52 цитаты Полины Дашковы — коротко и по делу

Полина Дашкова — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 52 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Потому что, когда тебе дали возможность убежать от смерти, нельзя оглядываться назад и смотреть ей в глаза.

   Потому что, когда тебе дали возможность убежать от смерти, нельзя оглядываться назад и смотреть ей в глаза.

   — Источник счастья · книга
2. «

   Справедливую борьбу с сионизмом от буржуазного антисемитизма отличить умеют.

   Справедливую борьбу с сионизмом от буржуазного антисемитизма отличить умеют.

   — Горлов тупик · книга
3. «

   Они родные братья с русским быдлом Джугашвили (о Гитлере). Тот — сын прачки, этот — поденщицы. И оба оказались кретинами, как все плебеи в этом мире. Были бы умней, могли бы договориться. Они так похожи! Адольф учился пению в хоровой школе бенедиктинского монастыря. Иосиф учился в православной школе и готовился быть попом. Адольф рисовал бездарные картинки и считал себя художником. Иосиф писал бездарные стихи и считал себя поэтом. Женщины, которые были рядом с ними, кончали с собой. Адольф поставил перед собой цель — уничтожить несколько миллионов евреев и славян. Иосиф уже приступил к этому благородному делу и здорово преуспел, надо отдать ему должное. Они так похожи, эти два главных идиота двадцатого века. Они не договорились и проиграли оба. Но на самом деле они победили, однако по своей плебейской тупости даже не успели понять этого

   Они родные братья с русским быдлом Джугашвили (о Гитлере). Тот — сын прачки, этот — поденщицы. И оба оказались кретинами, как все плебеи в этом мире. Были бы умней, могли бы договориться. Они так похожи! Адольф учился пению в хоровой школе бенедиктинского монастыря. Иосиф учился в православной школе и готовился быть попом. Адольф рисовал бездарные картинки и считал себя художником. Иосиф писал бездарные стихи и считал себя поэтом. Женщины, которые были рядом с ними, кончали с собой. Адольф поставил перед собой цель — уничтожить несколько миллионов евреев и славян. Иосиф уже приступил к этому благородному делу и здорово преуспел, надо отдать ему должное. Они так похожи, эти два главных идиота двадцатого века. Они не договорились и проиграли оба. Но на самом деле они победили, однако по своей плебейской тупости даже не успели понять этого

   — Образ врага · книга
4. «

   Михаил Владимирович особенно любил это время суток, сумерки, когда все затихает, природа молчит, словно задумалась глубоко или беззвучно молится перед сном.

   Михаил Владимирович особенно любил это время суток, сумерки, когда все затихает, природа молчит, словно задумалась глубоко или беззвучно молится перед сном.

   — Михаил Владимирович Свешников · книга
5. «

   Когда нечего делать, поневоле приходится думать.

   Когда нечего делать, поневоле приходится думать.

   — Вечная ночь · книга
6. «

   Анализируя самые странные, бескорыстные на первый взгляд и вроде бы необъяснимые поступки совершенно разных людей, всегда рано или поздно приходишь к одной из этих отправных точек: корысть, инстинкт самосохранения, тщеславие. Ничего иного человеку не дано. Всегда утыкаешься носом в рыхлое дерьмо человеческих страстей и страстишек, подёрнутое тонким слоем так называемой морали.

   Анализируя самые странные, бескорыстные на первый взгляд и вроде бы необъяснимые поступки совершенно разных людей, всегда рано или поздно приходишь к одной из этих отправных точек: корысть, инстинкт самосохранения, тщеславие. Ничего иного человеку не дано. Всегда утыкаешься носом в рыхлое дерьмо человеческих страстей и страстишек, подёрнутое тонким слоем так называемой морали.

   — Образ врага · книга
7. «

   Знаешь, как переводится слово «нейтралитет» с политического на человеческий? Трусость и тупость!

   Знаешь, как переводится слово «нейтралитет» с политического на человеческий? Трусость и тупость!

   — Соотношение сил · книга
8. «

   Вы, надеюсь, понимаете, что Ильич не претендует на должность очередного христианского государя, помазанника Божьего? Он вождь. Это у цивилизованных народов бывают цари, президенты, парламент, суды, законы. А вожди управляют первобытным стадом. Стаду никаких законов не нужно. Оно подчиняется вождю, грозному таинственному божеству. Стало жаждет мифа, магического ритуала, знаков, символов

   Вы, надеюсь, понимаете, что Ильич не претендует на должность очередного христианского государя, помазанника Божьего? Он вождь. Это у цивилизованных народов бывают цари, президенты, парламент, суды, законы. А вожди управляют первобытным стадом. Стаду никаких законов не нужно. Оно подчиняется вождю, грозному таинственному божеству. Стало жаждет мифа, магического ритуала, знаков, символов

   — Матвей Леонидович Белкин · книга
9. «

   Настоящий ужас должен быть вкрадчивым, загадочным, он подкрадывается бесшумно, на цыпочках, заползает в души незаметно, туманит разум. Тайное злодеяние действует сильнее публичной казни.

   Настоящий ужас должен быть вкрадчивым, загадочным, он подкрадывается бесшумно, на цыпочках, заползает в души незаметно, туманит разум. Тайное злодеяние действует сильнее публичной казни.

