, вздулся гигантский пузырь темной энергии, не могло обойтись без жертв.

    — Иван Анатольевич Зубов · книга
17. «

    Проблемы с памятью начинаются именно тогда, когда человек хочет забыть что-то. Грань между здоровьем и безумием совсем зыбкая, она может исчезнуть, как линия горизонта в тумане, при стопроцентной влажности. Любая мелочь способна сломать человека, и до чего иногда бывает заманчиво сломаться...

    Проблемы с памятью начинаются именно тогда, когда человек хочет забыть что-то. Грань между здоровьем и безумием совсем зыбкая, она может исчезнуть, как линия горизонта в тумане, при стопроцентной влажности. Любая мелочь способна сломать человека, и до чего иногда бывает заманчиво сломаться...

    — Вечная ночь · книга
18. «

    Политики всего лишь люди. Глупые, лживые, жестокие. Разные. Но уж точно не лучшие из людей. Среди них умных мало, честных еще меньше, добрых вообще нет.

    Политики всего лишь люди. Глупые, лживые, жестокие. Разные. Но уж точно не лучшие из людей. Среди них умных мало, честных еще меньше, добрых вообще нет.

    — Соотношение сил · книга
19. «

    – ... Оправдать можно что угодно. – И осудить тоже что угодно. Никогда никого не суди, Андрюша. Если совсем уж невмоготу, начинай с самого себя.

    – ... Оправдать можно что угодно. – И осудить тоже что угодно. Никогда никого не суди, Андрюша. Если совсем уж невмоготу, начинай с самого себя.

    — Михаил Владимирович Свешников · книга
20. «

    Когда нечего делать, поневоле приходится думать.

    Когда нечего делать, поневоле приходится думать.

    — Вечная ночь · книга