   — Матвей Леонидович Белкин · книга
10. «

    – Макс, а реальные шпионы [в СССР] есть, ну хоть один какой-нибудь завалящий шпион, диверсант, вредитель? – Один точно есть, – Макс усмехнулся. – Ну? Кто? – Сталин, конечно. Никакая вражеская разведка при всем желании не сумеет нанести России большего вреда, чем этот параноик с манией величия.

    – Макс, а реальные шпионы [в СССР] есть, ну хоть один какой-нибудь завалящий шпион, диверсант, вредитель? – Один точно есть, – Макс усмехнулся. – Ну? Кто? – Сталин, конечно. Никакая вражеская разведка при всем желании не сумеет нанести России большего вреда, чем этот параноик с манией величия.

    — Пакт · книга
11. «

    Лишь избранные, философы, учёные, художники, способны ценить покой, стремиться к нему. Суета, страх и бытовая неустроенность мешают собраться с мыслями. Но масса, толпа, у которой собственностых мыслей нет, долго в покое и сытости пребывать не может. Чем примитивней человек, тем больше ему требуется внешних раздражителей и потрясений.

    Лишь избранные, философы, учёные, художники, способны ценить покой, стремиться к нему. Суета, страх и бытовая неустроенность мешают собраться с мыслями. Но масса, толпа, у которой собственностых мыслей нет, долго в покое и сытости пребывать не может. Чем примитивней человек, тем больше ему требуется внешних раздражителей и потрясений.

    — Матвей Леонидович Белкин · книга
12. «

    В сказках злу противостоит добро, это очень удобно. В жизни злу противостоит еще более отвратительное зло, и ты, жалкий микроб, ничего изменить не можешь.

    В сказках злу противостоит добро, это очень удобно. В жизни злу противостоит еще более отвратительное зло, и ты, жалкий микроб, ничего изменить не можешь.

    — Пакт · книга
13. «

    В науке женщина – досадное недоразумение, хуже, чем негр в Америке или еврей в Германии. Даже не второй, а десятый сорт.

    В науке женщина – досадное недоразумение, хуже, чем негр в Америке или еврей в Германии. Даже не второй, а десятый сорт.

    — Соотношение сил · книга
14. «

    Вот Польша. Гитлер перегрыз ей горло, а Сталин, как шакал, доел остатки.

    Вот Польша. Гитлер перегрыз ей горло, а Сталин, как шакал, доел остатки.

    — Соотношение сил · книга
15. «

    Подписывая договор с чёртом, глупо тешить себя надеждой, что перехитришь лукавого.

    Подписывая договор с чёртом, глупо тешить себя надеждой, что перехитришь лукавого.

    — Источник счастья · книга
16. «

    Большинство злодейств и безобразий происходит не только от зависти, но и от скуки.

    Большинство злодейств и безобразий происходит не только от зависти, но и от скуки.

    — Матвей Леонидович Белкин · книга
17. «

    - Самый счастливый день — это когда Сталин умер? — спросил Иван Анатольевич. - Мг м. Потом, конечно, было девятое число, жуткие похороны, тысячи искалеченных, раздавленных насмерть. Бездна приоткрылась, чтобы принять назад свое исчадье, вздулся гигантский пузырь темной энергии, не могло обойтись без жертв.

    - Самый счастливый день — это когда Сталин умер? — спросил Иван Анатольевич. - Мг м. Потом, конечно, было девятое число, жуткие похороны, тысячи искалеченных, раздавленных насмерть. Бездна приоткрылась, чтобы принять назад свое исчадье, вздулся гигантский пузырь темной энергии, не могло обойтись без жертв.

    — Иван Анатольевич Зубов · книга
18. «

    Нет ничего опаснее амбиций идиотов.

    Нет ничего опаснее амбиций идиотов.

    — Пакт · книга
19. «

    – Я вообще не понимаю, как выдержала без тебя столько дней. Ты хотя бы скучал, ну немножко, капельку скучал по мне? – Маша выпалила всё это на одном дыхании, замолчала, зажала рот и пробормотала в варежку: – Зачем, зачем? Нельзя говорить такое вслух. – Почему? – Потому что, если я буду без конца повторять, как сильно тебя люблю, тебе надоест, ты решишь: это моё, оно никуда денется. Поставишь на полочку и отправишься в свободный полет, покорять новые вершины.

    – Я вообще не понимаю, как выдержала без тебя столько дней. Ты хотя бы скучал, ну немножко, капельку скучал по мне? – Маша выпалила всё это на одном дыхании, замолчала, зажала рот и пробормотала в варежку: – Зачем, зачем? Нельзя говорить такое вслух. – Почему? – Потому что, если я буду без конца повторять, как сильно тебя люблю, тебе надоест, ты решишь: это моё, оно никуда денется. Поставишь на полочку и отправишься в свободный полет, покорять новые вершины.

    — Илья · книга
20. «

    Большинство злодейств в истории совершили люди, лишенные воображения. Без него невозможно представить, что другому тоже больно.

    Большинство злодейств в истории совершили люди, лишенные воображения. Без него невозможно представить, что другому тоже больно.

    — Приз · книга